Заявление на лишение дееспособности в суд: Заявление о признании недееспособным гражданина: скачать образец

Содержание

Образец заявления о признании недееспособным

Суд Энского района г. Энска

 

Заявитель: Иванова Мария Петровна

прож.: г. Энск ул. Октябрьская, д.14 кв.1

 

Заинтересованное лицо: Иванова Надежда Ивановна

прож.: г. Энск ул. Октябрьская, д.14 кв.1

 

О признании гражданина недееспособным

 

Заявление

 

Иванова Надежда Ивановна 29.06.1947 года рождения, является, моей матерью, с которой я постоянно проживаю.

8 декабря 2008 года Иванова Надежда Ивановна была освидетельствована МРЭК и признана инвалидом 2 группы, удостоверение инвалида № _______. С 05.03.2014 года и по настоящее время она находится на лечении в Республиканском научно-практическом центре психического здоровья.

Вследствие своего заболевания Иванова Надежда Ивановна неадекватно реагирует на происходящее, не узнает родственников и знакомых, иногда не может членораздельно говорить. Она не может себя обслуживать, нуждается в постоянном постороннем уходе, помощи и установлении опеки. В связи с этим возникла необходимость в признании ее недееспособной.

В соответствии со ст.29 ГК Республики Беларусь гражданин, который вследствие психического расстройства (душевной болезни или слабоумия) не может понимать значение своих действий или руководить ими, может быть признан судом недееспособным. Над ним устанавливается опека.

Согласно пп.3,1 ст.361 ГПК Республики Беларусь в порядке особого производства рассматриваются дела о признании гражданина недееспособным.

В соответствии со ст. 373 ГПК Республики Беларусь заявление о признании гражданина недееспособным подается в суд по месту жительства данного гражданина, а если это лицо помещено в психиатрическое лечебное учреждение,- по месту нахождения лечебного учреждения.

В соответствии с Постановлением Пленума Верховного Суда Республики Беларусь от 16.12.2004 года №13 «О практике рассмотрения судами дел о признании гражданина ограниченно дееспособным или недееспособным, а так же о признании дееспособным либо об отмене ограничения в дееспособности» судебные расходы (госпошлина и издержки, связанные с рассмотрением дела) по делам о признании гражданина ограничено дееспособным или недееспособным с заявителя взысканию не подлежат, за исключением случаев, когда заявители действовали не добросовестно, с целью необоснованного ограничения или лишения дееспособности гражданина (ч.4 ст.375 ГПК Республики Беларусь). Не может возлагаться обязанность по несению расходов и на заинтересованных лиц.

На основании и в соответствии ст. 29 ГК Республики Беларусь, ст.ст. 373, 375 ГПК Республики Беларусь

 

прошу:

 

- признать Иванову Надежду Ивановну, 29.06.1947 года рождения, проживающей г. Энск ул. Октябрьская, д.14 кв.1 недееспособной;

- в порядке досудебной подготовки назначить судебно- медицинскую экспертизу в отношении Ивановой Н.И.

 

 

 

 

Приложение:

 

- копия заявления

- копия свидетельства о рождении

- справка с места жительства

- копия удостоверения инвалида

- копии медицинских эпикризов

 

 

«__»________ г. _______ Иванова М.П.

Образцы заявлений по делам особого производства

Установление факта родственных отношений

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Установление факта нахождения на иждивении

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Установление факта регистрации рождения, усыновления (удочерения), брака, расторжении брака, смерти

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Установление факта признания отцовства

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Установление факта принадлежности правоустанавливающих документов (за исключением воинских документов, паспорта и выдаваемых органами записи актов гражданского состояния свидетельств) лицу, имя, отчество или фамилия которого,  указанные в документе, не совпадают с именем, отчеством или фамилией этого лица, указанными в паспорте или свидетельстве о рождении

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Установление факта владения и пользования недвижимым имуществом

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Установление факта несчастного случая

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Установление факта смерти в определенное время и при определенных обстоятельствах в случае отказа органов записи актов гражданского состояния в регистрации смерти

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Установление факта принятия наследства и места открытия наследства

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Усыновление (удочерение) ребенка

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Признание гражданина безвестно отсутствующим или об объявлении гражданина умершим

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Ограничение дееспособности гражданина, о признании гражданина недееспособным, ограничение или лишение несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет права самостоятельно распоряжаться своими доходами

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Объявление несовершеннолетнего полностью дееспособным (эмансипация)

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Признание движимой вещи бесхозяйной и признание права муниципальной собственности на бесхозяйную недвижимую вещь

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Восстановление прав по утраченным ценным бумагам на предъявителя или ордерным ценным бумагам (вызывное производство)

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Госпитализация гражданина в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, в недобровольном порядке или продление срока госпитализации в недобровольном порядке

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Внесение исправлений или изменений в записи актов гражданского состояния

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Признание совершенных нотариальных действиях или отказа в их совершении

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Восстановление утраченного судебного производства

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Отмена ограничения дееспособности

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Признание гражданина дееспособным

скачать образец в формате DOC, PDF

 

Признание недействительной утраченной ценной бумаги на предъявителя или ордерной ценной бумаги

скачать образец в формате DOC, PDF

Комментарий Московского городского суда к публикациям о рассмотрении судами заявлений о признании граждан недееспособными | Новости | Московский городской суд

На сайте радиостанции «Эхо Москвы» опубликованы материал Анны Мальчиковой под заголовком «Сколько стоит адский конвейер по лишению дееспособности?» (https://echo.msk.ru/blog/tmalchikova/2392207-echo/), а также стенограмма эфира программы «Быль о правах» с участием Алексея Кузнецова и Калоя Ахильгова на тему «Об ограничении гражданской дееспособности» (https://echo.msk.ru/programs/prava/2397377-echo/). В публикации и в эфире обсуждалась практика рассмотрения московскими судами дел по заявлениям о признании граждан недееспособными, в частности, Нагатинским, Люблинским и Симоновским районными судами города Москвы.

По причине того, что в этих материалах дана некорректная оценка статистическим показателям, а некоторые высказывания не соответствуют действительности или же голословны, пресс-служба Московского городского суда полагает необходимым привести следующий комментарий.

В соответствии с требованиями ч. 2 ст. 281 Гражданско-процессуального кодекса Российской Федерации (далее – ГПК РФ), дело о признании гражданина недееспособным вследствие психического расстройства может быть возбуждено в суде на основании заявления членов его семьи, близких родственников, органа опеки и попечительства, медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь, или стационарной организации социального обслуживания, предназначенной для лиц, страдающих психическим расстройством.

Так, в комментируемых материалах указано, что число дел данной категории, рассмотренных в Нагатинском районном суде в 2018 году, резко возросло, в частности, число рассмотренных за 2 месяца 2019 года этим судом заявлений о признании граждан недееспособными составило 160.

Однако согласно данным Единого информационного портала судов общей юрисдикции Москвы, за период с 01 января 2019 по 28 февраля 2019 в суде зарегистрировано 161 дело, но рассмотрено лишь 17 дел, из которых 8, по уточненному сообщению районного суда, вынесены по заявлениям специализированных медицинских учреждений. За период с начала года по настоящее время в Нагатинском районном суде зарегистрировано 218 дел, однако из этого числа рассмотрено 41 дело, по заявлениям специализированных медицинских учреждений – лишь 26, по более чем 170 делам назначено проведение экспертизы, часть производств прекращена и пр.

Необходимо согласиться с тем, что в сравнении с 2016, 2017 годами число дел данной категории, рассмотренных Нагатинским районным судом г. Москвы в 2018 году, резко возросло. Однако это объясняется следующим.

С 2018 года на территории, подсудной Нагатинскому районному суду, располагается Филиал ГБУЗ г. Москвы «Психиатрическая клиническая больница №1 им. Н.А. Алексеева Департамента здравоохранения г. Москвы» - Психиатрическая больница №14, а также ГБУ «Психоневрологический интернат № 34».

Пункт 27 Положения об оказании медицинской помощи при психических расстройствах и расстройствах поведения в медицинских организациях государственной системы здравоохранения г. Москвы, оказывающей психиатрическую помощь, утвержденного Приказом Департамента здравоохранения г. Москвы от 01.09.2017 г. № 628, определяет компетенцию упомянутого филиала.

Так, с 2018 года стационарная помощь лицам с психическими расстройствами и расстройствами поведения, имеющим регистрацию по месту жительства в городе Москве, которые согласно заключению врачебной комиссии нуждаются в оформлении в психоневрологические интернаты и не могут проживать самостоятельно, для решения социально-правовых вопросов и до получения путевки в стационарные организации социального обслуживания осуществляется в филиале – «Психиатрическая больница № 14». Таким образом, на территории, подсудной Нагатинскому районному суду, расположен филиал, оказывающий специализированную помощь названым гражданам, доставляемым из всех районов Москвы.

В эфире также прозвучали голословные утверждения о том, что подобные материалы рассматриваются без извещения сторон, в суд не привозят лиц, в отношении которых возбуждено гражданское дело, сами судебные заседания не проводятся, не ведутся аудио-, видеозапись и протокол судебных заседаний, а решения принимаются, «не выходя из совещательной комнаты».

Однако районными судами Москвы, как предписывают требования ст. 284 ГПК РФ, заявления об ограничении, лишении дееспособности рассматриваются с участием самого гражданина, а также заявителя, прокурора, органов опеки и попечительства. Гражданин, в отношении которого рассматривается дело, вызывается в судебное заседание, если его присутствие в судебном заседании не создает опасности его жизни и здоровью или жизни и здоровью окружающих. В случае, если нахождение гражданина в помещении суда создает такую угрозу, то судебное заседание проводится по месту нахождения гражданина, в том числе в медицинских учреждениях, опять же с участием самого гражданина.

Необходимо подчеркнуть, что распространена практика проведения выездных судебных заседаний в медицинских учреждениях по месту нахождения лица, что обосновано состоянием его здоровья, интересами этого гражданина и окружающих. Между тем в одном из упомянутых материалов указано, что судьей Нагатинского районного суда в разные дни декабря 2018 года рассмотрены по 22, 24, 25 дел данной категории. Рассмотрение этих заявлений состоялось именно в рамках выездных судебных заседаний, что сокращает время доставки лиц, в отношении которых решается вопрос об их дееспособности, и, соответственно, оптимизирует работу суда, в том числе, и в части сокращения времени, необходимого суду для назначения судебной экспертизы, с которой в подавляющем большинстве случаев согласны все участники разбирательства.

Помимо прочего, действующими в настоящее время нормами ГПК РФ ведение обязательных аудио-, видеозаписи таких заседаний не предусмотрено, тогда как протокол судебного заседания, вопреки доводам участников названного эфира, ведется по каждому делу.  

При наличии оснований полагать, что в рамках рассмотрения дел такой категории допущены нарушения требования ГПК РФ, например, требования ст. 284 ГПК РФ, лица, наделенные правом обжалования, в том числе, прокурор, могут оспорить данные решения.

Что же касается других судов, упомянутых в комментируемых материалах, то следует отметить, что практика рассмотрения дел единая в части соблюдения требований ГПК РФ. При этом то число дел, о которых говорится в материалах, также обусловлено нахождением на территориях, относящихся к подсудности перечисленных судов, медицинских организаций, оказывающих психиатрическую помощь: на территории, подсудной Люблинскому районному суду г. Москвы, расположено ГБУЗ г. Москвы «Психиатрическая больница № 13 Департамент здравоохранения г. Москвы», на территории, подсудной Симоновскому районному суду г. Москвы, расположено ГБУЗ г. Москвы «Психиатрическая клиническая больница № 1 им. Н.А. Алексеева».

 

Комментарий Московского городского суда.

09 апреля 2019 года

 

 

 

 

Восстановленная дееспособность – торжество права

9-го ноября Савеловский районный суд г. Москвы рассмотрел в открытом заседании гражданское дело о восстановлении дееспособности Гермине Геокчакян.

Гермине Геокчакян подала заявление о восстановлении своей дееспособности. В соответствии с определением суда она прошла необходимую в таких случаях судебно-психиатрическую экспертизу (далее – СПЭ) в психиатрической клинической больнице № 3 им. В.А. Гиляровского Департамента здравоохранения г. Москвы. По итогам заседания суд принял решение восстановить дееспособность заявительницы. Подобного рода дела являются большой редкостью в судебной практике в России. Скорее наоборот, суды массово удовлетворяют заявления о лишении дееспособности граждан. Ежегодно в России лишаются дееспособности десятки тысяч граждан.

Как показывает практика, на самом деле большинству граждан, признаваемых недееспособными, таковыми не являются и в таком методе защиты их собственных прав не нуждаются. Пример дел Штукатурова и Деловой в ЕСПЧ и Верховном суде соответственно показали, что суды в России часто недостаточно подробно изучают материалы по таким делам. Напомним, что Штукатуров был лишен дееспособности по заявлению своей матери просто потому, что по-другому она не могла приватизировать квартиру, в котором они совместно проживали. Причем это было сделано заочно, и сам Штукатуров узнал об этом только два года спустя. Делова была лишена дееспособности по заявлению администрации интерната лишь на том основании, что она не очень рационально тратила часть своей маленькой пенсии (25% – как проживающая в интернате). То есть речь шла не о квартире, другой недвижимости, крупных суммах денег или ценностях, а примерно о 2500 р. в месяц. Понятно, что такая мера как лишение дееспособности в подобных случаях является абсолютно чрезмерной.

Нельзя не сказать о возможности меркантильных или откровенно корыстных интересов – ведь обмануть человека с ментальной инвалидностью не так сложно. Большинство из них слабо разбирается в сложных правовых вопросах, вопросах собственности. Но это никак не означает, что таких людей нужно полностью лишать возможность реализовывать свои права самостоятельно.

Вот и в случае с Гермине было очевидно, что лишение дееспособности молодой девушки, хотя и имеющей психическое расстройство и одновременно нарушение слуха, но самостоятельно проживающей без помощи отца-опекуна и воспитывающей сына – это чрезмерная мера. В данном случае не было никаких корыстных мотивов со стороны заявителя – отца Гермине. Еще будучи совсем юной, Гермине конфликтовала со своим отцом, сбегала из дома. Все эти обстоятельства в совокупности усугублялись отсутствием слуха и плохо поставленной речью. Это привело ее отца к выводу, что проще лишить дочь дееспособности, чем продолжать бесплодную борьбу. В результате Гермине была лишена дееспособности на основании заявления отца и результатов заочной судебно-психиатрической экспертизы в апреле 2016 году.

Примерно через год Гермине обратилась в РООИ «Перспектива» за помощью в восстановлении дееспособности. Юристы «Перспективы» решили, что в этом случае не имеет смысла оспаривать решение суда о признании ее недееспособной, поскольку прошел уже год и сроки обжалования прошли, несмотря на то, что юристы посчитали такое решение суда неправильным, а результаты СПЭ необъективными (врачи-психиатры посчитали имеющиеся проблемы со слухом и общением с пациенткой следствием именно психического заболевания). Было решено подать новое заявление в суд о восстановлении дееспособности. К тому же имелись весьма серьезные аргументы в пользу такого шага. В жизни Гермине многое изменилось: она смогла адаптироваться в обществе и обходиться без помощи отца. Девушка нашла спутника жизни, родила от него сына и готовилась родить ему второго ребенка.

После долгой подготовки, в ходе которой Гермине при поддержке юристов «Перспективы» установили рабочие контакты с органами опеки и попечительства, собрали справки и документы, подтверждающие ее дееспособность, было подано заявление в Савеловский районный суд г. Москвы о восстановлении дееспособности. Было также заранее подобрано экспертное учреждение для проведения новой СПЭ для достижение максимальной объективности. Во всем этом Гермине поддерживал и помогал ее гражданский муж, а при особо важных мероприятиях поддержку осуществлял юрист РООИ «Перспектива» Сергей Сергеев, который владеет русским жестовым языком. На СПЭ также присутствовал сурдопереводчик, чтобы нивелировать наличие проблем в общении и восприятии информации между подэкспертной и экспертами, и юрист, чтобы обеспечить при необходимости юридическое сопровождение.

Сергей Сергеев, юрист РООИ «Перспектива»: «В суде прокурор задавал вопросы мне, как представителю Гермине, может ли она самостоятельно проживать без опекуна, какие лекарства она употребляет по рецепту врача, когда она последний раз ходила в поликлинику по месту жительства. Я подробно рассказал, что она больше не употребляет лекарственные препараты, ходит с детьми самостоятельно в детскую поликлинику, общается с помощью переписки, в магазин расходует на нужды семьи без опекуна и т.п. Прокурор задал только один вопрос непосредственно Гермине, с кем она живет в настоящее время; она ответила, что с гражданским мужем. В заключение прокурор заявил, что заявление подлежит удовлетворению. Судья больше не задавал вопросы непосредственно Гермине.

 У меня создалось впечатление, что наша судебная система не готова к полноценному контакту с участниками судебного процесса, имеющими ментальную инвалидность. Это также можно сказать и в отношении людей с проблемами слуха. Что же можно говорить о более сложных случаях. Это безусловно является одним из проявлений дискриминации в отношении людей с инвалидностью. Ведь человек заявил о своих правах, пришел в суд, а с ним даже не хотят разговаривать! Почти не спрашивают его мнения по важнейшему для него вопросу! А если бы результаты СПЭ были бы менее однозначными и спорными? В таком случае принять правильное решение суд может только исходя из непосредственного контакта с лицом и выяснить, насколько оно адекватно и имеет ли смысл, например, проводить дополнительную экспертизу для выявления истины. Поэтому в данном случае определенную положительную роль сыграло то, что я сам являюсь инвалидом по слуху, а также то, что мы дополнительно привлекли квалифицированного сурдопереводчика. Это нивелировало те самые факторы, о которых я говорил выше. И судья, и прокурор воочию увидели, что инвалиды по слуху могут самостоятельно жить, а в случае с Гермин ее инвалидность только затрудняет понимание, но никак не означает неспособность понимать значения своих действий и контролировать их. Следовательно, она является дееспособным лицом, и ее нужно восстановить в этом статусе. Я как инвалид по слуху на своем опыте постоянно убеждаюсь, что проблема с коммуникацией в наших судах не всегда решена правильно. Суды обязаны общаться непосредственно с участниками процесса, чтобы получить более объективную картину. В особенности, когда это касается личности человека, как в данном случае – способен ли он понимать значения своих действий и контролировать их. Но часто судьи избегают этого общения».

Именно основательная и правильная подготовка привели к тому, что суду не потребовалось много времени, чтобы принять решение о восстановлении дееспособности Гермине. Потребовалось только одно не очень долгое заседание.

«В ходе подготовки юристы Перспективы уделяли серьезное внимание и психологической подготовке Гермине к СПЭ. По опыту мы видим, что именно это является ключом к получению положительного заключения. А положительное заключение СПЭ – это почти гарантированное выигрыш в суде по данной категории дел. Контакты с органом опеки, налаженные нами, также способствовали успеху. Опека однозначно поддержала нашу позицию в суде. Важно и то, что нам удалось добиться назначение амбулаторной СПЭ, поскольку при амбулаторной экспертизе минимизируется возможности чрезмерного психологического давления на подэкспертного. Это в свою очередь резко повышает возможность нервного срыва и в итоге отрицательного заключения. Мы мотивировали это периодом у Гермине беременности и родов. В результате, несмотря на понятное волнение, Гермине успешно прошла СПЭ и получила положительное заключение», – рассказывает Линь Нгуен, активно участвовавший в подготовке этого дела.

Это первое успешное дело РООИ «Перспектива» по восстановление дееспособности. Ранее юристы организации помогали восстановить свою дееспособность людям с ментальной инвалидностью, но эти дела или не были выиграны, или не доводились до логического конца по разным причинам.

Статья 281 Подача заявления об ограничении дееспособности гражданина о признании гражданина недееспособным об ограничении или о лишении несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет права самостоятельно распоряжаться своими доходами Гражданский процессуальный кодекс (ГПК РФ)

действует Редакция от 28.12.2013 Подробная информация
Наименование документ"ГРАЖДАНСКИЙ ПРОЦЕССУАЛЬНЫЙ КОДЕКС РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ" от 14.11.2002 N 138-ФЗ (ред. от 28.12.2013 с изменениями, вступившими в силу с 10.01.2014)
Вид документагражданский процессуальный кодекс, кодекс
Принявший органпрезидент рф, гд рф, сф рф
Номер документа138-ФЗ
Дата принятия01.02.2003
Дата редакции28.12.2013
Дата регистрации в Минюсте01.01.1970
Статусдействует
Публикация
  • В данном виде документ опубликован не был
  • Документ в электронном виде ФАПСИ, НТЦ "Система"
  • (в ред. от 14.11.2002 - "Собрание законодательства РФ", 18.11.2002, N 46, ст. 4532
  • "Российская газета", N 220, 20.11.2002
  • "Парламентская газета", N 220-221, 20.11.2002
  • "Официальные документы" (еженедельное приложение к газете "Учет, налоги, право"), N 44, 2002)
НавигаторПримечания

Статья 281 Подача заявления об ограничении дееспособности гражданина о признании гражданина недееспособным об ограничении или о лишении несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет права самостоятельно распоряжаться своими доходами

1. Дело об ограничении гражданина в дееспособности вследствие злоупотребления спиртными напитками или наркотическими средствами может быть возбуждено на основании заявления членов его семьи, органа опеки и попечительства, медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь.

(в ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)

2. Дело о признании гражданина недееспособным вследствие психического расстройства может быть возбуждено в суде на основании заявления членов его семьи, близких родственников (родителей, детей, братьев, сестер) независимо от совместного с ним проживания, органа опеки и попечительства, медицинской организации, оказывающей психиатрическую помощь, или стационарного учреждения социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами.

(в ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)

3. Дело об ограничении или о лишении несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет права самостоятельно распоряжаться своим заработком, стипендией или иными доходами может быть возбуждено на основании заявления родителей, усыновителей или попечителя либо органа опеки и попечительства.

4. Заявление об ограничении гражданина в дееспособности, о признании гражданина недееспособным, об ограничении или о лишении несовершеннолетнего в возрасте от четырнадцати до восемнадцати лет права самостоятельно распоряжаться своими доходами подается в суд по месту жительства данного гражданина, а если гражданин помещен в медицинскую организацию, оказывающую психиатрическую помощь в стационарных условиях, или стационарное учреждение социального обслуживания для лиц, страдающих психическими расстройствами, по месту нахождения этой организации или этого учреждения, по месту нахождения этого учреждения.

(в ред. Федерального закона от 25.11.2013 N 317-ФЗ)

Адвокат вправе обжаловать решение суда о признании доверителя недееспособным даже без доверенности

В комментарии «АГ» адвокат заявительницы Виктор Еремеев отметил, что постановление КС является актом доверия государства к адвокатской корпорации, поскольку предоставляет адвокатам дополнительные полномочия в судебном заседании, чего лишены другие представители сторон. Кроме того, оно не позволит в дальнейшем медучреждениям специальной направленности, а также органам опеки и соцзащиты злоупотреблять полномочиями в отношении своих подопечных для извлечения корыстной выгоды. Эксперты также назвали выводы Суда разумными, справедливыми и исключительно важными для практики.

21 января Конституционный Суд РФ вынес Постановление № 3-П по делу о проверке конституционности ст. 54 ГПК РФ в связи с жалобой гражданки С., проживающей в г. Москве, ранее признанной судом недееспособной.

