Детей бьют родители: «Мама била, а потом плакала сама и обнимала». «Воспитание» рукоприкладством и последствия

Содержание

«Мама била, а потом плакала сама и обнимала». «Воспитание» рукоприкладством и последствия

По данным ЮНИСЕФ, 75 процентов взрослого населения Казахстана поддерживают применение телесного наказания детей «для дисциплины в семье». Эксперты называют причинами распространенности рукоприкладства неумение взрослых справляться с эмоциями и психологическую безграмотность. Они отмечают, что рукоприкладство не проходит бесследно, последствия жестокого обращения проявляются во взрослой жизни.

«ХОТЬ БЫ КТО-НИБУДЬ ВОШЕЛ...»

22-летняя уроженка Шымкента Инкар (имя изменено по ее просьбе. — Ред.) — старшая из пяти детей в семье. Сейчас она завершает учебу в алматинском университете. Инкар говорит, что она и ее сестра росли, часто подвергаясь избиениям со стороны матери.

— Она хватала нас, швыряла изо всех сил к стене. Била нас не по голове, а по мягким местам, плечам. Она сильно злилась и была не в состоянии себя сдержать. Когда она меня избивала, я мысленно давала ей отпор. «Хоть бы кто-нибудь вошел или зазвенел телефон», — молила я в такие моменты, — вспоминает она.

В детстве Инкар не понимала, почему мать набрасывалась на них с кулаками. Когда подросла, рукоприкладства стало меньше. Троих младших детей мать не била вовсе.

— Повзрослев, я стала задумываться, почему мама нас била и ругала. Я нашла ответы на все свои вопросы. Я слышала, что моя покойная бабушка, свекровь матери, была очень строгой женщиной. Когда мы были маленькими, она не ко всем своим внукам относилась хорошо. Любила детей только старшего сына. Говорят, что она житья не давала снохам. К тому же мой отец в то время прикладывался к бутылке. Я думаю, мама в то время просто срывала на нас злость. Потому что, бывало, мама кричала, била, а потом плакала сама и обнимала нас, — говорит она.

Инкар никогда открыто не обсуждала это с матерью. Лишь однажды мать обмолвилась, что «сожалеет о рукоприкладстве».

— Как-то мы с сестренками и младшим братом вспоминали их шалости, и я сказала: «Вас сейчас вообще не бьют. А вы знаете, как нам в свое время доставалось?» Услышав это, мама сказала: «Думаешь, мне хотелось вас бить?», — рассказывает Инкар.

Она не держит обиды. Говорит, что и тогда чувствовала любовь матери, и сейчас чувствует это.

— Мы носили самую красивую одежду в детском саду, в школе, она баловала нас дома вкусными блюдами. Независимо от того, сколько бы раз она нас ни била, мы были не хуже других, — считает Инкар.

«ИМ КАЖЕТСЯ, ЧТО ПРОЩЕ ОТШЛЕПАТЬ РЕБЕНКА»

Родители бьют и наказывают детей, пытаясь выместить свой гнев, и это показатель их собственной беспомощности, говорит руководитель Центра семейного консультирования «Счастливая семья» автор книги «Воспитание детей без наказания» Елжас Ертайулы.

— Родители часто срывают злость на своих детях, когда не могут справиться с навалившимися на них проблемами, испытывают душевный дискомфорт. Потому что дети — самые беззащитные существа. Они не могут оказать сопротивления, ответить. Если в семье есть проблемы между мужем и женой, невесткой и свекровью, всё это накапливается. От этого страдают дети. Родители, которые накапливают негатив, готовы взорваться. Стоит ребенку что-то сделать, они срываются на нем, — говорит он.

Еще одной причиной Ертайулы называет безграмотность родителей.

— Я говорю не о безграмотности как таковой, а о недостаточных знаниях по воспитанию детей. Родители часто не понимают внутренний мир ребенка, недостаточно хорошо знают своего ребенка, не знают его особенностей и склонностей и не знают, чего ожидать от ребенка. И это зачастую приводит к наказанию. Они ожидают от ребенка невозможного. Когда ребенок не справляется, родители склонны злиться, — объясняет эксперт.

По его мнению, некоторые родители пытаются решить многие проблемы в воспитании своих детей быстро и тогда самым приемлемым им видится наказание ребенка.

— Им кажется, что гораздо проще накричать и отшлепать ребенка, чем тратить время на долгие разговоры с ним. Здесь родители совершают ошибку, думая, что им удалось решить проблему таким образом. Это, возможно, временное решение — до исчезновения эффекта от рукоприкладства или окрика. Ребенок может выполнить сказанное, но проблема этим не снимается, — говорит специалист.

Елжас Ертайулы, консультирующий родителей по вопросам воспитания детей, призывает их воздерживаться от рукоприкладства и «воспитания» наказанием.

— Можно утверждать, что все виды наказания являются негативным методом. Я считаю «наказанием» любые действия, которые ранят чувства ребенка. Это рукоприкладство, ругань, упреки и сравнение с другими детьми. Сейчас многие родители считают нормальным воспитание ребенка наказанием. Они даже рассматривают это как необходимость. Это показывает, насколько важен этот вопрос для нашего общества, — говорит он.

Согласно исследованию, проведенному в 2016 году ЮНИСЕФ и уполномоченным по правам человека в Казахстане, 75 процентов казахстанцев поддерживает применение телесного наказания для дисциплины и контроля детей в семье.

НЕТ КОНКРЕТНОГО ЗАКОНА, ЗАПРЕЩАЮЩЕГО БИТЬ ДЕТЕЙ

Согласно пункту 2 статьи 10 казахстанского закона «О правах ребенка», государство обеспечивает личную неприкосновенность ребенка, осуществляет его защиту от физического и психического насилия, жестокого, грубого или унижающего человеческое достоинство обращения, действий сексуального характера, вовлечения в преступную деятельность и совершения антиобщественных действий и иных видов деятельности, ущемляющих закрепленные Конституцией права и свободы человека и гражданина.

Представитель ЮНИСЕФ Айсулу Бекмуса говорит, что «в законодательстве Казахстана нет конкретной статьи, которая запрещает родителям применять рукоприкладство по отношению к детям».

В течение нескольких лет в стране выдвигают инициативы внести изменения в законодательство и прописать запрет на применение силы к детям. К примеру, в 2016 году тогдашний детский омбудсмен, сейчас депутат мажилиса Загипа Балиева предлагала ввести в законодательство понятие «насилие», включив в него виды насилия — от морального и вербального до физического, в которое включить также шлепки по «мягкому месту», и запретить любые формы насилия. С похожей инициативой Балиева выступала и в 2018 году. Но изменения в законе не приняли.

Бывший омбудсмен говорит Азаттыку, что «законопроект всё еще обсуждается в парламенте». «Нам необходимо изменить менталитет общества [в котором считается нормой избивать ребенка]», — полагает депутат.

ЮНИСЕФ считает, что казахстанское законодательство по защите детей всё еще не соответствует в полном объеме международным стандартам.

«Казахстанские законы не обеспечивают надлежащей защиты детей от рукоприкладства», — говорится в ответе международной организации Азаттыку.