Адвокат Адвокатской конторы № 2 МГКА Виктор Еремеев, представлявший интересы заявительницы в КС, рассказал «АГ» об обстоятельствах дела и прокомментировал выводы высшей судебной инстанции.

Попытки обжаловать решение суда о признании лица недееспособным

Решением Нагатинского районного суда г. Москвы от 6 июля 2018 г. было удовлетворено заявление ГБУ здравоохранения г. Москвы «Психиатрическая клиническая больница № 1 им. Н.А. Алексеева» о признании гражданки С. недееспособной. Дело рассматривалось в помещении медучреждения, пациентка на заседании присутствовала, но обстоятельства дела пояснить суду не смогла.

Как рассказал «АГ» Виктор Еремеев, супруг его доверительницы случайно узнал о том, что суд признал ее недееспособной. «Женщина действительно имела психическое заболевание и в период обострений добровольно проходила лечение в больнице. Однако в дальнейшем оказалось, что медучреждение, где женщина лечилась в очередной раз, обратилось в суд с заявлением о признании ее недееспособной, хотя никто об этом администрацию больницы не просил», – отметил он. Адвокат добавил, что, по словам супруга С., в больнице ему сообщили о том, что в связи с признанием жены недееспособной она должна быть помещена в специнтернат, и в дальнейшем очень интересовались наличием в собственности женщины недвижимости.

«Это очень насторожило мужа С., – добавил Виктор Еремеев. – Он попытался получить решение суда, в том числе в районном отделе опеки, но безуспешно, после чего обратился ко мне за юридической помощью».

Выяснив, что решение суда действительно есть и уже вступило в силу, адвокат от имени доверительницы обратился в суд с апелляционной жалобой и заявлением о восстановлении процессуального срока, но получил отказ. Тогда он подал жалобу на определение об отказе в восстановлении срока апелляционного обжалования от собственного имени, поскольку в тот период доверительница уже была помещена интернат, а дни так называемого «отпуска по семейным обстоятельствам» в течение календарного года были исчерпаны. Кроме того, по словам адвоката, женщина не хотела сообщать администрации лечебницы о намерении обжаловать решение о признании ее недееспособной, полагая, что это может повлечь для нее серьезные последствия.

Мосгорсуд, в свою очередь, также оставил частную жалобу без рассмотрения, указав на отсутствие у адвоката полномочий на обжалование решения первой инстанции от своего имени, поскольку указанные полномочия не подтверждены доверенностью. «Тогда я решил подать жалобу в КС от своего имени, но секретариат вернул ее, обосновав тем, что я не являлся стороной по делу. Соответственно, мои права не могли быть нарушены оспариваемым судебным решением», – пояснил Виктор Еремеев «АГ». После этого он по рекомендации секретариата КС подал жалобу от имени доверительницы, которую и приняли к рассмотрению.

Рассмотрение жалобы в Конституционном Суде

В жалобе (есть у «АГ») указывалось, что в нарушение норм процессуального права амбулаторная судебно-психиатрическая экспертиза в отношении С. была назначена и проведена в лечебном учреждении, одновременно выступавшим заявителем о признании женщины недееспособной, что недопустимо и является основанием для отвода экспертов как заинтересованных лиц.

Указанное обстоятельство, подчеркивалось в документе, повлияло на исход дела и повлекло принятие судом незаконного решения, а лишение заявительницы возможности получить окончательный судебный акт – невозможность его обжалования в порядке гл. 39 и 41 ГПК. Кроме того, подчеркивалось наличие оснований для восстановления срока обжалования, указанных в п. 8 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2012 г. № 13 (тяжелая болезнь и беспомощное состояние заявительницы, которые одновременно являлись предметом судебного разбирательства).

Таким образом, резюмировалось в жалобе, положения ст. 54 ГПК препятствуют обжалованию адвокатом решения суда о признании доверителя недееспособным на основании ордера, выданного адвокатским образованием, без представления доверенности с указанием специальных полномочий по обжалованию таких судебных постановлений, что противоречит Конституции РФ.

«В наш адрес поступили отзывы полномочных представителей в КС, возражавших против удовлетворения жалобы, – рассказал Виктор Еремеев. – Первым был отзыв сенатора Андрея Клишаса, на который я представил свои возражения. Были еще два отзыва, на которые я также направил возражения. Все отзывы сводились к тому, что федеральным законодателем обеспечено достаточное правовое регулирование полномочий сторон гражданского процесса, установленное ст. 54 ГПК. Кроме того, указывалось, что наделение адвокатов какими-либо дополнительными полномочиями повлечет их злоупотребление своими правами по отношению к доверителям и, соответственно, нарушение прав последних».

Адвокат добавил, что постарался четко и аргументированно представить Суду свою позицию о том, почему адвокатам стоит доверять в вопросах оспаривания судебных решений о признании граждан недееспособными. «В обоснование своей позиции я привел примеры публикаций в СМИ по схожим случаям, когда родственники случайно узнавали о том, что их близкого человека признали недееспособным, и решение суда уже вступило в силу, и сделать уже ничего нельзя, – отметил он. – Также я обратил внимание КС, что первая инстанция поверхностно подошла к делу, поскольку подобные дела “поставлены на поток” и суд полностью доверяется в них позиции заявителя (медучреждения), не проверяя фактов. В свою очередь суд апелляционной инстанции не смог рассмотреть мою частную жалобу, так как тому препятствовали положения ст. 54 ГПК».

КС подчеркнул важность наличия у лица, признанного недееспособным, возможности воспользоваться помощью адвоката

Рассмотрев материалы дела, Конституционный Суд указал, что одной из основных гарантий соблюдения гражданских прав и свобод в судебном разбирательстве признании лица недееспособным является обязанность суда вызвать такого гражданина для участия в заседании, если это не создает опасности для жизни или здоровья его и окружающих, и предоставить возможность изложить свою позицию лично либо через выбранных им представителей (ч. 1 ст. 284 ГПК).

В то же время, отмечается в постановлении, не исключена ситуация, когда присутствие в заседании гражданина, в отношении которого решается вопрос о дееспособности, не означает, что он (в силу психического расстройства или иных факторов, связанных с проводимым лечением) в состоянии в полной мере понимать происходящее или дать суду пояснения по рассматриваемому вопросу. Это относится и к выездному заседанию по месту нахождения гражданина.

При этом, добавил КС, указанная норма, предусматривающая участие заявителя, прокурора и представителя органа опеки в таком деле, не содержит аналогичного предписания в отношении представителя лица, чья дееспособность оспаривается, допуская тем самым рассмотрение дела без участия представителя в заседании, независимо от причин неявки. Соответственно, при этом возрастает вероятность пропуска срока обжалования, особенно если психическое расстройство не позволяет гражданину в полной мере осознавать продолжительность этого срока и юридические последствия вступления решения суда в силу, а его представитель в заседании отсутствовал.

Также в документе подчеркивается, что касательно производства о признании гражданина недееспособным КС ранее (Постановление от 27 февраля 2009 г. № 4-П) указывал на важность обеспечения такому лицу квалифицированной юридической помощи со стороны выбранных им представителей (ч. 1 ст. 48 Конституции), а также возможности обратиться ко всем внутригосударственным средствам защиты от нарушения прав необоснованным признанием недееспособным, включая обжалование соответствующего решения во всех судебных инстанциях (ст. 46, ч. 3 ст. 56, ст. 118, 125 и 126 Конституции).

Со ссылкой на правоприменительную практику Суд подчеркнул, что при помещении гражданина, признанного недееспособным, в специальную организацию (в частности, в стационар), на которую возложены обязанности опекуна, не исключено наличие у таковой противоположного с подопечным процессуального интереса, что может выражаться в бездействии по обжалованию соответствующего судебного решения.

В таком случае гражданину, заинтересованному в обжаловании решения суда, должна быть обеспечена возможность воспользоваться юридической помощью лица, не зависящего от опекуна. «Следовательно, если этот гражданин не имеет возможности лично обжаловать решение суда о признании недееспособным или если из-за пропуска процессуального срока на подачу апелляционной жалобы решение вступило в законную силу, а опекун гражданина согласен с решением и не совершает действий по его обжалованию, возможным способом реализации конституционного права гражданина, признанного недееспособным, на судебную защиту является обжалование решения адвокатом, выбранным самим этим гражданином», – сообщается в постановлении.

КС отметил, что обжалуемая норма ГПК предписывает закреплять право представителя на обжалование судебного постановления – как одно из важнейших процессуальных действий, имеющих распорядительный характер, – в доверенности, выданной представляемым лицом.

В отношении права адвоката выступать в суде в качестве представителя Суд добавил, что оно удостоверяется на основании ч. 5 ст. 53 ГПК ордером, выданным адвокатским образованием, однако право на обжалование судебного постановления должно быть специально оговорено в доверенности, выданной представляемым лицом. «Это означает, что наличие у адвоката ордера, подтверждающего его право на выступление в суде в качестве представителя, само по себе не свидетельствует о наличии у него полномочия на совершение в интересах представляемого лица действий, перечисленных в ст. 54 данного Кодекса, в том числе на обжалование судебных постановлений», – отмечается в постановлении со ссылкой, в том числе, на разъяснения Верховного Суда РФ, представленные в Обзоре законодательства и судебной практики за третий квартал 2003 г.

Следовательно, подчеркнул Конституционный Суд, гражданин, намеренный обжаловать решение суда через представителя, в том числе адвоката, должен, исходя из приведенных законоположений и разъяснений ВС, уполномочить его посредством выдачи доверенности. Такое требование, добавил КС, оправданно, когда речь идет о рассмотрении и разрешении гражданских дел (ст. 22 ГПК), но рассматриваемое в порядке особого производства дело о признании гражданина недееспособным имеет специфику, обусловленную юридическими последствиями удовлетворения судом такого заявления.

Однако в рассматриваемом случае, указано в постановлении, с учетом юридических последствий принятия и вступления в силу решения суда о признании гражданина недееспособным, содержащееся во взаимосвязанных положениях ст. 54 и ч. 3 ст. 284 ГПК предписание об обязательности выдачи этим гражданином доверенности адвокату, специально наделяющей того правом на обжалование решения суда о признании недееспособным, не может быть реализовано и, таким образом, не обеспечивает эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего требованиям равенства и справедливости, а значит, осуществления конституционного права на судебную защиту.

То, что в силу ч. 2 ст. 286 ГПК признанный недееспособным гражданин имеет право лично или посредством представителей подать в суд заявление о признании его дееспособным, добавил КС, не снимает проблему оспаривания признания его недееспособным. Это подчеркивает важность наличия у такого лица возможности воспользоваться профессиональной помощью адвоката на этапе, предшествующем кассационному оспариванию решения о недееспособности, в том числе в целях восстановления процессуального срока на апелляционное обжалование.

Таким образом, подчеркивается в документе, положение ст. 54 ГПК, находящееся в неразрывной связи с положением ч. 3 ст. 284 Кодекса о праве гражданина, признанного недееспособным, обжаловать соответствующее решение суда, по своему конституционно-правовому смыслу не предполагает возможности отказать в рассмотрении по существу жалоб адвоката, направленных на оспаривание решения суда о признании гражданина недееспособным, даже если адвокат действует на основании ордера без доверенности, специально оговаривающей полномочие на обжалование судебного акта, когда из конкретных обстоятельств следует, что адвокат действует в интересах данного гражданина.

Это, добавил КС, не исключает право федерального законодателя внести в действующее правовое регулирование изменения, направленные на совершенствование механизма, обеспечивающего защиту права гражданина, признанного недееспособным, на обжалование такого решения как лично, так и с помощью выбранного им адвоката.

Решения по делу заявительницы КС признал подлежащими пересмотру.

Адвокаты отметили важность выводов Суда для практики

Как полагает Виктор Еремеев, решающую роль в принятии данного постановления сыграли публикации в СМИ, распечатки которых были приложены в обоснование возражений адвоката на отзывы к жалобе.

По его мнению, выводы КС окажут позитивное влияние на практику при разрешении судами схожих жизненных ситуаций и не позволят в дальнейшем медучреждениям специальной направленности, а также органам опеки и соцзащиты злоупотреблять полномочиями в отношении своих подопечных для извлечения какой-либо корыстной выгоды, потому как в дальнейшем речь может идти о судьбе имущества, принадлежащего как признанному недееспособным гражданину, так и его родственникам.

«Данное постановление, по моему мнению, также является актом доверия государства к адвокатской корпорации, поскольку предоставляет адвокатам дополнительные полномочия в судебном заседании, чего лишены другие представители сторон», – подчеркнул он.

Комментируя «АГ» выводы Конституционного Суда, адвокат АБ «Онегин» Дмитрий Бартенев отметил, что поводом к принятию постановления стала распространенная ситуация, когда человек с психическим заболеванием лишается дееспособности – а значит, и большинства гражданских прав – «за закрытыми дверями», не имея элементарной возможности не только защищать свои права, но и обжаловать решение суда. «Фактически в данном постановлении КС подверг критике вопиющий произвол, с которым сталкиваются пациенты психиатрических больниц или жители интернатов, которых хотят лишить дееспособности, – пояснил он. – Выездное заседание суда, отсутствие юридической помощи, невозможность получить решение суда и найти адвоката для его обжалования – все это делает судебное рассмотрение дел о недееспособности “декоративным” и лишенным элементарных гарантий справедливого разбирательства».

По мнению эксперта, постановление является исключительно важным для практики, поскольку фактически создает новый механизм защиты прав людей, которых лишают дееспособности. «Важно, что КС обратил внимание на ряд системных проблем: во-первых, отсутствие обязательной помощи адвоката по данной категории дел, несмотря на то, что речь идет о наиболее уязвимой группе лиц; во-вторых – недопустимость дискриминации людей с психическими заболеваниями. Согласно позиции КС такие лица должны иметь равные гарантии обжалования решения суда – т.е. реализации своих процессуальных прав», – подчеркнул он.

Следствием выводов КС должны стать, добавил Дмитрий Бартенев, поправки в процессуальное законодательство. «Но важнее, чтобы позиция КС, в очередной раз подтверждающая исключительную важность дел о признании гражданина недееспособным, была услышана на практике. Важно не только дать возможность реализации процессуальных прав. Гораздо важнее понимать, что лишение дееспособности должно быть исключительной мерой, которую суд должен применять, ориентируясь не на медицинское заключение, а на необходимость в конкретной ситуации, о чем опять же говорил КС», – подытожил он.

Адвокат КА «АДВОКАТ» Анна Мамонова также оценила позицию Суда как справедливую и разумную для рассматриваемой категории дел. «Буквальное толкование ст. 54 ГПК действительно позволяло судам отказывать в рассмотрении жалоб лиц, признанных недееспособными, что нарушало их права, так как они не могли оформить доверенность в установленном порядке в силу своего статуса. КС же исходит из приоритета закрепленных в Конституции прав на судебную защиту и доступ к правосудию», – отметила она.

Данное постановление, полагает эксперт, позволит исключить в дальнейшем подобные ситуации. «Тем не менее считаю, что данная правовая позиция должна быть учтена законодателем при внесении изменений и дополнений в ГПК», – добавила адвокат.

Как отметила партнер юридической компании Law & Commerce Offer Виктория Соловьёва, императивные правила, установленные ст. 54 и 284 ГПК, действительно приводили к ограничению процессуальных прав лиц, признанных недееспособными. «Получается, что такие граждане были лишены реальной возможности, отстаивая свои права по обжалованию решений, получить квалифицированную юридическую помощь из-за правил, связанных с оформлением полномочий представителя, которые не учитывают нестандартные ситуации. В то время как именно таким гражданам необходима помощь профессионала, учитывая, что порой признание гражданина недееспособным может быть обусловлено корыстными интересами определенных лиц, защита от которых представляет сложность для тех, кто не имеет юридического образования», – пояснила она.

Поэтому, подчеркнула эксперт, гарантия права на использование всех имеющихся средств правовой защиты для граждан, признанных недееспособными, важна для принятия судами справедливых решений.

О порядке признания гражданина недееспособным

23 ноября 2017

Гражданская дееспособность определяется ГК РФ как способность гражданина своими действиями приобретать и осуществлять гражданские права, создавать для себя гражданские обязанности и исполнять их. Однако при некоторых психических заболеваниях гражданин может нуждаться в опеке и даже в медицинских услугах стационарных учреждений, поэтому такого гражданина необходимо признать недееспособным в судебном порядке.

Существование института недееспособности, ограниченной дееспособности обусловлено потребностью защиты прав и интересов как самих граждан, в отношении которых судом рассматривается указанный вопрос, так и других лиц, которые вступают с ними в различного рода правоотношения.

Согласно ст. 29 ГК РФ, недееспособным может быть признан гражданин, который вследствие психического расстройства не может понимать значения своих действий или руководить ими.

Признание гражданина недееспособным осуществляется в судебном порядке, установленном гражданским процессуальным законодательством. Над гражданином, признанным недееспособным, устанавливается опека.

Дело о признании гражданина недееспособным вследствие психического расстройства может быть возбуждено в суде на основании заявления членов его семьи, близких родственников (родителей, детей, братьев, сестер) независимо от совместного с ним проживания, органа опеки и попечительства, психиатрического или психоневрологического учреждения.

В соответствии со статьей 281 ГПК РФ, заявление о признании гражданина недееспособным подается в суд по месту жительства данного гражданина, а если гражданин помещен в психиатрическое или психоневрологическое учреждение, по месту нахождения этого учреждения.
В заявлении о признании гражданина недееспособным должны быть изложены обстоятельства, свидетельствующие о наличии у гражданина психического расстройства, вследствие чего он не может понимать значение своих действий или руководить ими.

Судьей при наличии достаточных данных о психическом расстройстве гражданина, в целях определения его психического состояния, назначается судебно-психиатрическая экспертиза. При явном уклонении гражданина, в отношении которого возбуждено дело, от прохождения экспертизы суд в судебном заседании с участием прокурора и психиатра может вынести определение о принудительном направлении гражданина на судебно – психиатрическую экспертизу.

Заявление о признании гражданина недееспособным суд рассматривает с участием самого гражданина, заявителя, прокурора, представителя органа опеки и попечительства.

Гражданин, в отношении которого рассматривается дело о признании его недееспособным, должен быть вызван в судебное заседание, в случае если его присутствие в судебном заседании не создает опасности для его жизни или здоровья, либо для жизни или здоровья окружающих, для предоставления ему возможности изложить свою позицию по данному вопросу.

В случае если личное участие гражданина в проводимом в помещении суда судебном заседании по делу о признании гражданина недееспособным создает опасность для его жизни или здоровья либо для жизни или здоровья окружающих, данное дело рассматривается судом по месту нахождения гражданина, в том числе в помещении психиатрического стационара или психоневрологического учреждения с участием самого гражданина.

Решение суда, которым гражданин признан недееспособным, является основанием для назначения ему опеки органом опеки и попечительства.

С момента вступления в законную силу решения суда о признании лица недееспособным, суд обязан в трехдневный срок сообщить об этом органу опеки и попечительства. Данное правило выполняется для установления опеки над недееспособным (ст. 34 ГК РФ). Опекун назначается соответствующим органом по месту жительства недееспособного гражданина.

Согласно действующему законодательству орган опеки и попечительства должен в течение месяца назначить опекуна недееспособному лицу. При не назначении опекуна недееспособному лицу в течение отведенного времени, исполнение обязанностей первого возлагается на орган опеки и попечительства.

Опекунами недееспособных граждан, которые находятся на лечении в соответствующих учреждениях или в учреждениях социальной защиты населения являются данные учреждения (ст. 35 ГК РФ).

Следует отметить, что заявитель освобождается от уплаты издержек, связанных с рассмотрением заявления о признании гражданина недееспособным.

Гражданин, признанный недееспособным, имеет право лично либо через выбранных им представителей обжаловать соответствующее решение суда в апелляционном порядке, подать заявление о его пересмотре, а также обжаловать соответствующее решение суда в кассационном и надзорном порядке, если суд первой инстанции не предоставил этому гражданину возможность изложить свою позицию лично либо через выбранных им представителей.

В случае улучшения психического состояния гражданина, признанного недееспособным, он по решению суда может быть признан дееспособным (ст. 286 ГПК Российской Федерации). Основанием для такого решения должно быть соответствующее заключение судебно-психиатрической экспертизы.

Подготовлено прокуратурой Пронского района

Вернуться к списку

Отчет о правоспособности и поддержке принятия решений

Отчет о правоспособности и поддержке принятия решений


Опубликован:

12 декабря 2017 г.

Автор:

Специальный докладчик по правам инвалидов

Представлено:

В СПЧ на его 37 сессиях, 6 марта 2018 г.


Резюме

Во всем мире опыт поддержки со стороны сверстников, продвинутые директивы, пропаганда и другие меры поддержки показывают способ, позволяющий инвалидам принимать собственные решения во всех аспектах своей жизни.Это важно для достойной жизни в соответствии со своими ценностями и предпочтениями. Принцип универсальной правоспособности защищает это основное право и гарантирует, что все люди - с ограниченными возможностями или без - пользуются одинаковыми правами и равны перед законом.

Настоящий отчет прокладывает путь к универсальной правоспособности на основе Конвенции о правах инвалидов и других международных договоров по правам человека, что подтверждается опытом растущего числа стран, включая Коста-Рику, Ирландию, Кению и Швецию. .

На протяжении всей истории многие инвалиды лишались возможности пользоваться своими правами из-за отказа в их дееспособности. Хотя это было широко принято и считалось необходимым для защиты соответствующих лиц и общества, это оказалось неправильным.

Отказ в правоспособности лишает людей контроля над своей жизнью, от критических решений, таких как вступление в брак, создание семьи, выбор места и с кем жить, до всех аспектов их повседневной жизни, резко сокращая их возможности участвовать в жизни общества.Это также привело к распространению вредных практик, таких как принуждение, помещение в учреждения и стерилизация, что привело к окончательной объективизации людей с ограниченными возможностями.

Признание государствами полной правоспособности всех лиц с ограниченными возможностями и возможность принятия поддерживаемых решений являются необходимыми шагами для претворения в жизнь их прав, обеспечения свободы и возможности вести осмысленную жизнь в соответствии с их ценностями. и предпочтения.

Отчет напоминает государствам об их обязательствах в качестве сторон, подписавших Конвенцию, и содержит рекомендации по обеспечению равного признания лиц с ограниченными возможностями перед законом.

  • Признать право инвалидов на дееспособность во внутреннем законодательстве, отменив все законы и постановления, ограничивающие это основное право.
  • Приостановить все новые заявки на альтернативное принятие решений и создать для лиц с ограниченными возможностями, находящихся в таких режимах, возможность восстановления своей дееспособности.
  • Содействовать и гарантировать доступ людей с ограниченными возможностями к механизмам поддерживаемого принятия решений путем предоставления адекватного финансирования, основ политики, разработанных в консультации с инвалидами, а также путем надлежащего обучения судей, служб и всех других соответствующих государственных органов.

В отчете также содержится призыв к системе ООН и всем участникам международного сотрудничества сыграть свою роль в реализации универсальных рамок правового потенциала во всем мире, обеспечивая финансирование, технический потенциал и общую поддержку государствам.

Техническая встреча с нотариусами

23-24 апреля 2018 года Специальный докладчик по правам людей с ограниченными возможностями и Комиссия по правам человека Международного союза нотариусов организовали техническое совещание о роли нотариуса в защите права инвалидов на осуществление правоспособности.

Цель встречи заключалась в том, чтобы повысить осведомленность нотариусов о признании универсальной правоспособности и парадигме поддержки, введенной Конвенцией о правах инвалидов, чтобы их работа не превратилась в фактическое ограничение правоспособности.

Около 40 участников, представляющих национальных нотариусов и других экспертов, приняли участие в обсуждениях, в ходе которых основное внимание было уделено прогрессу и проблемам в признании правоспособности лиц с ограниченными возможностями при выполнении нотариальных функций; документирование мер, принятых для повышения их роли в защите права инвалидов на осуществление правоспособности; и определение юридических инструментов, которые нотариусы могут использовать для гарантии осуществления прав инвалидами.

Полученные материалы

Скачать анкету: Английский | Французский | Испанский

Ниже представлены все полученные материалы в доступных форматах. Недоступные форматы доступны по запросу на [email protected]

Штаты

Национальные учреждения по правам человека

Гражданское общество, включая организации людей с ограниченными возможностями

Ученые и частные лица

  • Элизабет Анджорин (недоступный формат доступен по запросу)
  • Glenn Floyd (недоступный формат доступен по запросу)
  • Джон Честерман (недоступный формат доступен по запросу)
  • Рене Талбот и Уве Панков (недоступный формат доступен по запросу)

«Возможности», «наилучшие интересы», «воля и предпочтения» и Конвенция ООН о правах инвалидов

Всемирная психиатрия.2019 Фев; 18 (1): 34–41.

Джордж Шмуклер

1 Институт психиатрии, психологии и неврологии, Королевский колледж Лондона, Лондон, СОЕДИНЕННОЕ КОРОЛЕВСТВО,

1 Институт психиатрии, психологии и неврологии, Королевский колледж Лондона, Лондон, СОЕДИНЕННОЕ КОРОЛЕВСТВО,

© Всемирная психиатрическая ассоциация, 2019 г.Эта статья цитируется в других статьях в PMC.

Abstract

Конвенция Организации Объединенных Наций (ООН) о правах инвалидов (КПИ) является самым современным международно-правовым документом, касающимся прав людей с ограниченными возможностями.К таким лицам относятся лица с серьезными психическими расстройствами. Согласно авторитетному толкованию важной статьи (Статья 12 - Равенство перед законом) Комитетом КПИ ООН принудительное задержание и лечение людей с психическими расстройствами запрещены Конвенцией. Как общепринятый закон о психическом здоровье, так и закон о дееспособности считаются нарушающими Конвенцию. Однако некоторые другие органы ООН не полностью согласны (например, Комитет ООН по правам человека и Подкомитет по предупреждению пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания), в то время как другие менее явно абсолютистские (например, Совет по правам человека).Более того, ряд научных кругов резко критиковал позицию Комитета КПИ. Эти критические замечания касаются того, можно ли игнорировать роль способности человека принимать решения, независимо от обстоятельств. Большая часть вышеупомянутых дебатов вращается вокруг концепции «дееспособности» и часто повторяемого ныне предписания о том, что нужно всегда уважать «волю и предпочтения» человека с ограниченными возможностями. Однако «воля и предпочтения» остаются неопределенными. В этой статье я предлагаю анализ «воли и предпочтений», который может прояснить вмешательства, которые могут быть приемлемыми или неприемлемыми в соответствии с положениями Конвенции ООН.

Ключевые слова: Конвенция ООН, права человека, инвалиды, Комитет КПИ ООН, психические расстройства, недобровольное лечение, закон о психическом здоровье, правоспособность, умственная дееспособность, воля, предпочтения, наилучшие интересы, альтернативное принятие решений

Конвенция Организации Объединенных Наций (ООН) о правах инвалидов (КПИ) 1 является самым современным международно-правовым документом, специально разработанным для закрепления прав людей с ограниченными возможностями. К таким лицам относятся лица с серьезными психическими расстройствами.

Недавние авторитетные толкования, выпущенные Комитетом ООН, созданным для наблюдения за выполнением Конвенции (Комитет КПИ), приводят к утверждению, что принудительное задержание и лечение людей с психическими (или «психосоциальными») нарушениями запрещены.

Например, Общий комментарий Комитета № 1 к Статье 12 (Равенство перед законом) Конвенции2 включает следующие утверждения:

«Поддержка в реализации правоспособности должна уважать права, волю и предпочтения инвалидам и никогда не должны заменять процесс принятия решений.»(Пункт 17)

« Государства-участники должны пересмотреть законы, разрешающие опекунство и попечительство, и принять меры для разработки законов и политики, заменяющих режимы замещающего принятия решений поддерживаемым принятием решений, которое уважает автономию человека, и предпочтения ». (пункт 26)

«Отказ в правоспособности лиц с ограниченными возможностями и их содержание в учреждениях против их воли либо без их согласия, либо с согласия лица, принимающего решение,… представляет собой произвольное лишение свободы и нарушает статьи 12 и 14 Конвенции.(Пункт 40)

Кроме того, в Заявлении Комитета по статье 14 (Свобода и личная неприкосновенность) Конвенции3 утверждается, что:

«Комитет призвал государства-участники защищать безопасность и личную неприкосновенность людей. инвалидам, лишенным свободы, в том числе путем отказа от применения принудительного лечения, изоляции и различных методов сдерживания в медицинских учреждениях, включая физические, химические и механические ограничения ». (п.12)

«Недобровольное задержание лиц с ограниченными возможностями на основании риска или опасности, предполагаемой потребности в уходе или лечении или других причин, связанных с нарушением или диагнозом состояния здоровья, противоречит праву на свободу и равносильно произвольному лишению свободы». (пункт 13)

Эти сложные утверждения вытекают из позиции Комитета, согласно которой статья 12 Конвенции предусматривает, что все лица, независимо от их способности принимать решения, должны обладать «правоспособностью» на «равной основе с другими».Правоспособность включает в себя право быть признанным лицом перед законом, а также право на юридическое представительство, то есть право принимать свои решения - например, в отношении здравоохранения или социальной помощи, где и как жить, финансов - на законных основаниях. признал. «Правоспособность» считается основополагающей для личности, равного человеческого достоинства и полного гражданства4, 5.

В толковании Комитета2 говорится, что «правоспособность» и «умственная дееспособность» различны: первое - это юридическое понятие, второе - психологическое. один.Вопреки практически универсальным положениям закона о психическом здоровье и закона о дееспособности, Комитет утверждает, что наличие инвалидности (на основании физического, умственного, сенсорного или психосоциального нарушения) никогда не должно быть основанием для отказа в правоспособности и применения «Замещающее принятие решения» - то есть решение, принятое другим лицом вместо лица с ограниченными возможностями (не назначенное этим лицом, принятое против его или ее воли и не основанное на его или ее собственной «воле и предпочтения »).

Комитет настаивает на том, что сохранение «правоспособности» означает, что мы «должны уважать права, волю и предпочтения людей с ограниченными возможностями». При соответствующей поддержке (строго говоря, для реализации «дееспособности», которую государство обязано предоставить), люди с ограниченными возможностями смогут выражать свою «волю и предпочтения». В тех случаях, когда человеку трудно сообщить об этом напрямую, Комитет заявляет, что следует добиться «наилучшего толкования» его «воли и предпочтений» с привлечением тех, кто его знает.

Статья 14 КПИ гласит, что «наличие инвалидности ни в коем случае не оправдывает лишение свободы» 1. Согласно интерпретации Комитета2, даже если существует риск для человека или других лиц, связанный с инвалидностью, принудительные меры, тем не менее, нарушают Конвенцию. Таким образом, общепринятый закон о психическом здоровье, основанный на диагнозе некоторой формы «психического расстройства» плюс риск для себя или других, явно исключен.

Такое толкование статьи 12 (вместе с толкованием статьи 13 - Доступ к правосудию) также имеет важные последствия для судебно-медицинской практики, включая возможное запрещение аргументов защиты «психического состояния» - «непригодность к суду» и «невиновность причина безумия »- на том основании, что защиты должны быть« нейтральными по отношению к инвалидности »6, 7, 8, 9.

Важным исходным фактором в акценте на правоспособность в КПИ является широко распространенное нарушение прав людей с ограниченными возможностями. Во многих местах это привело к потере почти всех гражданских прав, иногда называемой «гражданской смертью».

ПОЧЕМУ КОНВЕНЦИЯ ВАЖНА?

Конвенция, принятая в 2006 году, вступила в силу в 2008 году. Хотя она не устанавливает прав, которые еще не предусмотрены универсальными договорами о правах человека, она определяет, как принципы человеческого достоинства, равенства, недискриминации, автономии и полного участия в общественной жизни инклюзия применяется к инвалидам.Он направлен на обеспечение того, чтобы к таким лицам относились наравне с другими.

Конвенцию можно рассматривать как «сдвиг парадигмы» в правовом понятии «инвалидность» 10, 11. Инвалиды характеризуются как «включая тех, кто имеет длительные физические, умственные, интеллектуальные или сенсорные нарушения, которые взаимодействие с различными препятствиями может препятствовать их полному и эффективному участию в жизни общества наравне с другими ». Это не исчерпывающее определение.Большинство органов власти (но не все пользователи услуг) согласны с тем, что в эту категорию входят лица с психическим расстройством, проходящие лечение в рамках системы психического здоровья. Конвенция выдвигает «социальную модель» инвалидности: это уровень приспособляемости общества, который определяет степень, в которой инвалидность человека становится инвалидностью. Именно в этом смысле человеку с психическими расстройствами может потребоваться «принятие решений с поддержкой», чтобы облегчить им выражение своей «воли и предпочтений».

На момент написания этой статьи 177 государств ратифицировали Конвенцию. Ратификация свидетельствует о готовности государства укреплять указанные юридические права и обязанности. В зависимости от юрисдикции Конвенция может быть автоматически включена или не включена в национальное законодательство после ратификации. Во многих странах с общим правом (например, в Великобритании) он включен в национальное законодательство только в том случае, если он прямо законодательно закреплен.

ДРУГИЕ ТОЛКОВАНИЯ ООН

В настоящее время в ООН существует десять «договорных» органов, созданных для мониторинга конкретных правовых документов по правам человека, таких как КПИ.Существует также «уставный» Совет ООН по правам человека с его различными «специальными процедурами», такими как отчеты «специальных докладчиков», «независимых экспертов» и рабочих групп. «Плоская» общая структура означает, что могут быть значительные различия в интерпретации схожих вопросов этими по существу независимыми органами.

Абсолютный запрет Комитета КПИ на недобровольное задержание и лечение поддерживается Специальным докладчиком по вопросам инвалидности12, первым Специальным докладчиком по правам инвалидов13, Рабочей группой ООН по произвольным задержаниям14 и Верховным комиссаром ООН по правам человека15.

Однако есть заявления других органов ООН, которые не поддерживают интерпретацию Комитета, по крайней мере, в ее абсолютистской форме.

Некоторые позиции явно расходятся. В 2014 году Комитет по правам человека опубликовал Общий комментарий (№ 35) к статье 9 Международного пакта о гражданских и политических правах, в котором говорится: 16:

«Наличие инвалидности само по себе не оправдывает лишение свободы. скорее, любое лишение свободы должно быть необходимым и соразмерным с целью защиты данного лица от серьезного вреда или предотвращения причинения вреда другим.Он должен применяться только в качестве крайней меры и в течение максимально короткого соответствующего периода времени и должен сопровождаться адекватными процессуальными и материально-правовыми гарантиями, установленными законом. Процедуры должны обеспечивать уважение взглядов человека и гарантировать, что любой представитель искренне представляет и защищает желания и интересы человека.

Аналогичную позицию занял Подкомитет по предупреждению пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания17.

Позиции других органов ООН относительно абсолютного запрета на недобровольное вмешательство менее однозначны, но сформулированы в терминах, поддерживающих центральную роль «воли и предпочтений». Они призывают срочно разработать альтернативы принудительному вмешательству.

Важная резолюция о психическом здоровье и правах человека Совета ООН по правам человека18 призывает государства «отказаться от всех практик, которые не уважают права, волю и предпочтения всех людей на равной основе» и «обеспечивать психическое здоровье». услуги для людей с психическими расстройствами или психосоциальными расстройствами на той же основе, что и для людей без инвалидности, в том числе на основе свободного и осознанного согласия ».

В докладе Специального докладчика ООН по вопросу о праве каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья29 отмечается отсутствие консенсуса в отношении принуждения в органах ООН. Докладчик предлагает работать с другими для достижения цели. Он отмечает, что дискриминация по-прежнему очевидна в службах психического здоровья, например, в лишении пользователей права отказываться от лечения, правоспособности и неприкосновенности частной жизни, а также других гражданских и политических прав.Он настаивает на том, что необходимы действия для радикального снижения уровня принуждения и содействия движению к окончательному прекращению любого принудительного психиатрического лечения.

Отчет Специального докладчика ООН по вопросу о пытках и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения и наказания20 кажется неоднозначным относительно того, могут ли принудительные меры когда-либо быть оправданными.

Здесь стоит отметить недавнее решение Европейского суда по правам человека21, который, обращаясь к статье 12 КПИ, пришел к выводу, что было оправдано не соглашаться с выраженным «предпочтением» мужчины с умственной отсталостью в отношении где он должен жить, поскольку «инвалидность была такого рода, что с точки зрения ее воздействия на когнитивные навыки заявителя, заявитель не мог адекватно понять значение и последствия конкретного решения, которое он хотел принять», и что , следовательно, «благополучие и интересы заявителя требуют сохранения договоренности с наставником [фактически, замещающим лицом, принимающим решения]».Таким образом, толкование Судом статьи 12 не согласуется с толкованием Комитета КПИ.

КРИТИКА ТОЛКОВАНИЯ КОМИТЕТА КПИ СТАТЬИ 12

Неудивительно, что абсолютистская позиция Комитета КПИ, столь резко расходящаяся с многовековым юридическим признанием недобровольного задержания и лечения, подвергается резкой критике.

Международная группа врачей22 утверждает, что интерпретация Комитета угрожает подорвать с трудом завоеванные важнейшие права людей с психическими расстройствами - право на наивысший достижимый уровень здоровья, на жизнь или доступ к правосудию.Более того, они опасаются, что права других людей, семьи и общества будут также поставлены под угрозу, что приведет к усилению стигмы психических заболеваний. Описана основная необходимая роль способности человека принимать решения (хотя, конечно, в большинстве юрисдикций способность не играет формальной роли в режимах гражданских обязательств). Авторы сетуют на очевидную ограниченность опыта Комитета в отношении психических заболеваний, отсутствие вклада со стороны клиницистов и неспособность Комитета учесть мнения широких слоев населения, пользующихся услугами, значительная часть которых поддерживает принудительное лечение, по крайней мере, в качестве последнего. прибегнуть.

Доусон23, с правовой точки зрения, критикует толкование Комитета за то, что оно не дает адекватных указаний о том, как в случае возникновения ситуаций, когда права, сформулированные в КПИ, вступают в конфликт, это может быть разрешено. Это особенно важно, поскольку соответствующий текст КПИ, утверждает он, неоднозначен. Ключевой концепцией во многих правовых системах при установлении баланса между конкурирующими императивами является функциональная проверка способности принимать решения. Это указывает на то, должна ли преобладать - в конкретном случае - автономия, с одной стороны, или защита интересов уязвимого лица, с другой.

Кроме того, Доусон отмечает, что закон в целом пронизан ментальными концепциями, которые Комитет осуждает как необъективные, например намерение, понимание или предвидение. Он утверждает, что отказ в правоспособности в определенной области не обязательно является отрицанием внутренних прав человека. Слепым не разрешается водить машину; Ключевым фактором является наличие у человека нарушения соответствующих функций, физических или психических, необходимых для безопасных действий в этой области. Доусон критикует понимание Комитетом значения термина «дискриминация», утверждая, что не обязательно неправильно обращаться с людьми по-разному, если между их ситуациями существуют соответствующие различия, даже после того, как была предоставлена ​​адекватная поддержка и сделаны разумные приспособления.

Шолтен и Гэзер24 утверждают, что точка зрения Комитета, если она будет принята, приведет к ряду серьезных неблагоприятных последствий для лиц с психическими расстройствами. Важным будет серьезное влияние на «автономию» и благополучие. Под «автономией» они подразумевают «способность жить в соответствии с собственными представлениями о добре». Они заявляют: «Когда способность человека принимать решения существенно снижена, он часто не в лучшем положении, чтобы оценить, какой вариант лечения будет наиболее благоприятным для его благополучия и совместимым с его представлением о добре.В таких случаях практика информированного согласия теряет смысл ».

Они также утверждают, что предложения Комитета затруднят определение того, было ли «чрезмерное влияние» оказано сторонником инвалида: «Медицинскому персоналу будет труднее контролировать действия поддерживающих лиц, потому что различие между интересами пациента и опорного лица становится размытым ». Они утверждают, что с этой проблемой связано формальное распределение ответственности за решение исключительно на человека с психическим расстройством.Предполагается, что лица поддержки останутся без какой-либо формальной ответственности.

У всех трех приведенных выше критических замечаний есть одно ключевое возражение. Они спрашивают, можно ли игнорировать роль способности человека принимать решения независимо от обстоятельств. Если все усилия по оказанию поддержки не увенчались успехом, или если человек отказывается от поддержки, но по-прежнему существует неспособность понять факты, относящиеся к рассматриваемому решению, или оценить их значимость, или использовать, взвесить или аргументировать эту информацию в с точки зрения того, что важно для этого человека, для его или ее убеждений и ценностей, для его или ее личных жизненных целей или личного представления о благе, следует ли, тем не менее, принять его или ее выбор?

Способность принимать решения в настоящее время широко рассматривается как стержень, вокруг которого ищут оправдания для вмешательства в жизнь человека в интересах восстановления способности этого человека принимать решения и, следовательно, его благополучия.Или, как предлагает Доусон, основа, на которой мы работаем, чтобы разрешать серьезные ситуации, когда права противоречат друг другу - например, право на самоопределение против права на жизнь, или на высший уровень здравоохранения, или на свободу от насилие и эксплуатация.

Все три критических замечания также поднимают связанный с этим вопрос о том, как мы должны понимать «предварительные директивы». В момент времени 1 человек с неоспоримой способностью принимать решения может предсказать, что из-за ожидаемого в будущем эпизода, связанного с тем, что этот человек признает как нарушение этой способности (время 2), он или она выразит другое, противоречивое предпочтение, которое заявляет человек, не следует рассматривать как то, чего он или она действительно или «автономно» желает.Если произойдет опасный эпизод, какое предпочтение следует соблюдать? Комитет КПИ не дает четких указаний по этому вопросу. Следует ли придерживаться предпочтения Времени 2, отвергнутого в Времени 1? Если да, то в чем смысл такого заблаговременного распоряжения?

Поскольку значительная критика интерпретации Комитета касается понятия способности принимать решения, я предполагаю, что изучение того, как эта концепция может соотноситься с «уважением прав, воли и предпочтений» КПИ, может быть плодотворным.Такое обсуждение будет иметь сильное влияние на два ключевых принципа, лежащих в основе КПИ: поддержка автономии и устранение дискриминации.

СПОСОБНОСТЬ ПРИНЯТЬ РЕШЕНИЯ, НЕЙТРАЛЬНЫЙ ЗАКОН ДЛЯ ИНВАЛИДНОСТИ И ДИСКРИМИНАЦИЯ

До того, как Комитет КПИ опубликовал свое толкование, мы с коллегами представили аргумент о том, что можно сформулировать «нейтральный для инвалидности» закон, не допускающий дискриминации по отношению к людям. с психическими расстройствами25, 26. Такой закон допускал бы принудительное лечение, когда все попытки оказания поддержки не помогли человеку принять решение, которое можно было бы считать автономным.

Такой закон, как мы предложили, как и критики, обсужденные выше, будет полностью основываться на способности принимать решения. Это не «общая» неспособность, а зависит от конкретного решения о лечении в конкретное время. У людей с психическими заболеваниями нет нарушения такой способности для большинства или даже для всех решений и в течение большей части или всегда. Если имелось значительное нарушение этой способности, принудительное лечение было бы оправдано только в том случае, если бы оно отвечало «наилучшим интересам» человека.Мы квалифицировали термин «наилучшие интересы» как «субъективные» наилучшие интересы, то есть такие, которые придают первостепенное значение глубоким убеждениям и ценностям человека или тому, что можно было бы назвать «волей и предпочтениями» человека.

Мы также предположили, что сама способность принимать решения может быть истолкована с точки зрения убеждений и ценностей человека. Оценка способности человека принимать решения выходит за рамки более традиционных, так называемых «когнитивных» элементов, путем изучения согласованности решения человека о лечении с его или ее соответствующими глубокими убеждениями, ценностями и обязательствами.Было отмечено сходство с влиятельным описанием Баха и Керцнера того, как «воля и предпочтения» могут быть оценены в свете способности человека выражать намерение (или волю) и его согласованности с чувством личной идентичности во времени27, 28.

Кроме того, мы утверждали, что необходимо, чтобы закон был «общим». Чтобы избежать дискриминации, он должен был применяться ко всем людям на равной основе, независимо от причины нарушения их способности принимать решения, будь то «психическое» или «физическое» расстройство, а также наличие у них «инвалидности». " или нет.Мы утверждали, что способность принимать решения концептуально отличается от «инвалидности» и может проявляться у людей с инвалидностью или без нее.

Доусон и я ранее предложили такой общий закон, который мы назвали «законом слияния», в ответ на обычное законодательство в области психического здоровья. Мы утверждали, что обычное право является несправедливо дискриминационным по отношению к людям с психическим заболеванием, поскольку их автономия или право на самоопределение не пользуются таким же уважением, как все другие пациенты в общей медицине или хирургии.

Некоторые, в том числе Комитет КПИ, критикуют закон о дееспособности - даже общий закон, применимый ко всем - как дискриминационный, поскольку непропорционально большое количество людей с психическими расстройствами будет считаться неспособным принимать решения, даже если такое недостаток зависит от времени и решения. Безусловно, это явилось бы «непропорциональным эффектом». Однако непропорциональный эффект автоматически не влечет за собой дискриминацию - в таких случаях «косвенную дискриминацию».Например, человека с умственной отсталостью редко принимают на обучение на врача. Поскольку квалификационные требования не исключают людей с умственными недостатками прямо, нет «прямой дискриминации». Однако критерии приема, обычно требующие результатов экзаменов высшего класса по академическим предметам, действительно оказывают несоразмерное влияние на людей с ограниченными интеллектуальными возможностями. Тем не менее, мы не утверждаем, что эти критерии несправедливо дискриминируют людей с умственными недостатками.

Это связано с тем, что в международном праве, безусловно, признано, что непропорциональный эффект не является косвенной дискриминацией при условии, что его основание имеет три атрибута: а) оно имеет законную цель, б) критерии, приводящие к эффекту, являются объективными, и c) критерии являются разумными в свете этой цели29.

«Цель» в интересующих нас случаях следует рассматривать с точки зрения фундаментальных принципов КПИ: уважение «достоинства, присущего человеку, и индивидуальной автономии, включая свободу делать свой собственный выбор. ».По сути, цель состоит в том, чтобы гарантировать, что люди, испытывающие серьезные трудности при принятии важного решения, будут действовать автономно (в соответствии с их глубоко укоренившимися личными убеждениями и ценностями, их личным представлением о «добре» или «воле и предпочтениях»). и что эти ценности реализуются посредством содействия со стороны других до тех пор, пока автономия человека не будет восстановлена.