Работа по изменению законодательства ведется, отмечают в ЮНИСЕФ. В соответствии с постановлением казахстанского правительства № 156 от 30 марта 2020 года, утверждена «Дорожная карта» по усилению защиты прав ребенка, противодействию бытовому насилию и решению вопросов суицидальности среди подростков на 2020 – 2023 годы. Одна из целей этого документа — изучение международного опыта по предотвращению физического наказания детей в семьях, патронатных семьях, организациях образования и организациях, занимающихся защитой прав детей.

«Ситуация в мире меняется. В 50 странах в настоящее время есть юридический запрет на жестокое обращение с детьми. 50 других стран обязались принять такой закон. Запрещая жестокое обращение с детьми на законодательном уровне, государство учит маленьких граждан тому, что насилие — это неправильно», — считают в организации.

«Ни в одном законе Казахстана не допускается насилие в отношении ребенка. Вопрос в том, как это исполняется», — говорит Азаттыку уполномоченный по правам ребенка в Казахстане Аружан Саин.

В ЮНИСЕФ отмечают, что жестокое обращение с детьми негативно отражается на них, даже во взрослой жизни. Последствия насилия над ребенком могут быть неочевидными, но они могут привести к нарушению сна, беспокойству и снижению социальной активности.

«Исследования показывают, что здоровье пострадавших детей ухудшается. Они могут страдать от рака, диабета, сердечно-сосудистых заболеваний, зависимости от запрещенных веществ и депрессии», — говорят в организации.

БОЛЬНО, ДАЖЕ ЕСЛИ ЭТО ДЕЛАЕТ МАТЬ

Елжас Ертайулы говорит, что родители стараются под разными предлогами оправдать свое рукоприкладство.

— Говорят, что «енесі тепкен құлынның еті ауырмайды» (казахская пословица, буквально значит «жеребенку не больно от ударов материнских копыт»), «била не по больному месту». Это смешное оправдание. К примеру, муж ударил жену и затем говорит: «К чему плакать, я же бил не по больному месту». Разве это успокоит женщину? Дело не в физической боли ребенка, а психологической травме, — комментирует он.

Психолог Сая Бакимова осуждает телесное наказание маленьких детей, считает это в корне неправильным.

— С физиологической точки зрения ребенок до семи лет не планирует часть своих действий. Это мой ответ некоторым родителям, которые говорят, что ребенок «делает это нарочно», «совершает шалости назло». У ребенка должен быть определенный уровень развития мышления, чтобы преднамеренно плохо себя вести: ребенок должен знать, что ему действительно нужно сделать, затем целенаправленно выбрать прямо противоположное, уметь предугадать вашу реакцию. Сколько операций! Мозг ребенка на такое еще не способен. Теперь попробуем ответить, правильно ли наказывать ребенка за то, что он еще не в состоянии контролировать свои действия? Если бить за ошибки, то давайте бить за ошибки и взрослых. Разве последствия ошибок взрослых не масштабнее ошибок детей? — вопрошает она.

Бакимова говорит, что пережитые в детстве страдания приводят к сложным последствиям. В голове формируется установка «Они любят меня, но бьют, и я люблю их, но боюсь», которая впоследствии может негативно сказываться на выстраивании личных отношений или отношений в коллективе.

— Такие люди не умеют открыто выражать чувство любви. Если в отношениях всё спокойно и ровно, им кажется, что чего-то не хватает. Вполне вероятно, что бессознательно он или она выберет не спокойного и доброго человека, а человека нетерпеливого, вспыльчивого и агрессивного. Потому что ему или ей будет казаться, что подходит именно такой человек, — говорит Сая Бакимова.

Многие подростки и молодые люди, которых избивали отцы, впервые попав в кабинет психолога, не в силах сдержать слез, рассказывает Бакимова. «Они не могут говорить, только плачут», вспоминая, как издевались над ними.

— Прежде чем нейтрализовывать «избалованность» четырехлетнего ребенка, представьте себе, что в этот момент вы закладываете фундамент его будущего.

«Меня избивают родители, что мне делать?» – Яндекс.Кью

Тема очень неоднозначная и сложная. Тут нужно разбираться во всех нюансах ситуации. Часто этот вопрос трудно решаем. В этой теме множество моральных тупиков. Я попробую ответить, но при этом отмечу ещё раз, что отвечаю на тему в целом, но важны нюансы и каждый подобный случай индивидуальный.

В первую очередь предлагаю собирать информацию о своих правах и обязанностях, которые у Вас есть сейчас, которые наступают по достижению 16-ти лет, по окончании 9-го класса школы. Собрать также информацию соответственно и правах и обязанностях родителей в нынешнем возрасте, в ближайшие годы.

Если избивают родители, то вы конечно можете пожаловаться в соответствующие органы. Вы, наверное, знаете об этом. Но вообще это стоит делать в том случае, когда есть уверенность, что договорится с родителем никак не получается.

Как договориться? Если родители в принципе контактны и в состоянии вести диалог с вами, есть смысл прямо обратиться, к родителю, рассказать, что вам не нравится, что происходит между вами. Что вы бы не хотели, чтобы вопрос родители решали силой, вы находитесь сейчас в том возрасте, в котором уже имеете право принимать решения, которые не в полной мере соответствуют тому, что хотели бы родители. Опять же, это только при условии, что родители в принципе, договороспособны.

Если же родители никак не способны на диалог, то тут два основных варианта.

Первый вариант, как я писал уже, обращение в правоохранительные органы, органы опеки и попечительства. В этом случае могут окончательно расстроится отношения с родителями. Более того, компетентные органы могут принять решение об изъятии ребёнка, то есть вас, из семьи. Тут возникает вопрос, куда вы будете изъяты и как? К сожалению, совсем не факт, что для вас нахождение без родителей, там, куда вас поместят, будет лучше. Совсем никаких гарантий!

Второй вариант, до окончания школы 9 класса школы стараться соответствовать ожиданиям родителей, а после, выбрать или учебное заведение, которое будет далеко от родителей, в другом городе и регионе, в котором будет общежитие и уехать от родителей, что исключит подобные случаи.

Ну или уже искать работу где-то далеко-далеко от родителей. В таком случае нужно заранее собирать информацию о своих правах и обязанностях, которые наступают по достижению 16-ти лет, по окончании 9-го класса школы что я писал раньше, об учебных заведениях, способах, возможностях заработка в каждом возрасте, начиная с нынешнего, о способах обустройства без родителя в возрасте, когда это становится возможно. Лучше даже искать способ заработка прям сейчас, чтобы к 16-17 годам уже был опыт работы и были хоть какие-то финансовые накопления.

Тема сложная, извините, что повторяю это. Наверняка найдётся тот, кто скажет, что я совсем не прав, что если бьют родители, сразу нужно бежать в милицию, найдутся те, кто скажет, что родитель всегда прав, если бьёт, значит так и надо… Я ответил так, решать уже вам.

Найдётся те, кто скажет, что и в 16-ть лет, вы будете завесить от родителя и не сможете без них жить. Тут я не совсем согласен буду. В частности, обязательно вы обязаны получить образование до 9 класса. Обязанности учится дальше в особенности по выбору родителя нет. Кроме того, в возрасте 16-ти лет не только можно работать, но и можно оформлять трудовую книжку. Я сам работал с 15-ти лет, трудовая книжка у меня с 16 или 17-ти лет. В этом же возрасте я уже в значительной мере сам не зависел от родителей материально.

Выходы из этой ситуации есть, есть варианты поведения в этом случае, но все варианты непростые со многих точек зрения. Выбирать Вам.

«Что делать, если бьют родители?» – Яндекс.Кью

Привет. Ты в опасности, и поэтому первым делом постарайся найти безопасное место, где ты сможешь прийти в себя. Для этого позвони по одному из этих телефонов и тебе помогут:

ТЕЛЕФОНЫ, КУДА МОЖЕТ ОБРАТИТЬСЯ РЕБЕНОК:

Федеральный детский телефон доверия 8-800-2000-122

Центр «Насилию.нет» 8-495-916-30-00

Кризисный центр помощи женщинам и детям 8-499-977-17-05

Фонд «Волонтеры в помощь детям-сиротам» 8-495-789-15-78

Горячая линия «Ребенок в опасности» Следственного комитета РФ 8-800-707-79-78

Единый социальный телефон 8-800-300-81-00

Московский единый номер «051» — телефон горячей линии, с которой обращения также переадресовываются в органы опеки.

НКО «Домик детства» в Самарской области — 8-846-2444-100

Приведу цитаты из материала "Таких дел":

Что делать ребенку?

  1. Не обвинять себя. Просить помощи

«Нет ни одного верного способа избежать насилия. Нельзя посоветовать: “Говорите такие слова, ведите себя с пьяным и агрессивным отцом вот так”, — объясняет психолог Александра Саницкая. — Так вы будто передаете ребенку часть ответственности. Вроде ребенок что-то может сделать, чтобы его не били. Дети в таких семьях и так умеют подстраиваться под существующую систему. У меня в работе была девочка, которая перечила отцу, и его это бесило еще больше — он тогда ее бил. Получается, ей надо было молчать? Но был мальчик, который молчал, а его отца бесило то, что он не отвечает. Нет, ребенок не может повлиять каким-то “правильным поведением”.

Придумывать, как себя вести, — не выход из ситуации. Выход — обращение к классному руководителю, на телефон доверия, в социальные службы, к родственникам. Я считаю, что телефон доверия и социальные службы — лучше. Ребенку трудно решиться рассказать о проблеме. И дети так устроены, что их подкашивает первая неудача. Если он скажет классному руководителю, а тот отмахнется: “Не придумывай”, он может сделать вывод, что ему никто не поможет, и не обратиться больше никуда».

  1. Не надеяться на соседей

«В Семейном кодексе РФ есть статься 56 —“Право ребенка на защиту”. Там говорится, что “должностные лица организаций и иные граждане, которым станет известно об угрозе жизни или здоровью ребенка, о нарушении его прав и законных интересов, обязаны сообщить об этом в орган опеки и попечительства…” Соседи, которые знают о том, что ребенка бьют, должны вмешаться. Но ответственности для тех, кто знает, но не сообщает, нет. На практике с защитой детей все плохо — органы опеки могут забрать детей, если найдут бедную обстановку и прокисшее молоко дома, а могут проигнорировать, если ребенка бьют и унижают. Часто их нужно заставлять работать. Понятно, что ребенок не будет бегать за ними и пытаться отстаивать свои права. Поэтому лучше всего звонить в центры, которые помогают жертвам домашнего насилия», — советует Анна Ривина, директор центра «Насилию.нет».

  1. Отбиться и бежать

Существуют школы по самообороне для детей. В том числе они учат, как отразить нападение взрослого человека. «Но у нас нет цели научить тому, как обороняться в ситуации домашнего насилия. Этого делать не надо. Максимум, что должен сделать ребенок, на которого напал взрослый дома, — отбиться и убежать», — говорит Алексей Каменев, тренер московского центра «Крав Мага».

«Во всех возрастных категориях — от пяти до 16 лет — мы разбираем ситуации, которые могут возникнуть между взрослым и ребенком/подростком. Прежде всего мы говорим о незнакомом человеке. Например, он пытается забрать ребенка с детской площадки. Мы разбираем различные способы решения конфликта — от вербального (жестов, криков, привлечения внимания) до физического противостояния. В ситуации с домашним насилием, конечно, можно дать физический отпор, но что будет потом? Можно посоветовать: если условный отчим нападает с ножом, обеспечьте между вами максимальную дистанцию. Постарайтесь, чтобы между вами было препятствие — дверь, скамейка, стол и так далее. Используйте подручные средства — сумку, рюкзак. Если ничего нет — старайтесь отбить рукой и бежать», — объясняет Егор Чудиновский, тренер того же центра в Санкт-Петербурге.

Пожалуйста, прочитай всю статью целиком:

https://takiedela.ru/2020/06/pravilnogo-povedeniya-ne-byvaet/

Что делать, если бьют родители?

Возраст ребёнка: 13

Что делать, если бьют родители?

На меня родители орут , бьют , из за того что я не убираюсь иногда когда , не успеваю , когда я не выдерживаю этого то я убегаю к тете , и тётя меня понимает и всегда меня поддерживает и даёт совет, но вчера у меня тоже был срыв и я убежала к тете , и забрала свой телефон из маминой сумки ( они у меня все время его забирают) и позвонила ей . Когда я пришла домой то дома никого не было кроме братишек , я убралась и легла спать , на следующее утро я проснулась и мама у меня забрала снова телефон , взяла меня за волосы и сказала что после работы мне влетит , щас они меня закрыли в квартире , и я закрылась в комнате . Помогите что мне делать. Мне 13 лет. .

Аделина

Здравствуй, Аделина.

Ситуация не простая, но выход есть. Из письма я вижу, что у тебя есть поддержка – твоя тетя. Есть ли у вас возможность, чтоб ты пожила у нее какое-то время, погостила? В твоей комнате есть замок, это хорошо, потому что безопаснее с щеколдой, чем без нее. Такие ситуации решаются уже юридически: ты можешь вызвать полицию, можешь позвонить на телефон доверия по психологической помощи потерпевшим насилие. По такому телефону тебе ответят более полно.

Пойди к психологу на очную консультацию, чтоб больше разобраться в твоей ситуации, твоем месте и роли в конфликте, и твоем отношении ко всему этому. Сходи к врачу – провериться, все ли в порядке и зафиксировать побои. Поговори с тетей, посоветуйся с ней, вместе вам будет проще определиться с планом действий.

Но, если ты решишь обрщаться в полицию, то тебе нужно хорошо усвоить, что в таком случае родителей могут лишить родительских прав, а тогда тебе придется жить в интернате. Обратный процесс почти невозможен. Хорошенько обдумай всё, прежде чем связываться с полицией или органами опеки.

Я желаю тебе жизненных сил и счастья.