Значительный объем исследований стандартных критериев «способности принимать решения» - как это определено, например, в работе Grisso и Appelbaum30 - показывает уровень согласия между независимыми оценщиками, сильный индекс «объективности», это очень много41.

«Разумность» зависит от того, способствует ли основание различного отношения законной цели. Является ли это разумным и соразмерным средством достижения этой цели? «Автономия» человека - в указанном выше смысле - обязательно связана с некоторой способностью принимать решения. Если человек не может принять решение, отражающее или развивающее его или ее представление о благе, несмотря на все меры поддержки, это создает препятствие для самостоятельных действий.

При каких обстоятельствах у человека могут возникнуть трудности с принятием решения о лечении, которое согласуется с его или ее индивидуальным представлением о благе или его или ее глубокими убеждениями и ценностями? То, что Комитет КПИ напрямую не рассмотрел, - это обычная ситуация для людей с серьезным психическим заболеванием, например психозом: то есть значительное, часто драматическое изменение предпочтений человека.Действительно, то же самое может происходить у людей без психических заболеваний, например, с синдромом органического мозга, вызванным травмой головного мозга или неблагоприятной реакцией на лекарства.

Изучение терминов «воля и предпочтения», возможно, поможет прояснить элементы, входящие в такие ситуации; и как мы можем отреагировать на них способом, возможно, совместимым с КПИ, но иногда допускающим «недобровольное» вмешательство.

ЗНАЧЕНИЕ «ВОЛЯ И ПРЕДПОЧТЕНИЯ»: «ВОЛЯ» ПРОТИВ «ПРЕДПОЧТЕНИЯ»

Согласно пункту 4 статьи 12 КПИ, «государства-участники обеспечивают, чтобы все меры, связанные с реализацией правоспособности, предусматривали надлежащие и эффективные гарантии предотвращения злоупотреблений в соответствии с международным правом прав человека.Такие гарантии должны гарантировать, что меры, относящиеся к реализации правоспособности, уважают права, волю и предпочтения лица, свободны от конфликта интересов и ненадлежащего влияния, соразмерны и учитывают обстоятельства лица, применяются в кратчайшие сроки и подлежат регулярной проверке компетентным, независимым и беспристрастным органом или судебным органом.

Кажется, в этом тексте есть двусмысленность, порожденная компромиссом. Некоторые органы власти интерпретировали этот пункт как разрешающий альтернативное принятие решений, но только с указанными гарантиями11.Однако, как мы видели, Комитет КПИ утверждает, что осуществление правоспособности запрещает альтернативное принятие решений, и настаивает на том, что мы должны всегда «уважать права, волю и предпочтения» людей с ограниченными возможностями (как мы, предположительно, делаем для всех иначе) 2. Выражение «воля и предпочтения», как отмечалось ранее, встречается во многих заявлениях органов ООН, даже в тех, которые прямо не запрещают замещающее принятие решений.

Хотя выражение «воля и предпочтения» часто повторяется, ни один орган не дал определения его значения.Я не нашел ни одного в «подготовительных материалах». Почему были выбраны эти два слова: «воля» и «предпочтение»? «Предпочтение» имеет относительно прямое значение: Оксфордский словарь английского языка определяет его как «большую симпатию к одной альтернативе по сравнению с другой». С другой стороны, значение слова «воля» уводит нас на гораздо более сложную территорию.

На обычном языке «воля» имеет более сильное ощущение силы или решимости действовать определенным образом, чем «предпочтение». Кроме того, «воля» имеет долгую историю в философии разума.Неудивительно, что взгляды философов на его значение обнаруживают существенные различия. Действительно, в недавнем томе, посвященном этой теме, автор описывает «неполный упадок» «современной теории воли», которая господствовала от Декарта до 19 века и подверглась яростным нападкам в 20 веке32.

В рассказе 17-го века «воля» может рассматриваться как играющая своего рода причинную роль между желанием и действием, направленным на исполнение желания.В философской литературе обычно проводится различие между «волей» и желанием (или желанием, или «предпочтением»). Влиятельную роль сыграла кантовская концепция «воли», которую можно подытожить следующим образом: «Таким образом, воля, в отличие от способности выбирать, - это способность трансформировать ощущаемые побуждения или желания с причинной силой в мотивирующие причины для действий с оправдывающей обоснованностью. Следовательно, обладать волей - значит также иметь возможность проверять желания, чтобы увидеть, могут ли они быть подтверждены как причины »33.«Воля» Канта составляет часть более широкой концепции, включая выбор «целей», но это не имеет отношения к нашим целям.

Уместно для этого обсуждения и разделяется с рядом недавних отчетов, является идея «воли» как своего рода мотивирующей структуры более высокого порядка, которая определяет, какие желания должны быть преобразованы в действия. Его можно рассматривать как имеющий особую «силу, приводящую к разуму» 34, или как механизм самоуправления высшего порядка, в котором «ценности» играют ключевую роль, а желания являются предметом формального обсуждения внутри высшего уровня. «Политика», продолжающаяся во времени и выражающая приверженность достижению целей, воплощающих ценности35.

В соответствии с этой структурой мы можем разработать учет «воли» и «предпочтения», который окажется полезным для понимания того, когда мы можем обеспокоиться тем, что принятие решения человеком подрывается36. Можно провести различие между «волей» - как высшей, самоуправляющейся функцией - в отличие от желаний, наклонностей или «предпочтений», выражаемых в настоящем. «Воля», с этой точки зрения, является проявлением глубоко укоренившихся, достаточно стабильных и последовательных личных убеждений, ценностей, обязательств и концепции блага человека.Это то, что мы можем понимать как характеристику личной «автономии». В этом смысле это не то же самое, что желание, склонность или текущее «предпочтение», даже сильно выраженное.

Обычно «воля» и «предпочтения» в целом идут вместе. Проблема может возникнуть тогда, когда «воля» и «предпочтение» расходятся или противоречат друг другу, и человеку необходимо принять серьезное решение.

ГДЕ «ПРЕДПОЧТЕНИЕ» НЕ СООТВЕТСТВУЕТ «ВОЛЯ»: ВСЕ ПРЕДПОЧТЕНИЯ НЕ СОЗДАЮТСЯ РАВНО

В качестве поучительной модели мы можем вернуться к «предварительным директивам», которые упоминаются как проблемные в критике интерпретации Комитетом КПИ Статья 12.Принимая во внимание разницу между «волей» человека (и связанными с ней предпочтениями) во время 1, в отличие от «предпочтений», которые человек ожидает, будут выражены во время 2 и которые человек просит игнорировать, - объясняется, почему мы обычно уважаем «волю» человека Времени 1, а не «предпочтение» Времени 2. Если бы человек «пожелал» во время 1 этого лечения на недобровольной основе перед лицом прогнозируемого постоянного отказа во время 2 (в крайнем случае, все попытки поддержки потерпели неудачу), сильный аргумент заключается в том, что время 2 отказ должен быть отменен.Мы отдаем предпочтение инструкции Time 1, поскольку она отражает «волю» человека - его или ее относительно устойчивые, глубоко укоренившиеся убеждения и ценности, а также личное представление о благе.

Уважать предпочтение во Времени 2 - значит подрывать «волю» или, по сути, «автономию» человека. Трудно понять, как это согласуется с первым «Общим принципом» КПИ: «Уважение [врожденного] достоинства, индивидуальная автономия, включая свободу делать свой собственный выбор, и независимость людей».

Если этот анализ будет принят, из этого следует, что мы действовали бы аналогичным образом, если бы человек не сделал письменного предварительного распоряжения, но выразил посредством различных заявлений и жизненного выбора те же ценности (или «волю») и связанные с ними « предпочтения », о чем свидетельствуют люди, хорошо знающие человека, например, родственники и друзья. Даже если человек ранее не выражал четких пожеланий относительно лечения, его или ее ранее проявленная «воля», как видно из его или ее ценностных обязательств, жизненного выбора и целей, должна будет иметь большое значение при принятии решения, уважать подарок или нет » предпочтение ».

В соответствии с духом КПИ - несмотря на недобровольное вмешательство - необходимость развития отношений, направленных на содействие скорейшему выражению человеком своей воли27.

Этот анализ «воли и предпочтений» добавляет еще один аспект в концептуализацию «способности принимать решения» и «наилучших интересов», если не серьезно переформулировать. Способность принимать решения о лечении подрывается, когда есть серьезные расхождения между «волей» человека и выраженными в настоящее время «предпочтениями» к лечению; в то время как «наилучшие интересы» человека обслуживаются, действуя таким образом, чтобы претворять в жизнь «волю» человека.Предварительное распоряжение предлагает наиболее четкую модель. Аргументы в пользу недобровольного вмешательства тем сильнее, чем больше угроза «воле» человека, которая может возникнуть в результате того, что человек разыграет противоречащее «предпочтение».

Насколько хорошо мы можем определить, каковы глубокие убеждения человека, его ценности или личное представление о добре? Инструмент, который мы используем, философы называют «интерпретацией» 37, 38, 39, не путать с психоаналитической версией. Интерпретация включает в себя форму «народной» или «здравой психологии», которую мы используем для понимания и прогнозирования поведения других в повседневных терминах психических состояний, таких как убеждения и желания.Деннет 40 охарактеризовал эту способность следующим образом: «Несмотря на все недостатки, бородавки и затруднения, народная психология является чрезвычайно мощным источником предсказаний. Он не только невероятно мощный, но и чрезвычайно простой в использовании. Мы виртуозные эксплуататоры не столько теории, сколько ремесла ». При совместной работе с пациентом и с людьми, хорошо знающими пациента, можно ожидать соответствующей степени «объективности» в оценке.

Без сомнения, читатель увидит некоторые потенциальные трудности в этом подходе «воля и предпочтения».Здесь я кратко укажу на некоторые из них.

Может ли «воля» (и связанные с ней предпочтения) измениться, не являясь признаком того, что эта «воля» подрывается? Хотя есть сведения о внезапных «квантовых» изменениях в глубоких убеждениях и ценностях человека, они, по-видимому, случаются редко41. Обычно они носят характер духовных откровений, и результатом изменения, по-видимому, является в целом согласованная концепция «добра», часто религиозного характера. Чаще всего изменение «воли» происходит постепенно и понятно, обычно это связано с проработкой конфликтов ценностей: «согласованность» в интерпретационном смысле сохраняется.Другой случай, когда новая «воля» может рассматриваться как «подлинная», может произойти у человека с давним психозом, когда человек значительно изменился, но при этом есть достаточная степень стабильности и согласованности в новых убеждениях человека. , ценности и концепция блага в разумном соответствии с реальным миром.

Следует ли всегда отдавать предпочтение «воле» над конфликтующим «предпочтением»? Когда нарушение процесса принятия решений вызвано обратимой причиной, это обычно прямо так.Однако в случае необратимости, например, при слабоумие, можно утверждать, что человек сейчас не является «тем же человеком», у которого была предыдущая «воля». Я полагаю, что следует ли уважать эту «волю», а не твердо укоренившееся, но расходящееся «предпочтение» в настоящем, в каждом конкретном случае, с привлечением тех, кто непосредственно заинтересован в благополучии общества. человек39.

Бывают ситуации, когда невозможно узнать, какой может быть «воля» человека - например, человек, который находится без сознания или находится в состоянии органической дезориентации, когда нет никого, кто знает этого человека; или человек с тяжелой умственной отсталостью, который, возможно, не был в состоянии четко выразить связную «волю» (хотя могут быть фрагменты наблюдаемого поведения и высказывания, указывающие на то, что было важно для человека, которые предлагают указание).В таких случаях было предложено, чтобы позиция по умолчанию могла заключаться в рассмотрении прав человека, имеющих отношение к ситуации, в качестве руководства для принятия решения42.

УВАЖЕНИЕ «ПРАВ», А ТАКЖЕ «ВОЛЯ» И «ПРЕДПОЧТЕНИЯ»?

Как «воля» и «предпочтения» могут указывать в разных направлениях, так и «воля» и «права» могут. Когда «право» должно преобладать над четко сформулированной «волей», это затруднительное положение, более знакомое нам, обычно обозначаемое как «защита» против «автономии».

Примером может служить то, должно ли право на свободу от эксплуатации преобладать над «волей» человека жить одному в ситуации, когда такое право находится под угрозой. Его решение может зависеть от «наилучшего толкования» того, будет ли «воля» человека жить независимо - как оценивается на основе его или ее убеждений, ценностей и представления о благе - будет соответствовать принятию уровня риска, для которого человек будет разоблачен (после того, как будут предоставлены соответствующие услуги поддержки).

Из предыдущего обсуждения станет очевидно, что слово «уважать» во фразе «нужно уважать права, волю и предпочтения» человека не может означать, что человек должен соблюдать или принимать все эти три элемента. Если они указывают в разные стороны, это логически невозможно.

ВЫВОДЫ

КПИ ООН - важный правовой инструмент, четко определяющий права людей с ограниченными возможностями. Если это будет осуществлено ратифицировавшими его государствами, это кардинально изменит положение таких лиц в обществе.Это следует сильно приветствовать.

Однако толкование Комитетом КПИ статьи 12, запрещающей «альтернативное принятие решений», хотя и поддерживается в некоторых кругах, не было полностью поддержано в заявлениях некоторых других органов ООН и вызвало резкую критику со стороны ученых-юристов и клинических специалистов.

Абсолютный запрет на принудительное лечение, по крайней мере в настоящее время, не вызывает доверия. Тем не менее, государствам-участникам постоянно напоминают о позиции Комитета в его Заключительных замечаниях, публикуемых после регулярных проверок прогресса каждого государства в выполнении Конвенции43.Почти всегда к государствам обращаются с просьбой заменить режимы «замещающего принятия решений» режимами «поддерживаемого принятия решений».

Хотя вполне вероятно, что инновации в сфере услуг, направленные на сокращение принудительных мер, могут существенно снизить их частоту, всегда будут случаи - например, из-за органических состояний спутанности сознания или нейродегенеративных расстройств - когда эти меры могут быть обоснованы с этической точки зрения. по крайней мере при обстоятельствах, имеющих серьезные последствия.Кроме того, опросы показывают, что значительная часть людей, которые подверглись принудительному лечению от психического заболевания, заявляют, что такая мера может быть уместной в качестве крайней меры44, 45, 46. Это указывает на то, что в реформе законодательства должны участвовать те, кто непосредственно пострадал, и учитывать разнообразие взглядов в этой группе47.

Было бы неприятно, если бы уважение к КПИ было подорвано толкованием Комитета. Следует отметить, что, хотя это толкование является «авторитетным», оно, тем не менее, не является «юридически обязательным» в международном праве29.

Несмотря на эти опасения, роль Комитета в привлечении внимания к недобровольному задержанию и лечению приветствуется. К сожалению, эта область в сфере охраны психического здоровья оставалась без внимания. Мы предпочитаем не говорить о том, что может быть глубоко тревожным и унизительным для пациентов (и тревожным для клиницистов). Дискриминация людей с психическими заболеваниями в общепринятом законе о психическом здоровье получает все большее признание, что поднимает фундаментальные вопросы об оправданиях для принуждения.

Целью Комитета является устранение очевидной дискриминации в отношении лиц с психическими расстройствами и уделение особого или первостепенного внимания их глубоко укоренившимся убеждениям и ценностям (или личным представлениям о благе, или «воле» и «предпочтениям»). заслуживает высокой оценки. Однако, не проанализировав значение регулярно одобряемой фразы «уважение воли и предпочтений», особенно в случаях, когда происходит радикальное изменение «предпочтений» человека, интерпретация Комитета является неполной.

БЛАГОДАРНОСТИ

Автор благодарит Дж. Ричардсон за ее комментарии к рукописи, а также С. Гурбая и У. Мартина за их помощь в отслеживании заявлений органов ООН.

СПРАВОЧНАЯ ИНФОРМАЦИЯ

2. Комитет по правам инвалидов . Общий комментарий № 1 к статье 12: Равенство перед законом. CRPD / C / GC / 1. 2014.

3. Комитет по правам инвалидов . Заявление о статье 14 Конвенции о правах инвалидов.CRPD / C / 12/2, приложение IV. 2014.

5. Флинн Э., Арштейн-Керслейк А. Законодательная личность: реализация права на поддержку при реализации правоспособности. Int J Закон в контексте 2014; 10: 81-104. [Google Scholar] 6. Слободин С. Устранение психической инвалидности как правовой критерий в делах о лишении свободы: влияние Конвенции о правах инвалидов на защиту от невменяемости, гражданское обязательство и закон о дееспособности. Int J Law Психиатрия 2015; 40: 36-42. [PubMed] [Google Scholar] 7.Гудинг П., О'Махони К. Законы о непригодности к суду и Конвенция ООН о правах инвалидов: сравнение реформ в Англии, Уэльсе, Северной Ирландии и Австралии. Int J Закон, преступность и правосудие 2015; 44: 122–45. [Google Scholar] 8. Пи Дж. Психическая недееспособность и уголовная ответственность: перекройка линий разлома? Int J Law Психиатрия 2015; 40: 25-35. [PubMed] [Google Scholar] 9. Крейги Дж. Против единственного понимания правоспособности: уголовная ответственность и Конвенция о правах инвалидов.Int J Law Психиатрия 2015; 40: 6-14. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 10. Бартлетт П. Конвенция Организации Объединенных Наций о правах инвалидов и закон о психическом здоровье. Мод Закон Рев 2012; 75: 752-78. [Google Scholar] 11. Ричардсон Г. Психические расстройства и закон: от альтернативы к принятию поддерживаемых решений? Текущие правовые проблемы 2012; 65: 333–54. [Google Scholar]

12. Чалклен С. Срочная просьба внести поправки в черновой вариант Замечания общего порядка №35 (CCPR / C / 107 / R.3) о статье 9 (Право на свободу и личную неприкосновенность), приведя ее в соответствие с Конвенцией ООН о правах инвалидов. 27 мая 2014 г.

13. Девандас ‐ Агилар К. Отчет Специального докладчика по правам людей с ограниченными возможностями о ее миссии в Республику Молдова. 2 февраля 2016 г.

14. Рабочая группа ООН по произвольным задержаниям . Принцип 20 - Особые меры для лиц с ограниченными возможностями. В: Основные принципы и руководящие указания по средствам правовой защиты и процедурам в отношении права любого лица, лишенного свободы в результате ареста или задержания, на возбуждение дела в суде.A / HRC / 30/37. 2015: 23‐5.

15. Верховный комиссар ООН по правам человека . Психическое здоровье и права человека. Доклад Верховного комиссара ООН по правам человека. A / HRC / 34/32. 2017.

16. Комитет ООН по правам человека . Замечание общего порядка № 35 - Статья 9: Свобода и личная неприкосновенность. CCPR / C / GC / 35. 2014.

17. Подкомитет ООН по предупреждению пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания . Подход Подкомитета по предупреждению пыток и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видов обращения и наказания в отношении прав лиц, помещенных в лечебные учреждения и проходящих медицинское лечение без осознанного согласия.CAT / OP / 27/2. 2016.

18. Совет ООН по правам человека . Резолюция о психическом здоровье и правах человека. A / HRC / 36 / L.25. 2017.

19. Пурас Д. Доклад Специального докладчика по вопросу о праве каждого человека на наивысший достижимый уровень физического и психического здоровья. A / HRC / 35/2. 2017.

20. Méndez JE. Доклад Специального докладчика по вопросу о пытках и других жестоких, бесчеловечных или унижающих достоинство видах обращения и наказания. A / HRC / 22/53. 2013.

21. Европейский суд по правам человека .AM ‐ V против Финляндии. ECHR 273, 2017.

22. Freeman MC, Kolappa K, Caldas de Almeida JM et al. Преодоление с трудом завоеванных побед во имя прав человека: критика Общего комментария к статье 12 Конвенции ООН о правах инвалидов. Ланцетная психиатрия 2015; 2: 844-50. [PubMed] [Google Scholar] 23. Доусон Дж. Реалистичный подход к оценке соответствия законов о психическом здоровье требованиям КПИ ООН. Int J Law Психиатрия 2015; 40: 70‐9. [PubMed] [Google Scholar] 24. Scholten M, Gather J.Неблагоприятные последствия статьи 12 Конвенции ООН о правах инвалидов для лиц с психическими расстройствами и альтернативный путь продвижения вперед. J Med Ethics 2017; 4: 226-33. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 25. Доусон Дж., Шмуклер Г. Слияние законодательства о психическом здоровье и недееспособности. Br J Психиатрия 2006; 188: 504-9. [PubMed] [Google Scholar] 26. Шмуклер Г., Доу Р., Каллард Ф. Закон о психическом здоровье и Конвенция ООН о правах инвалидов. Int J Law Психиатрия 2014; 37: 245‐52.[Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 27. Бах М., Керцнер Л. Новая парадигма защиты автономии и права на дееспособность. Юридическая комиссия Онтарио, 2010: 196. [Google Scholar] 29. Мартин В., Михаловски С., Юттен Т. и др. Достижение соответствия КПИ: документ с изложением позиции проекта автономии Эссекса. Колчестер: Университет Эссекса, 2015. [Google Scholar] 30. Grisso T, Appelbaum PS. Оценка компетентности дать согласие на лечение: руководство для врачей и других медицинских работников. Нью-Йорк: Издательство Оксфордского университета, 1998.[Google Scholar] 31. Okai D, Owen G, McGuire H et al. Умственные способности у психиатрических пациентов: систематический обзор. Br J Психиатрия 2007; 191: 291-7. [PubMed] [Google Scholar] 32. Хайман Дж. Действие, знание и воля. Оксфорд: Oxford University Press, 2015. [Google Scholar] 33. Schneewind JB. Кант по завещанию В: Pink T, Stone MWF. (ред.). Воля и действие человека: от древности до наших дней. Лондон: Рутледж, 2004: 154-72. [Google Scholar] 34. Уотсон Г. Работа воли В: Страуд С., Тапполет К.(ред.). Слабость воли и практическая иррациональность. Оксфорд: Издательство Оксфордского университета, 2003: 172-200. [Google Scholar] 35. Братман М. Оценка и воля В: Томберлин Дж. (Ред.). Философские перспективы: действие и свобода, Vol. 14 Чичестер: Wiley-Blackwell, 2000: 249–65. [Google Scholar] 36. Шмуклер Г. Конвенция ООН о правах инвалидов: «Права, воля и предпочтения» в отношении психических расстройств. Int J Law Психиатрия 2017; 54: 90‐7. [PubMed] [Google Scholar] 37.Баннер Н., Шмуклер Г. «Радикальная интерпретация» и оценка способности принимать решения. J Appl Philos 2014; 30: 379-74. [Бесплатная статья PMC] [PubMed] [Google Scholar] 38. Гловер Дж. Инопланетные пейзажи? Интерпретация неупорядоченных умов. Кембридж: Издательство Гарвардского университета, 2014. [Google Scholar] 39. Шмуклер Г. Мужчины в белых халатах: обращение под принуждением. Oxford: Oxford University Press, 2018. [Google Scholar] 40. Деннет Д. Два контраста: народное ремесло против народной науки и вера против мнения. В: Greenwood JD.(ред). Будущее народной психологии. Кембридж: Издательство Кембриджского университета, 1991: 136-48. [Google Scholar] 41. C'de Baca J, Wilbourne P. Квантовые изменения: десять лет спустя. J Clin Psychol 2004; 60: 531-41. [PubMed] [Google Scholar]

42. Комиссия по реформе законодательства Австралии . Равенство, дееспособность и инвалидность в законах Содружества. Отчет ALRC 124, 2014 г.