Анна Зубкова, специалист

Что делать, если бьют и унижают родители: куда обратиться за помощью

Любой физический контакт без согласия и разрешения можно назвать физическим насилием. Для некоторых людей даже простое дружеское прикосновение будет нарушением личностных границ и вызовет негативную реакцию.

Избиение — это еще более агрессивное и жестокое нарушение границ, нанесение телесных повреждений, травм, ушибов.

Сексуальное насилие, физическое насилие, психологическое насилие не только наносят непоправимый ущерб человеку, но имеют и отдаленные последствия: депрессивные расстройства, психологические травмы, коммуникативные сложности, нарушения адаптации, страхи.

  • Исследования в разных странах показывают, что процент женщин в возрасте 15-49 лет, подвергшихся физическому и/или сексуальному насилию со стороны интимного партнера колеблется от 15 до 71 процента по данным ВОЗ.

Для девочек-подростков не всегда очевидно, когда происходит акт насилия. В подростковом возрасте человек все еще в поисках себя, его личность не сформирована, в попытках «нащупать» свое «Я» человек открыт ко всему. И в случае неудаче ему свойственно винить самого себя, справляться с последствиями поведения самостоятельно.

Как поступить, если родитель поднял руку

Один раз. Если такое поведение для родителя скорее необычно, родитель не злоупотребляет алкоголем и в целом способен разговаривать как взрослый со взрослым, то стоит поговорить о произошедшем на следующий день, прояснить, что заставило родителя совершить такой поступок. Важно не бояться обратиться за помощью, рассказать о случившемся, чтобы пережить случившееся.

Много раз. Если родитель нанес тебе травму, отправляйся в травмпункт. Перед этим сделай и сохрани фотографию травмы. Прими тот факт, что родитель — обычный человек, который не всегда может сдержать свои эмоции и контролировать свое поведение, который тоже совершает ошибки, но это не оправдывает насилие. Не бойся отнести заявление в полицию — важно суметь постоять за себя.

  • При возможности стоит позвонить в службу психологической поддержки, например в Центр психологической помощи населению.

  • Если в городе нет центров психологической помощи, действуй онлайн. Например можно написать или позвонить в Центр психологической помощи для подростков — Твоя территория онлайн.

  • Можно обратиться через интернет к психологу напрямую, написав анонимно в чат или на форум, например на b17.

Каждый в своей жизни может столкнуться с насилием, психологическим, физическим или сексуальным. Это не повод тяготиться одиночеством и мучить себя чувством вины. Мы можем найти в себе силы изменить свою жизнь. Покинуть место, где плохо, где есть место насилию, найти в себе силы изучить и применять приемы самообороны, найти ресурсы и специалиста, чтобы пережить воспоминания, научиться говорить «нет», чтобы избежать сексуального насилия.

«Главное — признать, что ты сволочь»

В России почти две трети жителей считают допустимым бить детей — об этом говорится в аналитическом отчете Национального института защиты детства за 2019 год, и более 25% родителей применяют к своим детям меры физического воздействия. Но есть и те, кто раскаивается в таких методах воспитания. Они рассказали «Холоду», как смогли измениться и как пытаются спасти отношения со своими детьми.

«Это как алкоголизм — понимаешь, что если хоть одну рюмку выпьешь, то все»

«У нас бабушка была главой семьи, — рассказывает 39-летний Константин Казначеев. — Она легко могла взять клюшку и сломать своему 10-летнему ребенку руку — например, за то, что долго гулял и поздно вернулся. Если дети что-то делали не так, случался скандал. Все вопросы решались побоями».

Бабушка Константина родилась в 1939 году и с пяти лет оставалась одна с маленьким братом, пока мать была на работе. «Она рассказывала, как ходила по “Сортировке” (железнодорожная станция Свердловск-Сортировочный, ныне Екатеринбург-Сортировочный. — Прим. «Холода».) и собирала за товарными поездами упавшие на пути зернышки. Понятно, что такие люди не знают и не могут проявлять нежность и эмпатию. Она очень жестко воспитывала своих детей — мою маму и еще четверых, двоих из которых она приютила, несмотря на голодное время».

Константин описывает методы воспитания бабушки как тотальный авторитаризм и неприятие другого мнения. «Мама говорила: «Не дай бог, я стану такой же, как бабушка», — а в итоге она такой же и стала. Обидчивость, манипуляции, воспитание физическими методами — могла тряпкой по лицу съездить».

В то же время Константин говорит, что, воспитывая его и брата, родители делали все возможное в тех условиях. «Мы с братом росли в 1990-е годы: крушение Советского Союза, бандитские разборки. Я помню, как на крыльце нашей школы цыгане торговали наркотой, а директор ходила по улице с шокером, потому что ее избивали. Семь моих одноклассников из десяти скололись, кто-то вышел в окно, кто-то закончил в тюрьме. Мама отдала нас на карате, просто чтобы мы были заняты спортом и не скололись на улице. Этим она выражала свою заботу о нас — чтобы мы физически выжили, а все, что выше, — было не до этого».

Константин говорит, что сейчас его удивляет, что в детстве он не воспринимал мамины и бабушкины методы воспитания как насилие — рядом не было взрослых, которые сказали бы, что это ненормально. «Дети оправдывают любую жестокость родителей. Как история со сломанной рукой — об этом в семье говорили: «Бабушка у нас боевая». Вместо того, чтобы ужаснуться, мы воспринимали это как норму — «учить» ремнем, унижать. Я сейчас оглядываюсь назад и понимаю, что это была жесть. Некоторые моменты воспитания были просто ломкой и унижением, чтобы мы с братом подчинились — просто так родителям было легче. Но это не вызывало у нас обиду и злость — вызывало чувство одиночества, страха, например, когда мама говорила: «Я вас выгоню на улицу, нафиг вы мне нужны». Я сам себе сказал, что, если у меня будут дети, я никогда, никогда руки не подниму и не буду их так воспитывать».

«Взрослый дядька начинает кидаться на восьмилетнего»

Когда у Константина родился сын, поначалу он был ему идеальным отцом. «Его зовут Ярик — «Яркий». Супруга даже ревновала меня к нему, потому что я с ним больше возился. А с его лет шести мне почему-то втемяшилось в голову, что он должен быть настоящим мужиком. Я хотел, чтобы он умел драться, чтобы делал уроки вовремя, любил страну. У меня была картинка, что он должен быть суперсолдатом — соответствовать каким-то моим идеалам. Я думал: «Он же живет в моем доме, ест с моих рук — а значит, пусть делает то, что я хочу». Такой формат рабства, что ли. Я не говорил об этом вслух, но мысли были такие».

Константин вспоминает, как заставлял сына заниматься спортом, несмотря на то, что тот не хотел — Ярослав со слезами бегал 10 кругов по стадиону или приседал 100 раз. Сейчас, говорит Константин, из-за этого его сын не любит спорт.

«Это просочилось, как радиация. Незаметно для себя я стал использовать те же методы воспитания, что моя мать. Я наказывал его за провинности, причем это было несоразмерное наказание. Я мог довести его до слез, если он потерял перчатки или не прибрался в комнате. Я морально уничтожал ребенка теми же самыми фразами, что мне говорила мать: «Да как ты смеешь, мы жизнь на тебя положили, выгоню тебя из дома». Было и рукоприкладство — шлепки и подзатыльники».