45. Южноафриканская федерация психического здоровья . Вовлеченность пользователей психиатрической помощи. Отчет о недобровольной психиатрической помощи. 2016. http: // www.safmh.org.za/.47. Пламб А. Конвенция ООН о правах инвалидов: из сковороды в огонь? Пользователи психиатрических услуг и выжившие, присоединившиеся к движению по инвалидности В: Spandler H, Anderson J, Sapey B. (eds). Безумие, страдания и политика инвалидности. Бристоль: Policy Press, 2015: 183-98. [Google Scholar]

Лишение дееспособности - Кампания в поддержку абсолютного запрета КПИ и принудительного лечения

Nachgefragt - die Reform der Zwangsbehandlung mit Neuroleptika in der Praxis der Betreuungsgerichte

http: // mentalrierecht.de / nachgefragt.htm

http://www.die-bpe.de/


Von RA Thomas Saschenbrecker

und em. Проф. Вольф-Дитер Нарр

Abhandlung als Broschüre: hier bestellen oder selber ausdrucken

Abhandlung als Broschüre: hier bestellen oder selber ausdrucken

Hinweis: um eine Fußnote zu lesen, bitte den Cursor direkt daraufhalten oder am Ende des Textes lesen
Die Diskussion über die Zulässigkeit einer ärztlichen Zwangsbehandlung mit Neuroleptika gegen den Willen Eineseungenen Rich des Bundesverfassungsgerichtes nach 20111 schon wegen der hohen Bedeutung des Grundrechts aus Art.2, Абс. 2, Satz 1 GG nichts an Aktualität verloren.

Mit Vorlagebeschluss vom 01. Juli 2015 - XII ZB 89/15 hat jüngst der BGH dem Bundesverfassungsgericht die Frage zur Entscheidung vorgelegt, ob § 1906 Abs. 3 BGB n.F. mit dem Gleichheitsgrundsatz aus Art. 3 Абс. 1 GG vereinbar sei. Motiv des 12. Senates des BGH war allerdings eher eine vermutete Schlechterstellung von betroffen Patienten, die sich einer Zwangsbehandlung räumlich nicht entziehen wollen oder hierzu körperlich nicht in der Lage sind, un gegenüber nicht in der Lage sind, un gegenüber nicht.Der BGH geht dabei von seiner eigenen engen Definition der mit Freiheitsentziehung verbundenen Unterbringung aus2, die nur solche Maßnahmen umfasst, welche die "persönliche Bewegungsfreiheit des Betrufenbensensfreiheit des Betrufenbensfensfreiheit des Betroffenbensfensfreihturk.

Die aufgrund ihrer persönlichen Disposition nicht von Freiheitsentzug betroffenen Personen wähnt der BGH deshalb benachteiligt, weil entsprechende Zwangsmaßnahmen nur im Rahmen einer Unterbringung nach § 1906 Abs.1 BGB erfolgen könnten. Soweit eine solche nicht в Betracht käme, gäbe es auch keine Grundlage der Zwangsbehandlung.

Auch Венна дер ВФС мит seinem Vorlagebeschluss Mehr Одер моторист ersichtlich умирают Einführung етег rechtlich в hohem MASSE bedenklichen ambulanten Zwangsbehandlung favorisiert, ист zumindest zweifelhaft, О.Б. Дас Bundesverfassungsgericht diesem Drängen в Sinne етег allumfassenden Vernunfthoheit им Gesundheitswesen nachkommen wird3, гм ден Gesetzgeber в Konsequenz hieraus цур Schaffung von Rechtsgrundlagen für die ambulante Zwangsbehandlung zu veranlassen.Wesentlich naheliegender und mit weitreichenderen Folgen dürfte daher sein, dass eine Entscheidung der Verfassungshüter zum Vorlagebeschluss in letzter Konsequenz zu einer Ablehnung der Grundlagen der Zwangsbehandlung insgesamt f. Der Gesetzgeber wäre mit seiner Novelle zur Zwangsbehandlung gescheitert.

Vor dem Hintergrund der Rechtsprechung des Bundesverfassungsgerichts4 und des Bundesgerichtshofs5 zum 26. Февраль 2013 в Kraft getretenen Neuregelungen der § 1906 Abs. 3 und 3a BGB sowie der §§ 312, 323, 329 и 333 FamFG wollte der Gesetzgeber materielle und formelle Eingriffsvoraussetzungen für die Veranlassung einer ärztlichen Zwangsmaßnahme unter geschlossenffen dären Station.Die Frage, ob dieses Vorhaben der Rechtspraxis gerecht geworden ist oder aber die Bedeutung und die Tragweite des Grundrechts aus Art. 2, Абс. 2, Satz 1 GG weiterhin verkannt wird, ist der Anlass, die Genehmigung der Einwilligung in eine ärztliche Zwangsmaßnahme nach § 312 Satz 1 Nr. 1 FamFG in Verbindung mit § 1906 Abs. 1 bis 3a BGB nach zwei Jahren der Reform in der Praxis der Betreuungsgerichte in einer Totalerhebung zu erfragen. Das Bundesverfassungsgericht muss nach wie vor Verletzungen der Bedeutung und Tragweite des Grundrechts aus Art.2 Абс. 2 Satz 1 GG rügen7.

Grundproblematik:

Nach einem Moratorium, das auf die Rechtsprechung des Verfassungsgerichtes 2 BvR 882/09 vom 23.03.2011 и 2 BvR 633/11 vom 12.10.2011 gründete und den Bundesgerichtshof veranlasste, in zwei Beschlüssen vom 206.06.20128 zwei Beschlüssen vom 206.06.20128 zwei Zwangsbehandlung mit Neuroleptika für unzulässig zu erklären und seine bisherige Rechtsprechung zur medikamentösen Zwangsbehandlung im Rahmen des § 1906 BGB aF aufzugeben, soll die Zwangsbehandlung von nicht einwilligungsfähigen mentalisch Kranken nach § 1906 BGB auf Bundesebene im Betreuungsrecht seit dem 26.02.2013 wieder möglich sein. Der Bundestag billigte am 17.01.2013 einen entsprechenden Gesetzentwurf von Union und FDP, wonach Ärzten grundsätzlich als `ultima ratio´ erlaubt wird, Psychisch kranke oder geistig behinderteurch Menschen, die als nicht einfäwilligungungen BGB vorliegt, auch gegen ihren Willen zu behandeln.

Der Gesetzgeber hat durch das Gesetz zur Regelung der betreuungsrechtlichen Einwilligung in eine ärztliche Zwangsmaßnahme vom 18.Februar 201310 mit Wirkung vom 26. Februar 2013 in die Vorschrift des § 1906 BGB die neuen Absätze 3 und 3a eingefügt. So wurden die Voraussetzungen der Einwilligung des Betreuers в eine ärztliche Zwangsmaßnahme, sowie das gerichtliche Genehmigungserfordernis geregelt.

Die medizinische Behandlung gegen den natürlichen Willen (Zwangsbehandlung) einer betroffen Person greift in deren Grundrecht aus Art. 2 Абс. 2 Satz 1 GG ein, das die körperliche Integrität der Grundrechtsträgerin und damit auch das diesbezügliche Selbstbestimmungsrecht schützt.Zwangsbehandlung ist rechtlich damit zunächst von Verfassungs wegen verboten. Zwangsbehandlung könnte damit wenn überhaupt, wie jeder andere Grundrechtseingriff, nur auf der Grundlage eines Gesetzes zulässig werden, das die Voraussetzungen für die Zulässigkeit des Eingteriffs bestimmm11.
Der Grundsatz des Vorbehaltes des Gesetzes für die materiellen und für die formellen Eingriffsvoraussetzungen hat den Sinn, die primäre Zuständigkeit für die Bewertung von Grundrechtsbeschränkungen als begründechrenssembründet предлагает лучшие предложения.Нур так ист gewährleistet, Дасс умереть Grenzen Zwischen zulässigem унд unzulässigem Grundrechtsgebrauch унд Zwischen zulässiger унд unzulässiger Grundrechtseinschränkung Nicht fallweise eigener Einschätzung нах фон beliebigen Behörden Одер Gerichten, sondern Primar - в дер Форма Эйнес Allgemeinen Gesetzes - Durch ден Gesetzgeber gezogen werden12. Zudem wird durch einen Gesetzesvorbehalt regelmäßig eine richterliche Kontrolle der Maßnahme ermöglicht.

Die Voraussetzungen für die Zulässigkeit des Eingriffs müssen hinreichend klar und bestimmt geregelt sein.Die zur Normanwendung berufenen Entscheidungsträger der Unterbringungseinrichtungen benötigen auch im eigenen Interesse eine «klare, Rechtssicherheit vermittelnde Eingriffsgrundlage» 13. Die wesentlichen Voraussetzungen für eine Zwangsbehandlung müssen aus dem Gesetz selbst in materieller, als auch in verfahrensrechtlicher Hinsicht erkennbar sein. Das bedeutete eine «über abstrakte Verhältnismäßigkeitsanforderungen hinausgehende Konkretisierung dieser Voraussetzungen» 14.

Auch умирают weiteren Voraussetzungen für умирают Zulässigkeit Einer Zwangsbehandlung, einschließlich дер Anforderungen, denen умереть Gesetzliche Grundlage für solche Behandlung сделайте genügen müsste, шлем Дас Bundesverfassungsgericht zunächst в Сейнэн beiden genannten Beschlüssen BvR 882/09 унд 2 BvR 633/11 geklärt15, гм folgende Voraussetzungen für eine Zwangsbehandlung, die dem erforderlichen Gesetzesvorbehalt auch materiell-rechtlich genügt, aufzustellen:

1.Zwangsbehandlungen eines Einwilligungsfähigen sind generell unzulässig. Dem Einwilligungsfähigen gleichgestellt sind Betroffene, die ihren freien Willen im Rahmen einer Patientenverfügung, § 1901a BGB, vorab hinsichtlich einer künftigen Zwangsbehandlung bzw. Nichtbehandlung verbindlich festgelegt haben.
Eine vorab formulierte Patientenverfügung ist in jedem Fall bindend, wenn diese die Zwangsbehandlung und eine vorausgehende Untersuchung untersagt: Eine Patientenverfügung Manestiert den früher geäußerten freien Selbäns Eines eineskenken, Eines Einessengung.Der in der Verfügung geäußerte Wille ist maßgeblich. Es handelt sich um Entscheidungen des Betroffenen über die Einwilligung oder Nichteinwilligung in bestimmte Untersuchungen des Gesundheitszustands, Heilbehandlungen oder ärztliche Eingriffe, die auf die darauffolgend zontektektektek. Diese Entscheidung ist für Ärzte, Gerichte und auch andere Beteiligte bindend.

2. Zwangsbehandlungen müssen den angezielten «Erfolg» erreichen

3.Zwangsbehandlung ist nur als «ultima ratio» denkbar.

4. Jeder Zwangsbehandlung muss unabhängig von der Einwilligungsfähigkeit eines Patienten “der ernsthafte, mit dem nötigen Zeitaufwand und ohne Ausübung unzulässigen Drucks unternommene Versuch vorachus diegan”.

5. Eine Zwangsbehandlung ist so rechtzeitig anzukündigen, dass der Betroffene vorher rechtzeitig vor den Gerichten Rechtsschutz suchen kann.

6.Anordnung und Überwachung der Zwangsbehandlung dürften nur durch die Ärzte erfolgen, die in der Dokumentation zur Aufklärung und zur Behandlung namentlich genannt werden. Die Zwangsbehandlung selber, aber auch das vorangegangene Gespräch, müssen widerspruchsfrei von jenen Ärzten schriftlich dokumentiert werden.

7. Die Zwangsmedikation muss vorab in jedem Schritt hinsichtlich der Behandlung, ихрер Art, ихрер Dauer und der Dosierung der Medikation konkretisiert werden. В dem Genehmigungsbeschluss muss «die von dem Betreuten zu duldende Behandlung präzise an (ge) geben» werden.Dazu gehören die Angabe des Medikaments, seine Dosierung, Verabreichungshäufigkeit und ein Ersatzmedikament, Falls das genehmigte Medikament nicht vertragen wird17.

8. Die Notwendigkeit einer länger andauernden Zwangsbehandlung muss von einem einrichtungsexternen Gutachtergremium geprüft werden.

9. Wenn eine gesetzliche Regelung fehlt, kann sie nicht mehr im Wege einer verfassungskonformen Auslegung ergänzt werden18.
Kein Patient kann im Zuge einer Duldungspflicht genötigt werden, einen medizinischen Eingriff oder eine medizinische Behandlung und damit eine Maßnahme zu dulden, "die den Straftatbestand der Körperverletzung".Jeder Eingriff in die körperliche Unversehrtheit ist «nur mit der Einwilligung des Betroffenen zulässig» 19.

während эс selbstverständlich IST, DASS Ein Пациент AUCH Унтер ден Bedingungen фон freiheitsentziehenden Maßnahmen им Zuge невода Selbstbestimmungsrechtes jedwede ärztliche Одер therapeutische Behandlung ablehnen Darf, Auch Венна gesundheitliche Gefahr droht20, Soll плашки Bei Айнем psychisch kranken Menschen им Zuge етег speziellen Gesetzgebung für psychisch Kranke zumindest dann nicht gelten, wenn ein Facharzt für Psychiatrie bei dem Betroffenen von beabsichtigten Zwangsmaßnahmen "Einwilligungsunfähigkeit" konstatiert hat.

Zwangsbehandlung wurde bis 2011 auf verschiedene Rechtsgrundlagen gestützt, betreuungsrechtlich auf die §§ 1904 и 1906 a.F. BGB, öffentlich-rechtlich auf landesrechtliche Vorschriften zur Unterbring Psychisch Kranker (PsychKG).

Anlässlich einer Entscheidung zum Unterbringungsgesetz des Landes Baden-Württemberg hat das Bundesverfassungsgericht 1981 auf die mögliche Gefahr einer "Vernunfthoheit des Arztes über den Patientenheasheit des Arztes über den Patientenhesenatus" uber den Patientenhasenat eindee "uberdenchasendestewers".Dieser sei auf dem Rechtsweg im Zugeffektiver richterlicher Kontrolle auch im Sinne eines «Rechtes auf Krankheit» zu begegnen21. Die Richter des BVerfG zogen dabei nicht die naheliegende Konsequenz, die Legitimation von Zwangseingriffen generell in Frage zu stellen. Vielmehr wurde in dieser Entscheidung aus 1981 zwischen leichteren Formen mentalischer Erkrankungen, bei denen eben dieses «Recht auf Krankheit» gelten solle, und schwereren Verlaufsformen, bei denen die «mentalisch Kranken vormench sebdenst in».Nur für die leichteren Verlaufsformen und «Abweichungen vom Durchschnittsverhalten» 22 anerkannten die Richter ein Selbstbestimmungsrecht jenseits staatlicher Fürsorge.

Seit 2011 fand in der höchstrichterlichen Rechtsprechung kontinuierlich bis heute ein tiefgreifender Wandel statt. Dass Zwangsbehandlung rechtfertigende Eingriffe besondere Grundrechtsintensität aufweisen, wurde in mehreren Leitsatzentscheidungen erstmals in dieser Deutlichkeit anerkannt. Bei Einwilligungsfähigkeit eines Patienten kommen sie generell nicht в Бетрахте.
Für den Maßregelvollzug wurde die Zwangsbehandlung mit Neuroleptika mangels hinreichender Rechtsgrundlage erstmals mit Beschluss des Bundesverfassungsgerichtes vom 23.3.201123 in Rheinland-Pfalzängungsgerichtes vom 23.3. Die dortige bislang herangezogen Eingriffsgrundlage, § 6 Absatz 1 Satz 2 MVollzG des Bundeslandes Rheinland-Pfalz, wurde für nichtig erklärt. Es folgten weitere Nichtigkeitsentscheidungen des Bundesverfassungsgerichtes vom 12.10.2011 zu § 8 UBG BW des Bundeslandes Baden-Württemberg24 und am 10.Februar 2013 zu den landesgesetzlichen Regelungen der §§ 22, 23 SächsPsychKG25. Im ноября 2013 erfolgte сделайте Entscheidung де Bundesverfassungsgerichtes Цум Erfordernis етег grundrechtlich nirgends hinzunehmenden Rechtfertigung етег Zwangsbehandlung26 bezüglich етег hinreichenden Sachaufklärung, ebenso в 201527. Оша Verletzungen де Verhältnismäßigkeitsgrundsatzes Варен Gegenstand дер verfassungsgerichtlichen Rechtsprechung28.

Gerade Wegen дер Potenzierung дер Rechtsgutverletzungen дез § 1906 BGB (DEM Patienten вирда Durch Unterbringung Ауф етег geschlossenen станция невода Фрайхайт vollständig entzogen; эр вирда zwangsweise Durch массивные Eingriffe в умирают körperliche Unversehrtheit veranlasst, Psychopharmaka мит wesensveränderndem Einfluss унд starken Nebenwirkungen einzunehmen) канн ES цур denkbar schwersten Eingriffsintensität beim Betroffenen kommen.Er unterliegt schutzlos nicht nur dem Freiheitsentzug, sondern kumulativ hierzu der Zwangsbehandlung. Sie geht oft einher mit Fixierungen und anderen freiheitsbeschränkenden Maßnahmen des § 1906 Abs. 4 BGB.

Eine Zwangsbehandlung eines einsichtsfähigen und einwilligungsfähigen Patienten muss nach den verfassungsrechtlichen Vorgaben zum Selbstbestimmungsrecht des Patienten aus den Entscheidungen von 2011 und 2012 generell küne Ausna.
Nur wenn ein Patient krankheitsbedingt nicht einwilligungsfähig sei, sei eine Zwangsbehandlung bei hinreichenden gesetzlichen Vorgaben denkbar.Denn nur in diesem Falle könne der Betroffene überhaupt gehindert sein, «seine grundrechtlichen Belange wahrzunehmen». Das könne ebenfalls «zu einer Verletzung der Menschenwürde führen».

Das Bundesverfassungsgericht hatte damit eine verfassungsrechtliche Rechtfertigung in sehr engen Grenzen zugelassen. Der BGH hat darauf verwiesen, "dass das Fehlen von Zwangsbefugnissen zur Durchsetzung notwendiger medizinischer Maßnahmen dazu führen könne, dass ein Betroffener ohne eine solche Behandlung einen erheblicmehen" 29.Ebenso hält der 12. Zivilsenat des BGH ärztliche Zwangsmaßnahmen außerhalb einer Unterbringung nach § 1906 Absatz 1 BGB für wünschenswert30. Dies obgleich der BGH noch 2000 in einer anstaltsexternen Zwangsbehandlung eine andere, aber ebenso schwerwiegende Eingriffsqualität im Sinne einer “Belastung für den Betroffenen” gesehen hatte, weil der Zwangsbehandlung eine andere. zu einer Zwangsbehandlung verbracht sähe, auch «wenn er die Behandlung dort ohne Gegenwehr über sich ergehen lasse».Zudem erkennt der BGH in seiner Entscheidung aus 2000, dass die «Art der Vorführung nach außen hin diskriminierende Wirkung», шляпа.31
Die verfassungsgerichtlich aufgezeigte Option, dass es dem Gesetzgeber nach wiebelthandi " bislang nicht bzw. noch nicht vom BGH als tatsächliche Alternative zur derzeitigen Situation der gesetzlich normierten Zwangsbehandlung gesehen.

Die Forderungen nach einem «Schweigen» des Gesetzgebers zu jeglicher Form der Zwangsbehandlung mit Neuroleptika im mentalrischen Bereich wurde indes schon durch den am 1.Февраль 2013 veröffentlichten Bericht über den Missbrauch von Gesundheitseinrichtungen erhoben. Der UN-Sonderberichterstatter über Folter und andere grausame, unmenschliche oder erniedrigende Behandlung oder Strafe, Juan E. Méndez, sprach sich für ein Absolutes Verbot von jeglichen Zwangsmaßnahmen aus und empfiehlt damzenden schonsenschétée de la schonen. «Die Darstellung des Sonderberichterstatters» sei, so das Institut für Menschenrechte, «wegen der Strengen menschenrechtlichen Anforderungen an die Psychiatrische Versorgung in Einrichtungen für die aktuelle Diskussion in Deutschland zu Psychiatrie und Maugtule Diskussion in Deutschland zu Psychiatrie und Maugdeutval Diskussion in Deutschland zu Psychiatrie und Maugregual Diskussion in Deutschland zu Psychiatrie und Maugregual Diskussion in Deutschland zu Psychiatrie und Mauggßual Discovery.”Seine Position unterstreiche“ das Erfordernis, die Psychiatrische Versorgung in Deutschland konsequent am Ziel der Freiwilligkeit auszurichten und eine darauf verpflichtete Psychiatriereform voranzutreiben. ”34

Auch der UN-Fachausschuss für die Behindertenrechtskonvention (BRK) в сентябре 2015 года seine Richtlinien zur Interpretation und dem Umgang mit dem Artikel 14 der BRK, Freiheit und Sicherheit der Person, dahingehend verabschiedetskonvention, un dassgeschiedet, un Dahingeheit und Sicherheit der Person Aufhebung der Grundrechte durch ein Gesetz offen gelassen hat, wenn diese gesetzlichen Sonderregelungen eine «Behinderung» zum Kriterium haben35.Hierzu zählt auch die Zwangsbehandlung mentalisch Kranker36. Eine solche Behandlung gegen den Willen wäre bei einem gesunden Menschen ausgeschlossen.

Das Deutsche Institut für Menschenrechte hatte sich schon 2013 in mehreren Stellungnahmen u.a. für den Deutschen Bundestag für eine «gewaltfreie Psychiatrie» ausgesprochen und ausgeführt, «Es bestehen nach wie vor große Zweifel, ob der Entwurf im Einklang mit der UN-Behindertenrechtskonvention steht» 37. Menschenrechtlich und ethisch sei es «fragwürdig, ob eine psychoiatrische Behandlung ohne freie Zustimmung der betroffen Person vorgenommen werden dürfe».Vor dem Hintergrund der aktuellen menschenrechtlichen Diskussion und der Entwicklung des internationalen Rechts gebe es «schwerwiegende Bedenken gegen eine solche Regelung» 38. Schon mit Verabschiedung der Gesetzesvorlage zur Zwangsbehandlung im Rahmen des § 1906 BGB habe Deutschland «eine Historische Chance verpasst, aus den Erfahrungen einer Psychiatrie ohne Zwang zu lernen und das System der Psychiatrischen Versorgus. Es werde mit einem falschen und unverhältnismäßigen Ansatz über eine gesetzliche Neuregelung der Zwangsbehandlung nachgedacht, ohne eine unabdingbare, umfassende Überprüfung der Psychiatrie und Strukturelle Verbesterserungen der Psychiatrie und Strukturelle Verbesterserungen der.

Eine wesentliche Kritik де Bundesverfassungsgerichtes40 етег Zwangsbehandlung мит Psychopharmaka besteht Дарин, Дасс в Deutschland, nachdem фон дер Deutschen Gesellschaft für Psychiatrie, Psychotherapie унд Nervenheilkunde (DGPPN) в ден neunziger Jahren initiierte Versuche цур Etablierung medizinischer «Стандарты» für Zwangsbehandlungen цу keinem Ergebnis geführt haben41, «nach wie vor keine medizinischen Standards für Psychiatrische Zwangsbehandlungen existieren. Aus denen müsste mit der notwendigen Deutlichkeit hervorgehen, dass Zwangsbehandlungen mit dem Ziel, den Untergebrachten entlassungsfähig zu machen, ausschließlich im Fall krankheitsbedingter Einsichtsunfähigkeit zulässig ”42.Eine entsprechende Einsichtsfähigkeit sei verbindlich zu Definieren.