По словам Константина, его жена, видя его методы воспитания, иногда говорила ему: «Костя, тебе не кажется, что это слишком?» — но активно недовольство не проявляла. «У нее такой же батя был, такая же система воспитания», — говорит Константин.

Однажды, когда сыну было 8 лет, Константин шел с ним по улице. Ярослав потерял в школе шапку, и Константин, как обычно, начал кричать на него. «И вдруг меня переключило, — рассказывает он. — Я же стал полностью похож на свою мать! Я помню ярость от этой мысли и одновременно чувство бессилия — взрослый дядька начинает кидаться на восьмилетнего. Помню его глаза, слезы — это просто ужас. Я сейчас вспоминаю это, и у меня выступает холодный пот. Я сказал: «Ладно, пошли домой, пофиг на эту шапку, другую купим». Но я видел, что он тотально закрыт от меня, и понял, что, если я так дальше буду делать, он когда-нибудь вообще перестанет со мной общаться. Наверное, я сам себя никогда не прощу за то, что делал с ребенком, но тогда я дал себе слово, что больше пальцем его не трону и не буду морально унижать».

«Хотелось дать привычный подзатыльник»

Если ребенка бьют дома, чаще всего он не может самостоятельно обратиться за помощью и даже описать это кому-то как проблему. Поэтому, как считает председатель правления Национального фонда защиты детей от жестокого обращения, член правительственной комиссии по делам несовершеннолетних и защите их прав Александр Спивак, система помощи детям должна строиться на профилактике и выявлении семей, в которых возникает насилие или пренебрежение жизненно важными нуждами ребенка. Однако «сейчас профилактикой называют что угодно, начиная с лекций о правильном воспитании для всех желающих и заканчивая наказаниями родителя, который уже стоит на учете в органах защиты несовершеннолетних», — говорит он.

В последние годы в правительстве разрабатывают концепцию нового законодательства в этой сфере, где будут выделены разные уровни оценки риска жестокого обращения с детьми в семьях. Это, как планируется, позволит специалистам предотвращать насилие до наступления серьезных последствий. Такая система важна, потому что нет какого-то одного универсального признака, по которому семью можно включить в группу риска. «Есть семьи, в которых принято наказывать ребенка ремнем, но при этом извне кажется, что все хорошо, — говорит Александр Спивак. — Конечно, нельзя приходить в каждую семью с видеокамерой и смотреть, применяют ли там ремень. Но по состоянию ребенка и признакам, которые заметны учителям, воспитателям, медикам, соседям, можно сделать вывод, что семье требуется уделить внимание. Может оказаться, что собственных ресурсов родителей справиться с ситуацией недостаточно, и это рано или поздно приведет к причинению серьезного вреда».

В Национальном фонде защиты детей от жестокого обращения уверены, что ситуация изменится, если родителям помогать, консультировать и делать доступной психологическую помощь. «Не орган опеки придет в семью отбирать ребенка, а специалист по социальной работе придет и скажет, что есть причины для беспокойства, предложит совместно обсудить трудную ситуацию, организовать сопровождение семьи и поддержку, которая поможет семье справляться, не прибегая к насилию. Это может быть не только прямая материальная или социальная помощь, но и кризисное психологическое консультирование, обучение недостающим родительским навыкам, способам решения жизненных проблем. Люди готовы принять руку помощи — только ее сейчас не предлагают, ждут запроса».

Константин решил, что просто не будет поступать, как раньше: «Я не хочу жить в этой агрессии и злобе, я буду любить своего ребенка. В первое время я бил себя по рукам, потому что хотелось дать привычный подзатыльник, но во мне поселился запрет. Я до сих пор чувствую, что во мне есть этот яд, как кольцо всевластья, — все равно хочется решить спор или конфликт с Ярославом силой, но я каждый раз себя останавливаю. Это как алкоголизм — понимаешь, что если хоть одну рюмку выпьешь, то все».

Константин продолжает жалеть о насилии по отношению к своему сыну: «Это твой ребенок, ты что делаешь вообще? Это ненормально, когда родитель бьет и унижает своего ребенка, так не должно быть. Я понимал, что загнал себя обратно в то же болото с аллигаторами, в котором рос».

Ярослав помнит из детства отдельные эпизоды, когда отец кричал на него и бил ремнем, — в том числе и тот случай, когда он потерял шапку и впервые услышал от отца извинения за грубость. «В детстве я постоянно что-то терял, было страшно признаваться в этом родителям и нужно было всегда быть готовым к скандалу. Наверное, тот случай стал точкой отсчета, но прекратилось все позже. Четко помню вот какое изменение: как-то не хотел мыть посуду, а родители вдруг не стали меня ругать, как обычно, а сказали спокойно: “Помоешь посуду — пойдешь играть”. Я подумал, что это хорошая логика, и пошел мыть посуду».

«Наше образование поддерживает силовые методы воспитания»

Константин вспоминает, что сознательно «ломал себя», это заняло несколько лет: «Я ходил к психоаналитику разбирать свои завалы — это, наверное, самая лучшая моя инвестиция в жизни. В шестом классе Ярослав плохо учился, я рассказал психоаналитику о двойках, замечаниях учителя, конфликтах. Он сказал: «Отстань от сына. Тебе что нужно? Отличник или нормальный парень?» Мы поговорили с женой и решили, что отходим от авторитарного воспитания. Сказали сыну, что отныне школа — его прерогатива: «Хочешь — учись, не хочешь — не учись. До 18 лет буду кормить, поить, буду все твои начинания поддерживать. Через две четверти он скатился на двойки. Он ждал, что мы возьмем шашку, начнем махать, а мы: нет, это твоя ответственность, я тебя люблю с тройками и без».

Константина и его жену вызывали в школу, требовали «взяться за ребенка»: «Наша система образования поддерживает силовые методы воспитания. Нам говорят, что мы должны воздействовать на сына — а как воздействовать, не говорят. Понятно, как появляются истории вроде недавней, когда 15-летний мальчик совершил самоубийство после трояков».

Зара Арутюнян несколько лет работала психологом в школе и проводила семинары для учителей и родителей. Она заметила, что многие из них не готовы отказываться от стандартного набора «порка — домашний арест — лишение карманных денег». Она говорит, что предлагала родителям методы, которые позволили бы им понять, чего ребенок хочет на самом деле, чего ему не хватает и почему он ведет себя девиантно. Но такая работа требует времени, сил и фокуса. «А настучать по голове просто — это давно наработанная практика», — говорит Арутюнян.

Арутюнян рассказывает, что через двойки и тройки можно выявить семьи, где существует домашнее насилие: учителя жаловались ей на детей, которым они, по их мнению, справедливо поставили двойку (или даже четверку, если речь об отличнике) — а дети отреагировали на эту оценку рыданиями и истерикой. Арутюнян считает это очень плохим знаком, показывающим, что дома «ребенка за оценку жестко наказывают или унижают».