Distincte et clare, позолота:

Ebenso praktikable wie eindeutige Standards sind nicht denkbar.

Bis heute gibt es keine verbindlichen Standards zur Beantwortung, auf welcher Grundlage Psychiater zur Einschätzung gelangen wollen, dass bei einem Patienten Einwilligungsunfähigkeit gegeben sei. Es gibt keine Standards für die Behandlung zur Wiederherstellung einer solchen Einwilligungsfähigkeit. Diese Wiederherstellung der Einwilligungsfähigkeit muss nach gesetzgeberischem Willen im Zuge der Gesetzesinitiativen erklärtermaßen das Ziel einer Zwangsbehandlung sein.

Psychiatrische Diagnosen wie die Feststellung einer mentalrischen Erkrankung als Anlass einer Zwangsbehandlung unterliegen dem zeitlichen, ethischen und auch kulturellen Wandel. Der neu erschienene Diagnosekatalog DSM-5, der auch Grundlage für den neuen ICD-11, как Standardverzeichnis mentalischer Erkrankungen werden wird, legt die Grenzen einer mentalischen Erkrankung und einer zugrundeliegenden Diagnose derarde психиатрической помощи, 43 Верден.Erwartet wird ein signifikanter Zuwachs vermeintlicher, oder auch erfundener psychoiatrischer Krankheiten bei Kindern und bei Erwachsenen, die nicht zuletzt auch die Grundlage von Zwangsbehandlungen und Zwangsmedikationen sein. Der Psychiater Allen Frances spricht in seinem Buch «NORMAL» von einer regelrechten «Inflation Psychiatrischer Diagnosen» durch das neue Manual «DSM-V».
Künftig wird die Grenze, die bisher mit jeder neuen Ausgabe bzw. Neuauflage des DSM zu Lasten des Bereichs des Normalen verschoben wurde, noch weiter gezogen werden (Eine banale Schüchternheit wird zu einer Psychiatrischbeendlungspflichtigen «sozialen Phobie», «kindliches Trotzen» wird zur Psychiatrischflash als mentalische Krankheit, wie das «Binge-Eating», также Essattacken) 44.Einer Studie zufolge erfüllten schon mehr als achtzig Prozent (!) Der jungen Erwachsenen die Kriterien für eine mentalische Störung45.

Sich hieraus ergebende Gefahren für den vom Bundesverfassungsgericht geforderten Grundrechtschutz46 совершенно очевидно. Alleine die Diagnose einer psychoischen Krankheit soll bei Annahme einer vorübergehenden Einwilligungsunfähigkeit Grundlage einer Zwangsbehandlung sein. Gerade Абер дер bislang бей шестигранный Gesetzesinitiativen unbeantworteten фом Bundesverfassungsgericht47 gesehenen Frage, Wie дер Problematik дер Ermangelung jedweder medizinischer Стандарты für Zwangsbehandlungen унд дас Kriterium дер Einwilligungsunfähigkeit етег Lösung zugeführt вирда, Kommt бей sämtlichen geplanten Novellierungen цур Zwangsbehandlung signifikante Bedeutung цу.Bezeichnenderweise hat auch der Direktor des National Institut für Mental Health (NIHM), Thomas Insel, am 29.4.2013 in einer NIMH-Veröffentlichung ausgeführt, dass sämtliche mentalrische Diagnosen bisher keine hinreichende Validität. Er spricht von einem «недостоверность» 48.

In Kumulation mit dem Umstand, dass es im Zuge einer Zwangsbehandlung keine freie Arztwahl, geschweige denn eine Option zur Auswahl der Therapie gäbe, sowie kein Recht, bei Zweifeln an der vorgeschleninen azhorans, sowie kein Recht, bei Zweifeln an der vorgeschleninen azhorens seitens vieler gesetzlichen Krankenkassen für ihre Versicherten eingeräumt wird, dürfte elementarer Grundrechtschutz vor dem Hintergrund immer weiter ausufernder, инвалид, психиатр Diagnosestellungen auf dem Spiel stehen.

Die Umfrage

In einer Totalerhebung wurden 676 Amtsgerichte in ganz Deutschland per Fax angeschrieben. Vor dem Hintergrund der Reform wurden sie gebeten, Fragen in 4 Komplexen zu beantworten50. Es gingen 181 Antworten ein, von 5 Gerichten mehrere Antworten verschiedener Richter, также 176 antwortende Amtsgerichte. Das sind rund 26%.
Zu berücksichtigen ist dabei, dass die Justizministerien der Länder Bayern, Nordrhein-Westfalen und Schleswig-Holstein eine Erinnerung an die Umfrage für unerwünscht erklärten, hingegen die unerwünscht erklärten, hingegen die unerwünscht erklärten.Dies schränkte den weiteren Rücklauf von Gerichten aus den drei Bundesländern, die daraufhin nicht mehr erinnert wurden, deutlich ein. Aus den anderen Ländern erreichte uns ca. 50% des Rücklaufs erst nach Erinnerung.

Die Fragen und Antworthäufigkeiten für die Komplexe A bis D lauteten wie folgt:

Комплекс А)

A1. Werden an Ihrem Betreuungsgericht Psychiatrische Zwangsbehandlungen richterlich genehmigt?

▢ Ja
▢ Seitens unseres AGs wird auf diese Maßnahmen verzichtet

Vom gesamten Rücklauf waren:

Zwangsbehandlung genehmigende Antworten
128
abzüglich 5 mehrfache Antworten derselben Gerichte, также 123 70%
auf Zwang verzichtend 14 ——– 8%
keine Anträge eingegangen 11 6%
gar kebenine Antwortverweigert 28 16%

Das AG Stolzenau autorisierte, dass dessen Verzicht auf Zwangsbehandlung öffentlich benannt wird.

Комплекс Б)

В1. Haben die Entscheidungen des BGH und des Bundesverfassungsgerichtes zur Unzulässigkeit der Zwangsbehandlung und die darauf folgende Reform des § 1906 BGB Einfluss auf die Anzahl der betreuungsgerichtlichen Unterbringungen?

▢ Nein
▢ Ja

Wenn ja, welchen?

B2. Bitte nennen Sie uns die Anzahl der Verfahren, bei denen es in Ihrem Gericht seit dem 1.3.2013 zu Genehmigungen einer Zwangsbehandlung gekommen ist.

Bezug wird in allen folgenden% Angaben nur auf die 176 - 28 = 148 Gerichte genommen, die Antworten gegeben bzw. nicht verweigert haben:

Kein Einfluss auf die Anzahl der Unterbringungen 103 70%
Ja, hatte Einfluss auf die Anzahl der Unterbringungen 38 25%
Keine Antwort 7 ——- 5%
Angaben zwischen 0 und 167 Genehmigungenenderfrsell 4 120 ( Герихте) 118 80%

Комплекс C)

C1.Haben Sie in entsprechenden Beschlüssen

genaue Angabe über das Arzneimittel oder den Wirkstoff,
▢ dessen (Höchst-) Dosierung,
▢ die Verabreichungshäufigkeit gemacht?
▢ die Ernsthaftigkeit eines Überzeugungsversuchs nachprüfbar ermittelt?
▢ nachprüfbar ermittelt, dass keine unzulässige Druckausübung beim Überzeugungsversuch ausgeübt wurde?

genaue Angabe über das Arzneimittel oder den Wirkstoff 110
(-3 mehrfache Antworten derselben Gerichte)
107 72%
dessen (Höchst-) Dosierung 100
(-3 mehrfache Antwortenuf 9000
Gerichte)
(-2 mehrfache Antworten derselben Gerichte)
94 63,5,%
die Ernsthaftigkeit eines Überzeugungsversuchs nachprüfbar
ermittelt 104 (-3)
101 ——- 68%
nachprüfassus emittelt,
47 32%
alle 5 gefragten Kriterien entsprechend den höchstrichterlichen
Beschlüssen erfüllt 35 23,5%

Auffällig: Bei den vier Gerichten mit mehrfachen Antworten, sind die Antworten der Richter uneinheitlich.

Комплекс D)

• Wie beeinflusst eine Patientenverfügung, in der Psychiatrische Diagnostik und Behandlung mit Neuroleptika ausgeschlossen wird, den Ausgang eines Verfahrens auf Genehmigung einer Zwangsbehandlung?
• Haben Sie nachprüfbare konkrete Anhaltspunkte ermittelt, um den mutmaßlichen Willen zu bestimmen, zwangsbehandelt werden zu wollen, wenn bei einem einwilligungsunfähigen Psychisch Krankenfügen keünegungenver?
▢ Nein
▢ Ja
Wenn ja welche?

Wie beeinflusst eine Patientenverfügung den Ausgang eines
Verfahrens auf Genehmigung einer Zwangsbehandlung?
Antworten unterschiedlich (-5)
119 80%
Werden nachprüfbare konkrete Anhaltspunkte ermittelt, um
den mutmaßlichen Willen zu bestimmen, zwangsbehandelt
werden zu wollen? Нейн (-2)
69 ——- 47%
Я (-2) 49 33%

Die Umfragebögen und die Antworten der Gerichte sind im Internet abrufbar: http: // userpage.fu-berlin.de/narrwd/legende.htm

Die Rechtsprechung reagiert im Ergebnis dieser Befragung verhalten auf die Novellierungen des Gesetzgebers zur Zwangsbehandlung. Die Anzahl der Unterbringungsverfahren sei rückläufig, so die Tendenz mancher Betreuungsgerichte в Hinblick auf die Rechtsprechung des Bundesverfassungsgerichtes.

Die Strengen Voraussetzungen, die überhaupt noch zur Unterbringung führen dürfen, sehen die Gerichte Allerdings teilweise als wenig praktikabel an. Die jeweiligen Entscheidungen der Betreuungsgerichte werden dem Charakter einer Zwangsbehandlung als «Ultima Ratio» nicht gerecht.Besonders zeigt sich dies daran, dass nur 23,5% der Zwangsbehandlung genehmigenden Gerichte all 5 gefragten Kriterien entsprechenden den höchstrichterlichen Beschlüssen erfüllten.
Die Anwendung der einschränkenden Bedingungen für "Ultima Ratio" führen dazu, dass die Freiheitsgrundrechte eines Betroffenen immer wieder unzureichend beachtet werden, so dass die Thematik noch häundengerfigt de demi.
Erst jüngst hat das Bundesverfassungsgericht in zwei aktuellen Entscheidungen51 nochmals moniert, dass die Gerichte trotz eindeutiger Vorgaben des Gesetzgebers "bei der Auslegung und Anwenditeten des einfachen verrechts die".
Es hat die Fachgerichte nochmals angemahnt, die Eingriffsqualität einer Zwangsbehandlung zu beachten. Inhalt und Tragweite der Freiheitsgrundrechte sei durch hinreichende Sachverhaltsprüfung Rechnung zu tragen. Die medizinische Behandlung gegen den natürlichen Willen bzw. Zwangsbehandlung einer Betroffenen könne und dürfe entgegen der früher geübten Praxis wegen des интенсивные Eingriffs in die körperliche Integrität der Betroffenen als Grundrechtsträgerin nicht erfolgen, sengrürten herfolgen, Voennalelle hürfürung.

Die befragten Gerichte haben sich in der weit überwiegenden Anzahl für den Vorrang einer Patientenverfügung und für die Beachtung der Vorsorgevollmacht ausgesprochen und diese als Hindernis der Überwindung Eines Entgengenstehen. Bedenklich ist gleichwohl, dass rd. 20% от Gerichte nach wie vor Schwierigkeiten haben, die eindeutigen Prämissen des Gesetzgebers umzusetzen, um generell gegen eine Zwangsbehandlung zu entscheiden, wenn eine Patientenverfügung vorliegtersbend, die Zwangtersagt.Hier sind die Betreuungsgerichte künftig gehalten, neue auf dem Individualuellen Willen basierende Lebensmodelle jenseits des mentalrischen Zwangs zuzulassen, denn auch die Mitgliedschaft «in einem sich gegen den Einsatz von Psychopharmuremassinergierendenich» schon «im Zustand freier Willensbildung zur Absetzung der Neuroleptika entschieden hat» und ein beachtlicher, der Zwangsbehandlung entgegenstehender, Wille kundgetan wurde52.

Die Last der Prüfungsdichte, die Die Betreuungsgerichte als kaum praktikabel beklagen, wiegt in Hinblick auf diese aktuellen Entscheidungen des Verfassungsgerichtes noch schwerer. Auch bei психиатр Behandlung wird es den selbstbestimmten Patienten geben. Die bisherige Praxis der Behandlung eines Betroffenen gegen seinen Willen mit Neuroleptika wird zum Auslaufmodell.

Ausblick

Auch wenn in der Umfrage keine Fragen gestellt wurden, die auf die seit dem 1.1.2009 zum einfachen Gesetz gewordene BRK eingehen, ist auch für die Gerichte der seit dem 17.5.2015 vorliegende Staatenbericht des zuständigen UN-Fachausschusses über Deutschland bedeutsam. In ihm wird im Hinblick auf die Psychiatrie scharfe Kritik geübt, siehe insbesondere Artikel 11., 12., 25., 26., 29., 30., 33., 34. 38. Z.B. wird Zwangsbehandlung как Folter bezeichnet53.

Die Regelung цур Zwangsbehandlung zielt нах ден Feststellungen де Deutschen Институты für Menschenrechte darauf аб, Сечь über дас Kriterium дер Einwilligungsunfähigkeit «über ден natürlichen Willen дер betroffenen Person hinwegsetzen цу können унд умереть Stelle дер persönlichen Entscheidung умереть Entscheidung Dritter цу setzen - сделайте так genannte , durch die BRK untersagte, ersetzende Entscheidungsfindung («подмененное принятие решений»).”

Ergänzend wird dort ausgeführt: «Im Lichte der aktuellen menschenrechtlichen Diskussion, wie sie auch in Studien des UN-Hochkommissariats für Menschenrechte (UN Doc. A / HRC / 10/48 vom 26. Januar 2009) und der für die Rechte von Menschen mit Behinderungen im Zusammenhang der gesundheitlichen Versorgung von Menschen mit Behinderungen Ausdruck findet, ist der Ansatz, wonach eine Psychiatrische Behandlung ohne freie und informierte Zustimmung der Betrübermenim, gestimmung der betroffmenimenen .”54

Die gesetzlichen Regelungen des § 1906 BGB haben eine «Behinderung» zum Kriterium, die gemessen an den Grundsätzen des Artikel 14 der Behindertenrechtskonvention, Freiheit und Sicherheit der Person, als Sondergeßsetzgebung gegen Geltendes. So der UN-Fachausschuss für die BRK und dessen in der 14. Sitzung aufgestellten Richtlinien zur Interpretation und dem Umgang mit dem Artikel 14 BRK55.

Das Bundesverfassungsgericht hatte zur Frage der Einwilligungsfähigkeit schon 2011 ausgeführt:

“In Deutschland existieren, nachdem von der Deutschen Gesellschaft für Psychiatrie, Psychotherapie und Nervenheilkunde (DGPPN) in den neunziger Jahren initiierte Versuche zur Etablierung medizinischer zwangenn gesellschaft für Zwangnisichbehandlung.Steinert, in: Ketelsen / Schulz / Zechert, Seelische Krise und Aggressivität, 2004, S. 44 <47>), keine medizinischen Standards für Psychiatrische Zwangsbehandlungen, aus denen mit der notwendigen Deutlichkeit hervorginge zembrazungen, en: deutschkeit hervorginge zeam, en. machen, ausschließlich im Fall krankheitsbedingter Einsichtsunfähigkeit zulässig sind. Dass dementsprechend ein Bewusstsein hierfür in den medizinischen und juristischen Fachkreisen noch nicht allgemein verbreitet und eine gesetzliche Regelung, wie im Beschluss des Senats vom 23.März 2011 festgestellt, unverzichtbar ist, illustriert nicht zuletzt der vorliegende Fall, in dem weder die Klinik noch die Fachgerichte sich mit der Frage, ob beim Beschwerdeführer eine krankheitsbeedingte unfähigkeit.com Die bloße Feststellung einer Persönlichkeitsstörung beantwortet diese Frage nicht. ”56
Der Begriff der Einwilligungsunfähigkeit ist schon deshalb problematisch, weil der Begriff in Ermangelung vonbestimbemandengsundefüllungen, als unbriff der Einwilligungsunfähigkeit ist schon deshalb problematisch, weil der Begriff in a Ermangelung vonbestimbemanden und unbitchen, als unités unbigriff.Als solcher wird er wegen der Eingriffsintensität den Anforderungen des Bundesverfassungsgerichtes ebenso wenig genügen, wie in den Vorentscheidungen der Begriff der «Regeln der ärztlichen Kunst» 57.

В einer Entscheidung vom Februar 2013 hat das Bundesverfassungsgericht zu § 22 SächsPsychKG in einem weiteren Nichtigkeitsbeschluss zu entsprechenden Regelungswerken der Länder ausgeführt:

«… dass § 22 Абс. 1 Satz 1 SächsPsychKG auf die Regeln der ärztlichen Kunst verweist, ändert daran nichts.Unabhängig фон дер Frage, О.Б. Dieser Verweis überhaupt hinreichend deutlich сделайте umfassende Bindung умирают Regeln дер ärztlichen Кунст statuiert, liegt в етег solchen Bindung Keine hinreichend deutliche Gesetzliche Begrenzung дер Möglichkeit дер Zwangsbehandlung Ауф Fälle дер fehlenden Einsichtsfähigkeit.»58
Онэ умирают Schaffung фон Grundvoraussetzungen und Standards besteht jedenfalls die krete Gefahr einer Subjektivierung des Begriffes der Einwilligungsunfähigkeit je nach Gutdünken des jeweiligen Arztes oder Gutachters.

Eine Kritik, der sich auch die DGPPN nicht verschließen kann, wenn und soweit kritisch ausgeführt wird: «Als wenig praxisgerecht erscheint dagegen die Forderung, dass unbeteiligte Sachvertigen de Niederständige» rechtlichen Verfahren gutachterlich tätig werden sollen. (….) Erschwerend kommt der Mangel an kompetenten, externen Gutachtern dazu59 ».

Damit WIRD фон Хохстера fachpsychiatrischer Ebene умирают Gutachterkompetenz BEI дер Einschätzung Einer Einwilligungsunfähigkeit, умирают immerhin über ДАС «акушера унд Wie» Эйнес erheblichen Grundrechtseingriffes entscheidet, в Frage gestellt унд eingeräumt, DASS JE нах subjektiver Gedankenwelt унд Vorstel-lungen де Sachverständigen Ergebnisse Bei gleichem Probanden varieren und letztlich ein schlichtes Bauchgefühl über Freiheit oder Unterbringung und Zwangsmedikation entscheidet.Bei einem mentalischen Sachverstän-digengutachten muss es sich hingegen um eine wissenschaftliche Leistung handeln.

Die Einschätzung einer Nichteinsichtsfähigkeit in eine Behandlung ist fachlich hochgradig instabil bzw. субъективно, хорошо бисланг keine handhabbaren Kriterien existieren, zwischen Einsichtsfähigkeit und Nichteinsichtsfähigkeit zu unterscheiden. Hierauf einen Eingriff в Grundrechte zu stützen, ist verfassungsrechtlich jedenfalls unhaltbar.

Regelung zur Patientenverfügung - Fehlende Regelungen zur Vorsorgevollmacht

Die Regelungen zur Patientenverfügung des Gesetzesvorhabens trägt dem Selbstbestimmungsrecht Rechnung.Diesem Willen wird aber nach wie vor nicht von allen Betreuungsgerichten für eine Untersuchung wie auch für eine Behandlung Rechnung getragen. Jeder Mensch hat das Recht, sich in freier Entscheidung gegen eine Unterbringung zu seinem eigenen Schutz zu entscheiden und stattdessen mit den Risiken seiner Krankheit in Freiheit leben zu wollen. Diese Entscheidung kann auch in einer Patientenverfügung für den Fall eines späteren Verlusts der Einsichtsfähigkeit niedergelegt werden60.

Die Regelungen erfolgen in Beachtung des aus § 1901a Abs.1 Satz 1 BGB resultierenden Selbstbestimmungsrechtes eines Patienten bei Errichtung einer Patientenverfügung. Das Recht auf Selbstbestimmung und die personale Würde des Patienten (Art. 2 Abs. 2 S. 2 GG) gebieten es, jedem Patienten gegenüber einem Arzt und Krankenhaus grundsätzlich Anspruch auf Ablehnung von Diagnosestellungen und ärzlungten. Der Vorrang wird unbedingt gewährt. Es entspricht den Vorgaben des Verfassungsgerichtes zu einem generellen Zwangsbehandlungsverbot bei Einwilligungsfähigkeit bzw.antizipierter Willensbekundung im Zustand der Einwilligungsfähigkeit.

Zusammenfassung

Inzwischen hat sich in der Rechtsprechung durchgesetzt, dass die Entscheidungen des Bundesverfassungsgerichtes vom 23.03.2011 (NJW 2011, 2113ff.) Sowie vom 12.10.2011 (NJW 2011, 3571ff) für all gesetzlichendenhandrengenbeengrengenbeendenbendrengenungendenbendrezlichenen aufgestellten Anforderungen genügen müssten61.

Die Entscheidungen des Bundesverfassungsgerichtes sind auch in der Rechtsprechung und weiten Teilen der Literatur allgemein als verbindlich für all Regelwerke Betreffend Zwangsmaßnahmen bei der Gabe von Neuroleptika worgenommen.

Die Monitoring-Stelle zur UN-Behindertenrechtskonvention, die in Berlin am Deutschen Institut für Menschenrechte angesiedelt ist, sieht die Wiedereinführung von Regelungen zur Zwangsbehandlung als nicht zulässig.

In einer Stellungnahme der Monitoring-Stelle zur öffentlichen Sitzung des Rechtsausschusses des Bundestages vom Dezember 2012 wird hervorgehoben, dass das Konzept der "krankheitsbedingten Nichteinsichtsfähigkeiten" в UN-Finchstkinder dezemberde.
Weder der Wortlaut des Artikels 12 UN-BRK über die gleiche rechtliche Handlungsfähigkeit noch die Auslegungspraxis des UN-BRK-Ausschusses ließen derzeit den Schluss zu, dass die rechtliche erzeit den Schluss zu, dass die rechtliche echtlicufing Handängrüngenchigkeit. Im Rahmen der internationalen Verhandlungen zur Schaffung der UN-BRK habe man sich bewusst dagegen entschieden, ein entsprechendes Kriterium zur Einschränkung beziehungsweise zur Bestimmung der Einschränkzbarkemenit auf.

Die UN-BRK gehe davon aus, dass all Menschen mit Behinderungen «Rechts- und Handlungsfähigkeit» genießen (Artikel 12 Absatz 2 UN-BRK).In Verbindung mit dem Recht auf Gesundheit (Artikel 25 UN-BRK) bedeutet dies das Recht, in Fragen Individualueller gesundheitlicher Angelegenheiten in allen Fällen eine «Freie und Informierte Entscheidung» über die eigenen gesürondear zendarine, diesundheitlichen, , Welche Therapie angewendet wird.
Die im deutschen Verfassungsrecht anerkannte Figur der «Freiheit zur Krankheit» sei genau in diesem Kontext zu verorten. Die menschenrechtlichen Regelungen gehen darüber hinaus.
In Anbetracht der Interpretation des UN-BRK-Ausschusses sind die Anwendung von Zwang im Zusammenhang mit der Behandlung von Menschen mit Behinderungen nicht legal.

Die zwangsweise Unterbringung und zwangsweise Behandlung von Menschen mit Behinderungen stelle eine Reihe von menschenrechtlich verbrieften Rechtsgewährleistungen in Frage.
Insbesondere Венна Menschen Ауф Грунд Ihrer Behinderung Одер в дере Kombination мит Айний behinderungsrelevanten Merkmal stärkere Einschränkung сделайте Ihrer Rechte zugemutet Werde ALS Nichtbehinderten, Ласс плашки Eine Ungleichbehandlung erkennen, умирает Maßgabe де нах Diskriminierungsverbots (Код 5 ООН-BRK) Nicht ца rechtfertigen SEI.

Darüber hinaus sei die Einschätzung einer Nichtzustimmungsfähigkeit in eine Behandlung fachlich hochgradig instabil, weil handhabbare Kriterien bislang nicht zu finden sind, zwischen Einsigichtsfähijkeich zuischen und Nichteerscheit.
Nach Artikel 12 UN-BRK bestehe aber die Verpflichtung, die Unterstützung («поддержка») für Menschen mit Behinderungen so zu gewährleisten, dass sie autonom entscheiden - die unterstützende Entscheidungsfindung («поддержка принятия решений».Diese anspruchsvolle Form der Unterstützung im Sinne von Assistenz dürfe weder über die gesetzliche Vertretung, noch durch eine zwangsweise durchgesetzte Entscheidung, die Dritte für eine betroffene Person getroffen habenden, 62.

Der Sonderberichterstatter über Folter des UN-Hochkommissariats für Menschenrechte, Juan E Méndez, erklärte in der 22. Sitzung des "Human Rights Council" am 4. März 2013 Zwangsbehandlung in der Psychiatrie zu Folter bzw. zu grausamer, unmenschlicher oder erniedrigender Behandlung.Er forderte, dass alle Staaten ein Verbotaller nicht einvernehmlichen medizinischen bzw. Zwangsbehandlungen verhängen sollten, einschließlich nicht-einvernehmlicher Psychochirurgie, Elektroschocks und Verabreichung bewusstseinsverändernder Drogen, sowohl in lang-wie kurzfristiger Anwendung. Die Verpflichtung, erzwungene mentalrische Behandlung zu beden, sei sofort zu verwirklichen und auch knappe finanzielle Ressourcen können keinen Aufschub der Umsetzung rechtfertigen63.

Auch der frühere Bundesrichter Wolfgang Neškovic kritisierte das Zwangsbehandlungsgesetz.Die Kriterien seien «bevormundend und patternalistisch». Sie «ignorierten das Selbstbestimmungsrecht», sie «entwürdigten den Patienten zum Objekt». Genau das habe das Patientenverfügungsgesetz verhindern wollen. Das sollte nicht nur für Komapatienten und Demenzkranke, sondern für die gesamte Gruppe der «Einsichtsunfähigen» gelten. Wenn der Patient seinen Willen aktuell aber nicht klar äußern könne, müsse «auf dessen ausdrückliche Verfügung oder seinen mutmaßlichen Willen anhand konkreter Anhaltspunkte zurückgegriffen» werden64.

Die Kritik an Zwangsbehandlung stützt sich auf Verfassungsrecht. Es muss auch für den Einwilligungsunfähigen gelten. Das Bundesverfassungsgericht habe Art. 2 Абс. 2 Satz 1 GG menschenrechtlich zutreffend als Aktivrecht jeder Person ausgelegt: «Jeder hat das Recht auf Leben und körperliche Unversehrtheit». Изобразительное искусство. 2 Абс. 2 Satz 2 GG laute konsequent: «Die Freiheit der Person ist unverletzlich». Das bedeute, jeder erfahre sich als Person, indem er über sich, das eigene Leben und die eigene Unversehrtheit zu allererst ihres / seines Körpers selbst entscheidet.Darum habe das Verfassungsgericht zutreffend formuliert, es sei unzulässig, stellvertretend, und sei es als Psychiater aus gesundheitlichen oder anderen Gründen der Rehabilitation, eine Person zwangsweise zu behandeln. Die Selbstbestimmung des Menschen schließe all kranken oder gesunden Befindlichkeiten ein.

Indem das Bundesverfassungsgericht über die Historisch herkömmliche Begrenzung des Kerns der Menschenrechte als Abwehrrechte hinausgehe, folge es der BRK der Vereinten Nationen von 2006.Sie sei auf Vorschlag der Bundesregierung im Dezember 2008 vom Deutschen Bundestag als Gesetz übernommen worden. Die Behindertenrechtskonvention gehe folgerichtig im Sinne der Wirklichkeit des Menschen und seiner sozialen Bedingungen darüber hinaus. Sie verlange, die sozialen, technischen und wissenschaftlichen Bedingungen zu schaffen um Behinderungen zu überwinden. Die Behinderten würden ansonsten um ihre Grund- und Menschenrechte gebracht, obwohl sie nominell gelten65. Die «Freiheit zur Krankheit», также как Ausfluss des allgemeinen Persönlichkeitsrechts und der allgemeinen Handlungsfreiheit werde durch die Entscheidungen der Gerichte bekräftigt.

Der Staat müsse es von jeher hinnehmen, schreibt Rinke 1988 in der Neuen Zeitschrift für Strafrecht, wenn der Bürger fürsorgerische Leistungen eigenverantwortlichblehne66.

Zwei Jahre nach in Kraft treten des BGB-Gesetzes zur Zwangsbehandlung kann nur dessen Scheitern festgestellt werden: es hat das Ziel einer «Ultima Ratio» Regelung verfehlt, stattdessen Rechtsunsicherheit geschaffen. Der Versuch körperlich Kranke und Psychisch Kranken ungleich zu behandeln und letztere rechtlich mit einem Sondergesetz zu diskriminieren, wenn sie einwilligungsunfähig diagnostiziert werden sollten, ist ein den Gstoßgrund Art.3 GG und gegen den Kern der BRK. Es darf kein staatliches Monopol gesundheitlicher Bevormundung mit Zwang geben. Freie Willensentcheidung mit körperverletzendem Zwang erreichen zu wollen, ist in sich paradox.

Entweder Grundrechte oder Behandlung um jeden Preis.

——————————————————————————–

1.BVerfG FamRZ 2011, 1128 и FamRZ 2011, 1927
2.BGH FamRZ 2015, 567 Rn. 12; ФамРЗ 2013, 1646 р-н. 12; ФамРЗ 2008, 866 р-н. 19 и FamRZ 2001, 149 f (BGH, Vorlagebeschluss vom 01.Июль 2015 - XII ZB 89/15 -, р-н. 17, jus)
3.ablehnend schon BVerfGE 58, 208 (226)
4.BVerfG FamRZ 2011, 1128 und FamRZ 2011, 1927
5.BGH, Beschlüsse vom 20. Juni 2012 - XII ZB 130/12 и XII ZB 99 / 12
6.BTDrucks 17/11513 und 17/12086
7.BVerfG, Beschluss vom 14. Июль 2015 г. - 2 BvR 1549/14, 2 BvR 1550/14 -, Rn. 27, jus
8.BGH XII ZB 99/12 und BGH XII ZB 130/12 Beschlüsse vom 20.06.2012
9.Inzwischen novelliert durch das am 26.02.2013 в Kraft getretene “Gesetz zur Regelung der betreuungsrechtlicängsmaeine Einwillig” vom 18.02.2013, Bundesgesetzbl. 2013 Teil I Nr. 9
10.BGBl. I S. 266
11.BVerfG, BVerfGE 128, 282-322 S. 317 (Beschluss vom 23. März 2011 - 2 BvR 882/09)
12.BVerfGE 116, 69 S. 80
13.BVerfG, 2 BvR 228 / 12 Beschluss vom 20.2.2013
14.BVerfGE 128, 282 S. 318 и далее. (Beschluss vom 23. März 2011 - 2 BvR 882/09)
15.BVerfGE a.a.O. (Beschluss vom 23. März 2011 - 2 BvR 882/09)
16.BverfGE a.a.O.
17.BGH, Бешль. v. 01.02.2006 - XII ZB 236/05 - Heitmann, jurisPR-FamR 9/2006 Anm.1
18.Heitmann, Zwangsbehandlung und Verfassungsrecht jurisPR-FamR 13/2012, S. 18
19.OLG Zweibrücken, 1 Ws 90/11 Beschluss vom 01.08.2011 (юриспруденция)
20.BVerfG 2 BvR 1194/80 Beschluss vom 7 Октябрь 1981 г. (BVerfG 58, 208 и сл.)
21.BVerfG 2 BvR 1194/80; BVerfG 58, 208 (S. 227)
22.BVerfG a.a.O. С. 224 ф.
23.BVerfG 2 BvR 882/09
24.BVerfG 2 BvR 633/11
25.BVerfG 2 BvR 228/12; zuvor schon BVerfG 2 BvR 2362/11 Beschluss vom 15.12.2011
26.BVerfG, Beschluss vom 28.Ноябрь 2013 г. - 2 BvR 2784/12 -, jus Regelung
27.BVerfG, Beschluss vom 14. Июль 2015 г. - 2 BvR 1549/14, 2 BvR 1550/14
28.BVerfG, Nichtannahmebeschluss vom 07. июля 2015 г. - 2 BvR 1180 / 15 -, jus
29.BGH XII ZB 99/12 Beschluss vom 20.06.2012
30.BGH, Vorlagebeschluss vom 01. Juli 2015 - XII ZB 89/15 -, Rn. 22, jus
31.BGH, Beschluss vom 11. Oktober 2000 - XII ZB 69/00 -, BGHZ 145, 297-310, Rn. 21
32.BVerfG Beschluss vom 23.03.2011 - 2 BvR 882/09
33.Institut für Menschenrechte, News vom 25.06.2013, «UN-Sonderberichterstatter: Absolutes Verbot von jeglichen Zwangsbehandlungen im Zusammenhang der Psychiatrischen Versorgung»
34.Institut für Menschenrechte a.a.O.
35. http://www.ohchr.org/Documents/HRBodies/CRPD/14thsession/GuidelinesOnArticle14.doc
36.vgl. TAZ vom 26.2.2008 auf Seite 21
37.Pressemitteilung des Deutschen Instituts für Menschenrechte vom 13.01.2013, «Мониторинг-Stelle fordert Enquete-Kommission zu Psychiatrie-Reform» unter Bezugnahme auf Valentin Aichele, Leiter dertelleonitoring-9000 38.Institut für Menschenrechte a.a.O.
, 39.Stellungnahme der Monitoring-Stelle zur UN-Behindertenrechtskonvention anlässlich der Öffentlichen Anhörung am 10. Dezember 2012 im Rahmen der 105. Sitzung des Rechtsausschusses des Deutschen Bundestages
40.BVerfG 6.1033/2 BverfG. , in: Ketelsen / Schulz / Zechert, Seelische Krise und Aggressivität, 2004, 44, S. 47
42.BVerfG, 2 BvR 633/11 vom 12.10.2011
43.Der Stern vom 31. Mai 2013, Neues Standardwerk der Psychiatrie DSM-5 -Psychisch krank über Nacht
44.Der Stern a.a.O.
45.Blech, J. в Spiegel online vom 12.04.2013 - «Normal von Allen Frances: Beichte eines Psychiater-Papstes»
46.BVerfGE 2 BvR 882/09 Beschluss vom 23.03.2011 и 2 BvR 633/11 Beschluss vom 12.10 .2011
47.instruktiv BVerfG, 2 BvR 633/11 vom 12.10.2011
48. http://www.nimh.nih.gov/about/director/2013/transforming-diagnosis.shtml
49.statt vieler: Techniker Krankenkasse vom 05.01.2010: «Recht auf Zweitmeinung»,
https://www.tk.de/tk/behandlungen/zweitmeinung/recht-auf-zweitmeinung/213558
50.Den jeweiligen Fragen der Umfrage sind einer Sammlung an Gesetzestexten und höchstrichterlichen Urteilen zugeordnet
51.BVerfG, Beschluss vom 07. Juli 2015 - 2 BvR 1180/15 und Beschluss vom 14. Juli 2015 - 2 Bvluss vom 1549/14. 14. Juli 2015 - 2 BvR 1549/14
53. http://www.institut-fuer-menschenrechte.de/fileadmin/user_upload/PDF-Dateien/UN-Dokumente/CRPD_Abschliessende_Bemerkungen_ueber_den_ersten_Staatenbericht_Deutschlands_ENTWURF.pdf
Abschliessende_Bemerkungen_ueber_den_ersten_Staatenbericht_Deutschlands_ENTWURF.pdf
54. Aichele, Valentin, Stellungnahme der Monitoring-Stelle zur UN-Behindertenrechtskonvention anlässlich der Öffentlichen Anhörung vom 10. Dezember 2012, im Rahmen der 105. Sitzung des Rechtsausschusses des Deutsch 4 // www. /Documents/HRBodies/CRPD/14thsession/GuidelinesOnArticle14.doc
56.BVerfG, 2 BvR 633/11 vom 12.10.2011
57.BVerfG, 2 BvR 633/11 vom 12.10.2011: «In Deutschland existieren, nachchendem von der Gesellschaft für Psychiatrie, Psychotherapie und Nervenheilkunde (DGPPN) in den neunziger Jahren initiierte Versuche zur Etablierung medizinischer Standards für Zwangsbehandlungen nicht zu einem Ergebnis gefüglhrt haben (v.Steinert, in: Ketelsen / Schulz / Zechert, Seelische Krise und Aggressivität, 2004, S. 44 <47>), keine medizinischen Standards für Psychiatrische Zwangsbehandlungen, aus denen mit der notwendigen Deutlichkeit hervorginge zembrazungen, en: deutschkeit hervorginge zeam, en. machen, ausschließlich im Fall krankheitsbedingter Einsichtsunfähigkeit zulässig sind ».
58.BVerfG, Beschluss vom 20. февраля 2013 - 2 BvR 228/12 -, jus (Rn 60)
59.Falkai, Zwangsmaßnahmen: Verfahren transparent gestalten Presse-Information Nr.47 /19.11.2012 der DGPPN
60.Drucksage 18-0606 S. 10
61.Sachs, Grundrechte: Körperliche Unversehrtheit und Selbstbestimmung JuS 2011, 1047
62.Stellungnahme der Monitoring-Stelle zur UN-Behindertenrösskon . Декабрь 2012, им Рахмен дер 105. Sitzung des Rechtsausschusses des Deutschen Bundestages
63. Заявление г-на Хуана Э. Мендеса, Специального докладчика по пыткам и другим жестоким, бесчеловечным или унижающим достоинство видам обращения или наказания, 22-я сессия Совета по правам человека Пункт повестки дня 3, 4 марта 2013 г., Женева,
64.Neškovic, Der Wille des Patienten geht vor - Der Tagesspiegel, 29.11.2012
65.Narr et al. Behinderung, Menschenrechte und Zwang 2011
66. Rinke NStZ 1988, 10 S. 13

Умственная дееспособность и лишение свободы

Текущее состояние проекта

Текущее состояние этого проекта: Завершено .

Перечень стадий проекта:

  1. Предпроект
  2. Предварительная консультация
  3. Консультация
  4. Анализ отзывов
  5. Завершено
  • Инициирование
  • Предварительная консультация
  • Консультация
  • Разработка политики
  • Сообщено
  • Инициирование: Может включать обсуждение объема и технического задания с ведущим государственным департаментом
  • Предварительная консультация: Может включать обращение к заинтересованным группам и специалистам, подготовку аналитических и тематических документов, завершение сроков проекта
  • Консультации: Скорее всего, будут включены консультационные мероприятия и документ с предварительными предложениями для комментариев
  • Разработка политики: Будет включать анализ ответов на консультации.Могут быть включены документы с дополнительными проблемами и консультации по проекту законопроекта
  • .
  • Сообщается: Обычно рекомендации по реформе законодательства, но могут быть советом правительству, оценочным отчетом или другими рекомендациями

Защита людей с деменцией и трудностями в обучении, лишенных свободы на лечение или уход. Правительство заявило, что закон будет выдвинут, когда позволит парламентское время.

Скачать отчет

Скачать резюме

Скачать краткое описание Easy Read

Проблема

Гарантии по лишению свободы направлены на защиту людей с ограниченными умственными возможностями, но которых необходимо лишить свободы, чтобы они могли получить уход и лечение в больнице или доме престарелых.

Если необходимо нарушить право человека на свободу в других обстоятельствах, необходимо получить разрешение от Защитного суда.

DoLS подвергались критике с момента их введения за чрезмерную сложность и чрезмерную бюрократичность.

В марте 2014 года специальный комитет Палаты лордов опубликовал подробный отчет, в котором был сделан вывод о том, что DoLS «не соответствуют назначению», и рекомендовал их заменить. В то же время в Верховном суде Соединенного Королевства было рассмотрено дело о том, что гораздо большее количество людей подлежало рассмотрению в рамках системы DoLS, чем считалось ранее.

Это возложило все большее бремя на местные органы власти и практикующих врачей и социальных работников, администрирующих DoLS.

В этом видео Тим Спенсер-Лейн, ведущий юрист проекта, рассказывает о DoLS и о том, почему они не работают.

Наш проект

Проект представлял собой пересмотр Закона об умственной дееспособности и DoLS.

Наш консультационный документ был опубликован 7 июля 2015 года. Он содержал предварительные предложения по реформе закона.За четыре месяца консультаций с общественностью мы посетили 83 мероприятия в Англии и Уэльсе. Это было одно из самых обширных общественных консультаций, проведенных Юридической комиссией. Мы получили 583 письменных ответа.

В мае 2016 года мы опубликовали промежуточное заявление, в котором резюмируются основные выводы консультаций и излагаются некоторые из наших первоначальных выводов.

13 марта 2017 г. мы опубликовали отчет с изложением наших рекомендаций вместе с проектом закона.

Наши рекомендации

В окончательном отчете и проекте законопроекта рекомендуется в срочном порядке отменить DoLS и изложить схему замены DoLS, которую мы назвали «Меры защиты свободы».Кроме того, законопроект предусматривает более широкие реформы Закона об умственной дееспособности, которые обеспечивают более строгие гарантии для лиц до того, как они будут лишены свободы.

Это будет означать:

  • Расширенные права на защиту и периодические проверки условий ухода или лечения для наиболее нуждающихся
  • Повышенное внимание к вопросам прав человека, а также вопросу о том, является ли лишение свободы необходимым и соразмерным, на этапе, на котором разрабатываются меры
  • распространяет защиту на все учреждения по уходу, такие как поддерживаемые жилые и домашние условия, что устраняет необходимость в дорогостоящих и непрактичных обращениях в Суд по защите
  • : охват детей 16-17 лет и запланированные переходы между настройками
  • устранение ненужного дублирования с учетом предыдущих оценок, предоставление разрешений на более чем одну настройку и разрешение продления для тех, у кого долгосрочные условия
  • продление, ответственный за выдачу разрешений от советов в NHS, если он находится в больнице или учреждении здравоохранения NHS
  • упрощенная версия оценки наилучших интересов, в которой подчеркивается, что во всех случаях меры должны быть необходимыми и соразмерными, прежде чем они могут быть санкционированы.

Наряду с окончательным отчетом мы также опубликовали оценку воздействия, консультационный анализ, резюме отчета и легко читаемую версию резюме. Все эти документы можно найти на этой странице ниже.

Результат

30 октября 2017 г. Правительство опубликовало промежуточный ответ на наш отчет.

В ответе приветствовался отчет Правовой комиссии и подтверждалось, что они будут взаимодействовать с рядом заинтересованных сторон, чтобы лучше понять, как могут быть реализованы рекомендованные Комиссией изменения.

Окончательный ответ правительства был опубликован 14 марта 2018 года.

Он согласен с тем, что текущая система DoLS должна быть заменена в срочном порядке, и в целом согласна с моделью мер защиты свободы, разработанной Комиссией.

В ответе делается вывод, что закон будет выдвинут, когда позволит парламентское время.

Кроме того, Объединенный комитет по правам человека объявил о проведении расследования в отношении DoLS и схемы, предложенной Юридической комиссией.Отчет об этом должен появиться позже в этом году.

Умственная работоспособность и психические заболевания

Полезная информация

Кто такие Суд защиты и Управление государственного опекуна?

Защитный суд (CoP)

Защитный суд (CoP) может защитить вас, если у вас недостаточно возможностей. Может:

  • Решите, достаточно ли у вас умственных способностей, чтобы принять определенное решение, которое повлияет на вас
  • Решить, можно ли зарегистрировать постоянную доверенность (LPA)
  • Выбирайте заместителей для принятия решений в ваших интересах
  • Принимайте решения в сложных делах
  • Решить, следует ли применять меры лишения свободы (DOL)
  • Убрать заместителей или поверенных, которые не выполнили свои обязанности должным образом

Офис государственного опекуна (OPG)

Офис государственного опекуна (OPG) имеет разные должности, в том числе:

  • Принять меры, если есть опасения по поводу адвоката или заместителя
  • Зарегистрировать LPA
  • Вести публичный реестр депутатов и лиц, назначенных МПУ
  • Наблюдать за заместителями, назначенными Защитным судом, и следить за тем, чтобы они соблюдали Закон об умственной дееспособности
  • Изучить сообщения о злоупотреблениях в отношении зарегистрированных поверенных или заместителей

Могу ли я быть ограничен в соответствии с Законом о психической дееспособности?

Вас следует сдерживать только в том случае, если вам нужно предотвратить причинение себе вреда.Количество или тип используемых средств сдерживания и время, в течение которого они используются, должны соответствовать уровню риска.

Обездвижен означает, что кто-то:

  • с применением силы или угрозой применения силы, чтобы заставить вас сделать что-то, чего вы не хотите, или
  • , не позволяющий вам покинуть место, независимо от того, хотите вы этого или нет, например, не позволяет вам покинуть комнату или больницу.

Гарантии лишения свободы (DoLS)

Лишение свободы (DoLS) иногда можно использовать, если вы находитесь в больнице или доме престарелых и у вас не хватает умственных способностей.«Лишение свободы» означает потерю свободы.

Дом престарелых или больница должны получить разрешение от «надзорного органа», прежде чем они смогут законно лишить вас свободы. Контрольным органом обычно является траст первичной медико-санитарной помощи или местный орган власти.

DoLS можно использовать только когда:

  • В ваших интересах защитить вас от вреда
  • Необходим из-за вероятности и серьезности вреда
  • Если нет другого способа обезопасить вас

Существуют меры предосторожности:

  • вы получите представителя, который будет поддерживать вас по всем вопросам, связанным с DoLS.Например, ваше право оспорить ваш DoLS через Суд защиты,
  • вас и вашего представителя поддерживает независимый защитник умственных способностей, если вам нужна дополнительная поддержка, и
  • , что DoLS пересмотрен.

DoLS нельзя использовать, если вы находитесь в больнице в соответствии с Законом о психическом здоровье.

Подробнее о DoLS можно узнать здесь.

Уголовное преступление

MCA квалифицирует как уголовное преступление причинение вреда или халатное отношение к недееспособным лицам.Если кого-то осудят за это преступление, он может получить штраф или попасть в тюрьму.

Я ухаживаю. Защищен ли я законом, если принимаю решение, которое наилучшим образом защищает интересы кого-либо?