Ярослав закончил шестой класс с тройками — но потом стал учиться сам. Сейчас ему 17 лет, он решил, что будет поступать в медицинский и станет врачом. «Вечером приходит, играет в компьютер, но потом делает уроки. Это полностью его ответственность, он понимает, что это его жизнь, никто не будет на него давить», — говорит Константин.

Ярослав говорит, что тогда, в шестом классе, его отец почти «моментально» ослабил контроль за школой. «Он просто перестал следить за оценками. Я подумал: “Класс! можно не учиться!”. Мне тогда было ужасно лень, я почти не делал уроки. Но со временем я стал следить за оценками — по-прежнему не делал всю домашку, но старался, чтобы это не отражалось на оценках. В 10 классе все изменилось: я перешел в профильный класс и стал почти идеальным учеником. Хочу стать кардиохирургом или нейрохирургом — что будет лучше получаться».

«Он помнит, как я его бил»

В наше время меры физического воздействия становятся менее распространенными: согласно данным опроса «ВЦИОМ-Спутник», в детстве стояли в углу 49% опрошенных россиян, а сами наказывали подобным образом детей только 29%, шлепки и подзатыльники получали 37%, раздавали – 27%. Особенно заметно «смягчение нравов» на примере наиболее жестокой из представленных мер: порку практикуют или практиковали в недавнем прошлом лишь 12% родителей, тогда как среди наших взрослых современников ремень на себе испытали 33%.

«В последние годы все больше россиян считают применение форм насилия неприемлемым, — говорит Александр Спивак. — На практике количество насилия тоже уменьшается, но еще не так значительно». Согласно исследованию Национального института защиты детства 2019 года, почти каждый третий житель страны (30%) считает возможным использовать жесткие насильственные методы воспитания детей, например, порку ремнем, а 68% считают нормальным применять «мягкие» формы физических наказаний — шлепки и подзатыльники.

В опросе меньше половины респондентов признались в том, что применяли физические наказания к детям. 55% заявили, что никогда не давали детям подзатыльники, а 76% —что никогда не применяли ремень как средство воспитания.

Психолог Анна Савари и ее коллеги из Фонда «Дом под зонтом» ездят по регионам и проводят много тренингов с родителями и педагогами. «Мы видим, что очень многие родители и специалисты понимают, что им нужно найти альтернативу жестким методам — и наша программа помогает в этом. Родитель задумывается о том, что ему нужно меняться, когда уже столкнулся с последствиями неправильных воспитательных мер — например, испортились отношения с ребенком, нарушился контакт, ребенок обижается, злится или теряет доверие. У ребенка могут появиться агрессия, тревожность или виктимное поведение».

Сейчас Константин много общается с сыном. «Мне больше всего нравится, что при встрече он подбегает, обнимает меня, говорит: «Папа, я соскучился». Причем, парню 17 лет. Мы говорим на такие интимные темы, на которые он с мамой не разговаривает. Мы обсуждаем его жизнь, его отношения. Но я не даю ему советов, как надо делать, — это ведь тоже своего рода давление».

«Он помнит, как я его бил, — продолжает Константин. — Мы с ним пару раз говорили об этом. Я рассказывал историю своей семьи: «Сын, понимаешь, неоткуда было родиться хорошему воспитанию, мы не росли в райских кущах, все мы недолюблены”. Я постоянно извиняюсь перед ним».

«Я никогда не держал обиду на отца, — говорит Ярослав. — Максимум после скандала в детстве мог пообижаться и минут 30 подумать о том, как я со 100 рублями уйду из дома. Я понимал, откуда это взялось, видел, какой была моя бабушка. Я никогда не говорил ничего вроде “отец, ты мне всю жизнь испортил”».

Самому Константину во взрослом возрасте тяжело давалось общение с родителями — в разговоре он испытывал те же неприятные эмоции, что и в детстве. «Наши родители — это наглухо закрытые люди старой формации: «Есть две точки зрения: моя и неправильная. Вы мне обязаны, вы моя собственность». Даже под конец своей жизни мама могла вывести меня из себя, сказав несколько фраз по телефону. Я звонил раз в три месяца, через пять минут кидал трубку, потом два дня отходил от разговора. Я отомстил родителям самой изощренной, самой холодной и жестокой местью — я просто перестал с ними общаться. Мне звонили, когда матери было плохо, когда отцу было плохо — я не брал трубку. Мне кажется, самое страшное, что может сделать ребенок с родителем — оборвать связь. И это всегда работает как напоминание для меня: если я скачусь в насилие, это случится. Я не боюсь остаться один, но я боюсь, что сын прекратит со мной общаться. Потому что связь со своим ребенком — это очень круто».

«Жестоко наказывала ребенка за неповиновение»

«Однажды я, как обычно, прилетела вечером домой, — рассказывает Светлана Романова, — и мне показалось, что сын что-то не доучил, что-то не доделал — и, ну конечно же, опять захотелось взяться за ремень. Пару раз уже успела ударить, потом думаю: «Боже мой, что я делаю». И вот так сижу с этим ремнем и говорю ему: «Прости меня, сынок», а он садится рядом со мной, плачет и говорит: «Мама, да я знаю, из-за чего это все. Это потому что у нас денег все время нет, ты устаешь». Он заранее меня простил, а я у него еще прощения-то не успела попросить. И я поняла, что все-таки у меня растет хороший, правильно понимающий эту жизнь маленький человек. Ему 9 лет, а он уже умеет сострадать. Он не обиделся и не замкнулся».

Светлане Романовой 55 лет, и она называет себя отвратительным родителем. Она признается, что до подросткового возраста сына била и третировала его — и сразу начинает объяснять, почему так сложилось. Пережившая войну и тюрьму бабушка, мать, в которую отчим в пьяном угаре бросал чугунные сковородки, кастрюли, а порой и топор. Мать Светланы вышла замуж, как только ей исполнилось 18. В ранний брак, считает Романова, часто вступают нелюбимые дети, стремясь построить собственную семью, в которой отношения будут добрыми: «Но в большинстве случаев получается еще хуже».

Светлана и ее сестра с детства «знали, что такое ремень и хороший подзатыльник». Отец бил их ремнем, а мать могла бить и по голове. Светлана вспоминает, как отец ругал мать за это и говорил: «Есть ремень — есть задница, не смей трогать голову». 

«Опыт детско-родительских отношений, который получает ребенок, — это то, что он видел в своей семье, — говорит психолог, специалист по эмоциональному интеллекту Лидия Гунина. — Многие повторяют эту модель во взрослом возрасте и точно так же относятся к своим детям, как относились к ним. Причина этого в том, что в нашем обществе родительство считается природным даром, а не компетенцией, которую нужно в себе развивать».

Как и ее мать, Светлана тоже рано вышла замуж, но вскоре после рождения сына ее муж погиб. Она растила сына одна в 1990-е — и «этим все сказано»: «Это была борьба за добывание куска хлеба. Ты знаешь, что придешь вечером домой и тебе нужно чем-то кормить детей. Иногда случалось знаете как? Отводишь в школу ребенка и идешь сдавать кровь, потому что за это давали деньги. Я знаю, что мне нужно забрать сына в 12, а мне его кормить нечем, просто нечем».

Светлана говорит, что «чисто физиологически» не выдерживала этих трудностей. Приходя после тяжелой работы домой и делая с сыном уроки, она испытывала злость. «Я жестоко наказывала своего ребенка за неповиновение, к сожалению. Я не считаю, что отношусь к числу родителей, маниакально бьющих своих детей, но я применяла неадекватное наказание. Я была такой от несостоявшейся женской судьбы. Вот эту свою невостребованность, если у тебя есть дети, на ком вымещать, на кого выливать?».

Психологи, работающие с семьями, относят к жестокому обращению все формы воспитания, которые наносят объективный вред ребенку. Жестокостью считается унижение достоинства, неудовлетворение базовых потребностей (в еде, одежде или уходе), психологическое, эмоциональное и физическое насилие. «Шлепать и бить детей — это, конечно, насильственный метод «воспитания», — говорит Александр Спивак. — Но если в реальной ситуации в нашей культуре считать шлепок сам по себе фактом жестокого обращения с ребенком, нам придется признать, что у нас почти 100% родителей применяют такие методы. Честно говоря, найдется не так много людей, которые ни разу в своей практике к этому не прибегли».

«Часто насилие по отношению к ребенку начинается, когда в семье кризис — это могут быть финансовые трудности, развод, болезнь или утрата, — говорит Анна Савари. — Справиться с этим в одиночку может только родитель, не истощенный морально и физически, и часто необходима помощь извне — от друзей, близких, соседей. Без опоры, внутренней или внешней, в стрессе родитель не справляется со своей ролью и очень легко срывается на крик или шлепок — так называемое «стереотипное насильственное действие»».

«Я видел, что маме самой от этого плохо»

Сын Светланы Алексей говорит, что действительно очень рано понял, что маме тяжело. «Когда она позволяла себе физическое воздействие, я, конечно, обижался, но долго не держал обиды — просто понимал, говоря современным языком, что она не вывозит». Алексей вспоминает, как однажды, когда ему было лет 7, утром ему было скучно одному, он зашел в комнату к Светлане и разбудил ее. «Она мне просто сходу отвесила подзатыльник — причем достаточно сильно. Спустя минут пять, она подозвала меня к себе и дала то ли конфетку, то ли жвачку. Тогда я, наверное, в первый раз понял, что она чувствует себя виноватой и пытается дешевым подкупом это загладить, а это не срабатывает. Я помню не сам ее удар, а именно этот момент подкупа. После таких эпизодов она могла обнять, поцеловать, извиниться, зареветь. Я видел, что ей самой от этого плохо».

«Иногда родители, сорвавшись на крик или шлепок, чувствуют сожаление и вину, — говорит психолог и советник по методической работе Национального института защиты детства Анна Савари. — Мама или папа понимают приоритет потребностей ребенка над своими. Сталкиваясь с чувством вины, они стараются в будущем искать альтернативу насильственным действиям. Такие родители настроены на сотрудничество не только со своим ребенком, но и с педагогами, психологами, врачами».

Чтобы не сорваться на ребенка, Анна Савари советует использовать специальные техники. Самое простое — физиологическая разрядка. Например, можно напрягать и расслаблять мышцы — кулаки, лицо и любые части тела. Можно встать спиной к стене, надавить затылком на нее, досчитать до 10 и отпустить. Или напрячься всем телом, а потом попрыгать и «стрясти» напряжение. Если ситуация не экстренная (ребенок не стоит в открытом окне, штора не горит), можно выйти из ситуации буквально — уйти в другую комнату, чтобы «выключить» раздражитель и «перезапустить» себя. Еще в минуты стресса, гнева и усталости можно проговаривать себе “антистрессовую фразу” — поддерживающие слова, приготовленные и заученные заранее, например: «Глаза закрываю, глубоко вздыхаю, гнев отпускаю — спокойствие впускаю».

«Я поняла, что, если для меня насилие — норма, я воспитаю монстра»

«Как-то в очередной раз, — вспоминает Светлана Романова, — мне было ужасно тяжело — это было после смерти моего мужа, мне тогда было лихо жить. Я свою бабушку спросила: «Бабушка, что самое страшное в жизни?»». Бабушка ответила: «Когда мой ребенок умирает, а я не знаю, радоваться или горевать — потому что понимаю, что другой дочери достанется больше еды, и хоть одна теперь точно выживет». Тогда, по словам Светланы, она и начала осознавать «всю мерзость своих поступков». Думая об ужасах, которые пережила бабушка, Светлана пришла к мысли, что в ее жизни нет проблем, которые хоть как-то оправдывали бы жестокость по отношению к ребенку: «Я поняла, что, если для меня это норма, я воспитаю монстра».

Когда сыну было 5 лет, Светлана снова вышла замуж, еще через три года семья удочерила девочку: «Никто из моих мужчин не обижал детей или меня. Что и говорить, мой муж даже закрывал собой детей, защищал их от моей гневливости». С дочерью Светлана вела себя гораздо мягче: «Дочку я ни разу не ударила. Никогда, что бы ни случилось. Это связано и с полом, и с тем, что я постепенно поняла, что бить никого нельзя».

«Родительство — это то, чему нигде не учат и никогда не учили, — говорит психолог Зара Арутюнян. — Учить стали только недавно и только приемных родителей. А если ты родила сама, то делай, что хочешь, тебе никто не указ. Единственное знание о воспитании детей, которое есть у человека — это то, в чем он сам рос». Но для того, чтобы измениться и перестать применять насильственные методы воспитания, считает психолог, родителю не нужно много. «Достаточно обыкновенной человеческой доброты — ты просто не можешь дальше так поступать, потому что ты нормальный человек. Если ты не патологический психопат, ты видишь, что причиняешь боль и страдание другому, что твой ребенок мучается. В какой-то момент даже без книг Петрановской можно что-то поменять в себе».

«Чаще всего родитель легко соскальзывает в насильственные действия в момент усталости, — говорит Анна Савари. — Поэтому прежде всего нужно заметить свое состояние, подумать о причине своих действий и о том, как помочь себе справиться с самим собой. Когда мы понимаем, в чем причина агрессии, мы можем влиять на нее». 

Психолог рекомендует в спокойной обстановке подумать о том, как вы в последнее время ведете себя со своим ребенком, и придумать образ и название для своего стиля родительства. Например: «Мэри Поппинс по выходным — Баба Яга по понедельникам». Затем следует вспомнить, в каких ситуациях вы чаще реагируете на ребенка агрессивно — например, он дергает вас за ногу, когда вы стоите у плиты после работы. Рисунок или распечатанную картинку персонажа, которого вы придумали, можно повесить на видное место, чтобы в минуты гнева или бессилия она напоминала вам, что вы можете «включить Бабу Ягу». Ироничное отношение к своему поведению помогает взять под контроль эмоции и не сорваться.

Алексей вспоминает, что постепенно его мать менялась и срывалась на него все реже. «Наверное, последний раз, когда она пыталась что-то сделать со мной, был в мои 14 лет: она кричит на меня, потом забегает ко мне в комнату, в руке у нее ремень, она замахивается — а я ловлю ее руку, улыбаюсь и говорю: “Мам, ну ты что, серьезно?”. Уже просто смеюсь, и ее лицо тоже меняется от гнева к непониманию — и потом она тоже начинает смеяться. Мне было уже не страшно и не обидно — было только недоумение».

«Это тот грех, за который нельзя один раз извиниться»

Светлана говорит, что, несмотря на то, что она била сына в его детстве, позже у нее никогда не было проблем в отношениях с ним — «ни в его 16, ни в 25, ни в 35 лет». Сейчас сын и дочь Светланы уже взрослые и воспитывают собственных детей. Светлана «давным-давно раскаялась», много общается с детьми, помогает им воспитывать внуков, но не может простить себе жестокости в прошлом и продолжает просить прощения за это у своих детей: «Это тот грех, за который нельзя один раз извиниться, покаяться и все. Об этом нужно постоянно говорить себе».

Первый откровенный разговор о жестокости в прошлом состоялся у Алексея с мамой, когда ему было 20 лет. «Мы просто говорили по душам, я делился чем-то своим, и мы пришли к этой теме. Мама раскаивалась и просила прощения со слезами на глазах».

Светлана говорит, что дети уже смеются над ее постоянными извинениями, потому что это стало традицией. На каждом празднике после добрых слов и поздравлений Светлана произносит тост: «На самом-то деле вы же знаете, какая я. Я у каждого из вас прошу прощения за все, что нехорошего я вам сделала».

К удивлению Светланы, уже сам будучи отцом, сын сказал ей, что доверит воспитывать своих детей только ей. «Вы можете себе представить? Ребенок, который в полной мере на себе испытал, какой я могу быть. Он спросил: «Ты их бить не будешь?». Я говорю: «Никогда в жизни»».

Алексей говорит, что у него хорошие и искренние отношения с матерью: «Мне не приходится ничего фильтровать, я говорю абсолютно обо всем, не пытаюсь казаться тем, кем я не являюсь. Для меня это ценно».

Светлана уверена, что родители, которые бьют детей, потом пожалеют об этом. Это убеждение теперь Светлана старается передать и другим родителям, которые поступают с детьми жестоко. Она разговаривает об этом со знакомыми родителями и даже подходит на улице к посторонним, которые ведут себя агрессивно: «Когда я становлюсь свидетелем вопиющего безобразия, я в первую очередь думаю о том, что сама была такой же — я знаю, что это такое, когда все нутро разрывается от злости. Я всегда начинаю говорить с этими родителями: «Я была такая же, даже хуже, чем ты. Но я не хочу, чтобы ты была такой же». А как иначе остановить человека, как предотвратить это? Я не могу пройти мимо, я хочу найти такие слова, которые помогут что-то изменить. Один раз на улице я увидела, как мужчина бьет женщину, а ребенок смотрит. Мне стало страшно за ребенка, потому что он видел это. Я просто подошла, раскрыв руки, закрыла собой его жену и как бы обняла его своими руками — и ему в ухо тихо-тихо сказала: «Ты же не зверь, ты же человек». И это как-то подействовало, он перестал махать своими крыльями и говорить матом».

«Пожалуйста, выпусти Светочку»

О жестокости в семейных отношениях Светлана пыталась говорить и со своими родителями. Отец Светланы умер год назад. «Когда я спросила его: «Что же ты нас с сестрой бил?». Он мне сказал: «Да дурак я был!». Просто брякнул, ничего такого. Но мне стало легко, потому что папа признал свои ошибки. Я все пытаюсь из мамы выудить это раскаяние — я бьюсь не за то, чтобы она у меня просила прощения. Я и в отношениях с сыном билась не за то, чтобы он меня простил, он имел право и не простить. Это работа над собой: главное — признать, что ты сволочь. И у тебя нет права не прощать кого-то за что-то, потому что ты себе такое в жизни позволяла».

Когда у человека появляется ребенок, он вспоминает свои, казалось бы, давно забытые детские травмы. И первый порыв у многих — потребовать объяснений у собственного родителя. «Взрослому важно разобраться с чувствами, которые вызывают воспоминания о детстве», — говорит Лидия Гунина.

Светлана вспоминает, что в раннем детстве у нее было воспаление легких. «Мы жили в коммунальной квартире. Однажды папа работал во вторую смену, и ночью его не было дома — потому что папа бы не допустил того, что произошло. Мне было года 4-5, я в очередной раз кашляла, просто захлебывалась и, конечно, мешала маме спать. Она подняла меня с кровати, вывела из комнаты в коридор и поставила в кладовку. Никакой речи о том, что мне надо помочь, не было. Я стояла там и страдала уже не от кашля, а от страха. Моя сестра стояла на коленках перед матерью и плакала: «Пожалуйста, выпусти Светочку, она боится темноты». Сейчас моя мама жива, ей 81 год. Я спрашиваю ее: «Мам, как ты могла? Ребенка с больными легкими…» А мама знаете что мне ответила: «А ты шарф не хотела носить». То есть я сама виновата. Я поняла, я не смогу никогда достучаться до нее, она в очень серьезном возрасте. Мне от этого горько, это ведь самый родной мой человек. Мне хочется, чтобы она успела уйти с раскаянием в этом. Когда я начинаю говорить что-то про любовь, мама мне говорит: «Я не знаю, что это такое, нас не учили любить». Я говорю: «Мам, ну ты же меня тоже не учила любить, я сама этому училась»».

Светлана говорит, что все равно любит своих родителей и принимает их такими, как есть. Она помогает маме и делает все, чтобы та жила как можно дольше. «Они — часть моей души, как ты этот кусок вырвешь? Я их не выбирала, я их люблю, но уважать мне их не за что».

«Меня били родители»: Три жертвы домашнего насилия о побоях, унижениях и страхе

По данным ЮНИСЕФ, 67% казахстанских родителей применяют насилие в воспитании детей, а 75% поддерживают телесные наказания. Мы поговорили с тремя героями, которые на протяжении многих лет подвергались домашнему физическому насилию. 

Валентина, 22 года:

Я всегда больше любила отца, он никогда не бил меня. Главным агрессором всегда была мама. 

Я помню все случаи, но один особенно. Мне было где-то 11 или 12 лет. Я пришла со школы и сразу пошла в душ, мама в тот день была в ужасном настроении. Я знала, что она будет бить меня из-за тройки по математике и очень долго стояла под душем. Когда я вышла, она схватила меня за волосы, накрутила их на кулак и ударила меня об дверь. Я упала, у меня пошла кровь из носа.

Я вырвалась и закрылась в кладовке, а мама просила меня открыть, обещала, что не будет бить и извинялась.

Когда я открыла дверь, она опять схватила меня и поволокла в зал, била по ногам, спине и голове. Я плакала и молила ее остановиться, обещала, что больше так не буду, что буду стараться сильнее.

В тот день она впервые назвала меня шлюхой.

Она била меня каждый раз, когда была не в духе, когда я приходила с плохой оценкой, когда она ругалась с папой или обижалась на него. Она говорила, что мы с ним очень похожи, что я такая же