Закон о психических возможностях (MCA) защищает лиц, осуществляющих уход, и медицинских работников. Если человек, о котором вы заботитесь, будет признан недееспособным, вас могут попросить принять за него наилучшее решение.

Вы не несете юридической ответственности за результат этого решения, если оно было принято в лучших интересах человека.

В чем разница между Законом о психической дееспособности 2005 г. (MCA) и Законом о психическом здоровье 1983 г. (MHA)?

MHA и MCA - разные законы. Если вы находитесь под стражей в соответствии с законом MHA, это не означает, что вам автоматически не хватает умственных способностей для принятия решений.

MHA используется для лечения людей, страдающих психическим заболеванием и нуждающихся в госпитализации. Согласно MHA вас могут принудить к лечению независимо от того, согласны вы на это или нет. Таким образом, даже если у вас есть умственные способности, вам все равно можно будет лечить психическое здоровье против вашей воли.

Офис государственного опекуна (OPG)

Служба государственной опекуна (OPG) защищает людей в Англии и Уэльсе, которые могут не обладать умственными способностями для принятия определенных решений за себя, например, в отношении своего здоровья и финансов.

Телефон: 0300 456 0300. Линии открыты по понедельникам, вторникам, четвергам и пятницам с 9 до 17 и в среду с 10 до 17.
Адрес: PO Box 16185, Birmingham, B2 2WH
Электронная почта: [email protected]
Веб-сайт: www.gov.uk/government/organisations/office-of-the-public-guardian

Защитная палата

Принимайте решения по финансовым вопросам или вопросам благосостояния людей с недостаточными умственными способностями.

Телефон: 0300 456 4600
Адрес: PO Box 70185, First Avenue House, 42-49 High Holborn, London, WC1A 9JA
Электронная почта: [email protected]
Веб-сайт: www.gov.uk/courts- трибуналы / суд защиты

Закон о психической дееспособности - NHS

Закон о психической дееспособности (MCA) предназначен для защиты и расширения прав и возможностей людей, которые могут не обладать умственными способностями принимать собственные решения относительно ухода и лечения.Это касается людей в возрасте от 16 лет и старше.

Он охватывает решения о повседневных вещах, например, что надеть или что покупать для еженедельного магазина, или серьезные решения, меняющие жизнь, например, переехать в дом престарелых или сделать серьезную операцию.

Примеры людей, которым может не хватать дееспособности, включают:

Но тот факт, что у человека есть одно из этих заболеваний, не обязательно означает, что у него нет способности принимать конкретное решение.

Кому-то может не хватать способности принимать некоторые решения (например, решать сложные финансовые вопросы), но все же иметь возможность принимать другие решения (например, решать, какие товары покупать в местном магазине).

MCA говорит:

  • предполагать, что человек способен принимать решения самостоятельно, если не доказано обратное
  • везде, где это возможно, помогать людям принимать собственные решения
  • не относиться к человеку как к неспособному принимать решение только потому, что они приняли неблагоразумное решение
  • Если вы принимаете решение за кого-то, у кого нет дееспособности, это должно быть в их интересах
  • права и свободы

MCA также позволяет людям выражать свои предпочтения в отношении ухода и лечения и назначать доверенного лица для принятия решения от их имени, если у них в будущем не хватит дееспособности.

Людям также должен быть предоставлен независимый адвокат, который будет поддерживать их в принятии решений в определенных ситуациях, например, при серьезном обращении или в тех случаях, когда человеку могут быть наложены значительные ограничения на его свободу и права в его наилучших интересах.

Как оцениваются умственные способности?

MCA устанавливает двухэтапный тест на дееспособность:

1) Есть ли у человека нарушение психики или мозга в результате болезни или внешних факторов, таких как употребление алкоголя или наркотиков?

2) Означает ли нарушение, что человек не может принять конкретное решение, когда ему это необходимо? Людям может не хватать способности принимать одни решения, но они могут принимать другие.Умственные способности также могут колебаться со временем - кому-то может не хватать способностей в какой-то момент времени, но он может принять то же решение в более поздний момент времени.

Там, где это уместно, людям должно быть предоставлено время для самостоятельного принятия решения.

MCA говорит, что человек не может принять решение, если он не может:

  • понять информацию, имеющую отношение к решению
  • сохранить эту информацию
  • использовать или взвесить эту информацию как часть процесса принятия решения

Помощь людям в принятии решений

Прежде чем решить, что у человека не хватает способностей, важно предпринять шаги, которые позволят ему попытаться принять решение самостоятельно.

Например:

  • есть ли у человека вся необходимая информация?
  • Была ли им предоставлена ​​информация о каких-либо альтернативах?
  • Можно ли объяснить или представить информацию таким образом, чтобы им было легче понять (например, используя простой язык или наглядные пособия)?
  • Были ли изучены различные методы общения, например невербальное общение?
  • Может ли кто-нибудь еще помочь в общении, например, член семьи, опекун или защитник?
  • бывают ли определенные часы дня, когда человек понимает лучше?
  • есть ли особые места, где человек может чувствовать себя более комфортно?
  • Может ли решение быть отложено до тех пор, пока они не смогут лучше его принять?

Отвечает ли это решение их интересам?

Если кто-то не в состоянии принять решение и решение должно быть принято за него, MCA утверждает, что решение должно быть принято в его наилучших интересах.

MCA составляет контрольный список, который следует учитывать при принятии решения о том, что лучше всего отвечает интересам человека.

В нем говорится, что вы должны:

  • поощрять участие - делать все возможное, чтобы разрешить или побудить человека принять участие
  • определить все соответствующие обстоятельства - попытаться определить вещи, которые человек с ограниченными возможностями принял бы во внимание, если бы делал принять решение
  • выяснить взгляды человека - включая его прошлые и настоящие желания и чувства, а также любые убеждения или ценности
  • избегать дискриминации - не делать предположений на основе возраста, внешности, состояния или поведения
  • оценивать, насколько человек могли бы восстановить мощность - если бы могли, можно ли было бы отложить решение?

Очень важно проконсультироваться с другими, чтобы узнать их мнение о наилучших интересах человека.

В частности, постарайтесь проконсультироваться:

  • с любым лицом, ранее указанным физическим лицом
  • с любым, кто ухаживал за ним
  • с близкими родственниками и друзьями
  • с любым адвокатом, назначенным на основании постоянной доверенности или постоянной доверенности
  • любой заместитель, назначенный Судом защиты для принятия решений за человека

Поиск наименее ограничивающего варианта

Прежде чем вы примете решение или действуете от имени человека, у которого нет дееспособности, всегда спрашивайте, можете ли вы сделать что-то еще, что может помешать меньше со своими основными правами и свободами.

Это называется поиском «наименее ограничительной альтернативы». Это включает в себя рассмотрение того, есть ли необходимость действовать или вообще принимать решение.

Там, где есть несколько вариантов, важно изучить способы, которые были бы менее ограничивающими или предоставляли бы максимальную свободу человеку с ограниченными возможностями.

Но окончательное решение всегда должно позволять достичь первоначальной цели решения или действия.

Любое решение или действие должно по-прежнему отвечать наилучшим интересам человека, у которого нет дееспособности.

Таким образом, иногда может возникнуть необходимость выбрать вариант, который не является наименее ограничивающей альтернативой, если этот вариант отвечает наилучшим интересам человека.

Лишение свободы

В определенных случаях ограничения, налагаемые на недееспособное лицо, могут быть равносильны «лишению свободы». Об этом нужно судить в индивидуальном порядке.

В случае возможного лишения свободы лицо, оказывающее медицинскую помощь (обычно в больнице или доме престарелых), должно обратиться в местные органы власти.

Затем они проведут оценку ухода и лечения этого человека, чтобы решить, отвечает ли лишение свободы наилучшим интересам данного лица.

Если да, то местный орган власти выдаст законное разрешение. В противном случае необходимо изменить пакет ухода и лечения - иначе наступит незаконное лишение свободы. Эта система известна как гарантии лишения свободы.

Если вы подозреваете, что может произойти лишение свободы, поговорите с поставщиком медицинских услуг, а затем, возможно, с местными властями.

Предварительные заявления и решения

Предварительные заявления - это письменное заявление, в котором излагаются предпочтения, желания, убеждения и ценности человека в отношении его будущего ухода. Это не имеет юридической силы.

Цель состоит в том, чтобы предоставить руководство для всех, кому, возможно, придется принимать решения в лучших интересах человека, если этот человек потерял способность принимать решения или сообщать о своем решении.

Предварительное заявление может охватывать любой аспект будущего здоровья человека или социальной помощи.

Это может включать:

  • , как они хотят, чтобы любые религиозные или духовные убеждения, которых они придерживаются, отражались в их уходе
  • там, где они хотели бы получать уход - например, дома или в больнице, доме престарелых или хосписе
  • как им нравится делать что-либо - например, предпочитают ли они душ вместо ванны или любят ли они спать с включенным светом
  • Беспокойство о практических вопросах - например, кто будет присматривать за их домашним животным, если они заболеют

Узнайте больше о предварительных заявлениях

Заблаговременное решение (иногда известное как заблаговременное решение об отказе от лечения, ADRT или завещание при жизни) - это юридически обязательное решение, которое позволяет лицу в возрасте 18 лет и старше, оставаясь дееспособным. отказаться от указанного лечения на какое-то время в будущем, когда у них может не быть возможности дать согласие на такое лечение или отказаться от него.

Предварительное решение должно быть действительным и применимым к текущим обстоятельствам. Если да, то это имеет тот же эффект, что и решение, принятое дееспособным человеком - медицинские работники должны следовать этому решению.

Если предварительное решение об отказе от жизнеобеспечивающего лечения, оно должно: подумать о том, чтобы сообщить об этом своей семье, друзьям и опекунам.

Узнайте больше о предварительных решениях

Постоянные доверенности

Вы можете предоставить постоянную доверенность (LPA) другому лицу (или людям), чтобы они могли принимать решения, касающиеся вашего здоровья и благополучия, или решения, касающиеся вашего имущественные и финансовые дела.

Для каждого из этих решений составляются отдельные юридические документы, для каждого из которых назначается один или несколько поверенных.

Постоянная доверенность (EPA) в соответствии с предыдущим законом была ограничена принятием решений в отношении собственности и дел, включая финансовые дела и доступ к информации о человеке.

EPA, выданное до вступления в силу Закона об умственной дееспособности 1 октября 2007 года, остается в силе.

Доверенность может быть оформлена в любое время, если лицо, оформляющее ее, обладает для этого умственными способностями, при условии, что ему исполнилось 18 лет.

Необходимо зарегистрировать как EPA, так и LPA. LPA может быть зарегистрировано в любое время, но LPA для личного благополучия будет действовать только после того, как человек потеряет способность принимать собственные решения.

Действуя в соответствии с LPA, поверенный (назначенное лицо) должен:

  • убедиться, что соблюдаются уставные принципы MCA
  • проверить, имеет ли лицо возможность принять это конкретное решение для себя - если да, то LPA для личного благосостояния не может использоваться, и лицо должно принять решение

Кроме того, Защитный суд сможет назначать заместителей, которые также могут принимать решения по вопросам здравоохранения и социального обеспечения, а также по финансовым вопросам, если заинтересованное лицо не имеет возможности принимать решения. решение.

Они вступят в силу, когда суду потребуется передать ряд текущих решений, а не одно решение.

Если заинтересованное лицо уже назначило МПУ, ему, как правило, также не нужен заместитель.

Офис государственного опекуна регистрирует LPAs и EPA, а также контролирует назначенных судом депутатов.

Он предоставляет доказательства для Защитного суда, а также информацию и рекомендации для общественности.

Public Guardian работает с рядом агентств, таких как финансовый сектор, полиция и социальные службы, для расследования проблем.

Суд защиты

Суд защиты наблюдает за действием Закона о психической дееспособности и рассматривает все вопросы, включая финансовые и серьезные вопросы здравоохранения, касающиеся людей, которые не обладают умственными способностями принимать собственные решения.

Суд также пытается разрешить все споры, когда лицо, осуществляющее уход, медицинский работник или социальный работник расходятся во мнениях относительно того, что отвечает его интересам, или когда взгляды адвокатов противоречат друг другу в отношении собственности и благосостояния.

Суд рассматривает важные дела, такие как вопрос о том, следует ли NHS прекратить лечение, отвечает ли серьезное решение о лечении наилучшим интересам человека или лишение свободы в интересах человека.

Дела могут быть переданы в суд членами семьи, а также адвокатами и специалистами, участвующими в принятии решений.

Обязанности специалистов в соответствии с Законом о психической дееспособности

Закон о психической дееспособности применяется ко всем профессиям - врачам, медсестрам, социальным работникам, эрготерапевтам, медицинским работникам и вспомогательному персоналу.

Эти сотрудники и их работодатели обязаны убедиться, что они знают, как им пользоваться.

В большинстве трастов и местных органов власти есть руководитель по Закону о психической дееспособности, который дает специализированные консультации о том, как работает Закон.

часто задаваемых вопросов по Закону об умственной дееспособности | Департамент здравоохранения

В этом разделе представлен ряд часто задаваемых вопросов (FAQ) относительно реализации Фазы 1 Закона о психической дееспособности.

Общие вопросы

Q.Что такое лишение свободы?

Европейская конвенция о правах человека (ЕКПЧ) Статья 5 предусматривает право на свободу. Это право может быть нарушено только при наличии законных причин, как это предусмотрено в статье 5 (1). В сфере здравоохранения и социальной защиты полагаются на статью 5 (1) (e) «душевнобольные». Это включает в себя психические заболевания, отсутствие умственных способностей и тому подобное.

Статья 5 ЕКПЧ также требует, чтобы DoL был авторизован «в соответствии с процедурой, установленной законом».Закон о психической дееспособности предусматривает такую ​​процедуру.

В деле Верховного суда Великобритании по делу Чешир-Уэст дается определение DoL, применимое ко всей Великобритании:

а. находится ли человек под постоянным наблюдением и контролем?

г. Человек не может уйти?

В. А как насчет лишения свободы в других юрисдикциях?

В Англии и Уэльсе Закон 2005 года о психической дееспособности обеспечивает правовую основу для лишения свободы за пределами психического здоровья.В Шотландии Закон 2000 года о нетрудоспособных взрослых (Шотландия) защищает людей с ограниченными умственными способностями.

В Ирландии правовые вопросы другие, поэтому системы несопоставимы.

В. Сколько людей лишаются свободы каждый год?

По оценкам, около 17 500 человек в Северной Ирландии ежегодно остаются без средств к существованию. Сюда входят 7 500 человек в общине и 10 000 в больнице.

В число 17 500 не включены люди, которые могут быть лишены свободы в собственном доме.

В. А как насчет больниц?

Лишение свободы применяется как в больницах, так и по месту жительства; это нейтральные настройки.

Если человек страдает психическим заболеванием, Постановление 1986 года о психическом здоровье (NI) разрешает содержание под стражей в больнице и должно использоваться.

В. А как насчет интенсивной терапии?

Исключением из требования является отделение интенсивной терапии, и лишение свободы является прямым результатом физической причины (например, травмы или физического заболевания), и лечение является спасительным / поддерживающим.

В. Что делать, если у человека психическое расстройство?

Закон о психической дееспособности не влияет на болезнь. Если человек старше 16 лет и недееспособен, применяется Закон.

Единственное исключение - это первая фаза внедрения, когда все еще применяется «Психическое здоровье (Северная Ирландия)» 1986 года. Приказ может разрешить содержание в больнице в связи с психическим расстройством. Если Орден может быть использован, он должен быть использован, и Закон об умственных способностях не может быть использован.

Q.Что, если у человека есть дееспособность?

Если человек дееспособен, он не может быть лишен свободы.

Настройки для лишения свободы

В. Где может быть проведено лишение свободы?

Лишение свободы, санкционированное на основании разрешения на краткосрочное задержание, должно происходить в указанной больнице.

Лишение свободы, санкционированное с помощью авторизации трастовой комиссии, должно происходить в названном месте, где доступны уход и лечение.

В. Может ли разрешение санкционировать лишение свободы более чем в одном месте?

Да. Панель доверия может санкционировать лишение свободы более чем в одном месте, если эти места указаны в заявке.

Разрешение на краткосрочное задержание может быть выдано только в одной конкретной больнице.

В. Является ли закрытие кухонной двери лишением свободы?

Нет. Препятствие доступу в комнату не является лишением свободы.Только в том случае, если человек не имеет права покинуть страну и находится под постоянным контролем и наблюдением, лицо лишается свободы.

В. Запирается ли дверь, чтобы не допустить попадания человека, лишенного свободы?

Нет. Лицо лишается свободы только в том случае, если ему не позволяют выехать.

В. Всегда ли запертая дверь является лишением свободы?

Нет. Лицо лишается свободы только в том случае, если ему не позволяют выехать. Если запертая дверь открывается по запросу, человеку не запрещается выйти.

В. Если человеку разрешено уйти, но только когда с ним идет кто-то другой, лишается ли это свободы?

Если человек может свободно уезжать и может идти куда угодно и когда угодно, он не лишается свободы, даже если кто-то идет с ним. Это связано с тем, что одно из двух условий (запрет на свободный выезд), определяющее лишение свободы, не выполняется.

Если человеку разрешено выезжать только тогда, когда это подходит лицу, которое сопровождает недееспособное лицо, это лицо не имеет права выезжать (когда пожелает) и, следовательно, подлежит лишению свободы.

В. Что делать, если нет постоянного наблюдения и контроля, где находится человек?

Если нет постоянного наблюдения и контроля, нельзя запретить человеку уйти.

Защита от ответственности

В. Что такое защита от ответственности?

Закон о психической дееспособности обеспечивает защиту от ответственности, которая обычно возникает в связи с лишением свободы, когда лицо старше 16 лет недееспособно, если соблюдаются критерии лишения свободы и приняты меры предосторожности и дополнительные гарантии.

В. Кому нужна защита от ответственности?

Любой, кто мешает этому человеку уехать, должен либо иметь законные полномочия действовать (например, разрешение в соответствии с Постановлением о психическом здоровье), либо быть защищенным от ответственности.

В. Что насчет человека, составляющего отчеты, заявления, заявки и авторизацию?

Поскольку Закон об умственной дееспособности не предоставляет полномочий действовать, а скорее защищает от ответственности, лица, делающие отчеты, заявления, заявления и разрешения, не несут каких-либо конкретных обязательств.

Как всегда, ожидается, что специалисты в области здравоохранения и социальной защиты будут действовать с полной профессиональной честностью, и к любому принятому решению применяется обычная обязанность проявлять осторожность.

Оценка мощности

В. Кто может проводить оценку потенциала?

Формальных требований для проведения оценки потенциала нет.

Чтобы сделать заявление о нетрудоспособности (формальная оценка дееспособности), человек должен иметь соответствующую квалификацию.

Для получения соответствующей квалификации лицо должно быть врачом, медсестрой, акушеркой, социальным работником, эрготерапевтом, логопедом, стоматологом или практикующим психологом с опытом работы не менее 2 лет и пройти обучение, одобренное Министерством здравоохранения.

В. Кто может провести оценку финансового потенциала, необходимую для денег и ценностей в интернатах и ​​домах престарелых?

Нет требований о том, кто может проводить оценку финансовых возможностей.

Ожидается, что это будет обычным делом для специалистов, работающих с жильцами в интернатах и ​​домах престарелых. Поэтому ожидается, что это будут делать врачи, медсестры, социальные работники и другие.

Q.Требуется ли формальная оценка вместимости денег и ценностей в интернатах и ​​домах престарелых?

Нет. Формальная оценка дееспособности не требуется, и Форма 1 не требуется.

Однако форма 1 предоставляет все шаги, необходимые для рассмотрения дееспособности, и может быть полезным инструментом для обеспечения того, чтобы были учтены все аспекты Закона о дееспособности.

Наилучшие интересы

В. Кто может делать оценки наилучших интересов / заявления о наилучших интересах?

Нет официальных требований о том, кто может проводить оценку наилучших интересов или делать заявление о наилучших интересах в Форме 2.

В. Что означает особое внимание?

При рассмотрении наилучших интересов необходимо учитывать ряд факторов. Раздел 7 Закона об умственной дееспособности также требует особого внимания к прошлым и настоящим желаниям, чувствам, убеждениям и ценностям, а также ко всему, что человек мог бы учесть.

Медицинское заключение

В. Обязательно ли врачу осматривать человека перед составлением медицинского заключения?

Да. Врач должен осмотреть человека лично не более чем за 2 дня до составления медицинского заключения.

В. Кто может составлять медицинское заключение?

Любой врач, имеющий двухлетний опыт работы (до или после квалификации) и прошедший обучение, утвержденное Министерством здравоохранения, может составить медицинское заключение.

В. Должен ли быть задействован терапевт?

Нет. Любой врач, имеющий двухлетний опыт работы (до или после квалификации), который прошел обучение, утвержденное Министерством здравоохранения, может составить медицинское заключение.

Освобождение из-под стражи

Q.Кто может освободить человека от лишения свободы?

Разрешение на краткосрочное задержание может быть выписано ответственным практикующим врачом.

Авторизация доверенной панели может быть отозвана любым уполномоченным лицом.

В. Должен ли человек быть освобожден от полномочий, прежде чем он сможет свободно уехать?

Нет. Разрешение само по себе не является достаточным для лишения человека свободы. Если какой-либо из критериев содержания под стражей не соблюден, лицо должно иметь право покинуть страну.

В. Как человек отстраняется от авторизации?

Выписка должна быть произведена в письменной форме по форме 21.

Дети и молодежь

В. Распространяется ли Закон об умственной дееспособности на детей и молодых людей?

Закон об умственной дееспособности распространяется на всех, кому исполнилось 16 лет.

В. А как насчет родительской ответственности?

В соответствии с действующим законодательством, родитель, выполняющий законную родительскую ответственность, может дать согласие на лишение свободы ребенка или молодого человека в возрасте до 18 лет.Если имеется такое действительное согласие родителей, нет никаких требований о применении Закона о психической дееспособности в отношении лишения свободы.

Если родитель отказался от лишения свободы, Закон о психической дееспособности не может быть использован для лишения ребенка или молодого человека старше 16 лет.

Если родитель не предоставил или не отказал в согласии, Закон может применяться к молодому человеку старше 16 лет.

Обжалование разрешения на лишение свободы

Q.Можно ли обжаловать разрешение?

Да. Разрешение на краткосрочное задержание или разрешение на временное или полное доверительное управление может быть обжаловано в Апелляционном суде.

В. Можно ли обжаловать отказ в разрешении?

Нет. Обжалованию может быть только решение о задержании.

В. Существуют ли ограничения по времени для передачи дела и рассмотрения дела Трибуналом по пересмотру дела?

Заявление может быть подано в Трибунал в любое время во время авторизации.Затем Трибунал рассмотрит дело.

В. Если будет решено, что у P нет возможности подавать заявление в суд, и заполнена форма 7, означает ли это, что дело будет автоматически рассмотрено Трибуналом по надзору?

Нет. Если форма 7 заполнена, об этом должен быть уведомлен Генеральный прокурор. Затем поверенный рассмотрит, следует ли передать дело в Трибунал по надзору.

Дополнительную информацию и инструкции можно также найти в разделе «Свод правил» на веб-сайте MCA.

Если у вас есть другие вопросы, вы можете связаться с отделом психического здоровья и возможностей DoH (контактные данные см. В разделе «Предыстория»).

Вернуться на главную

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *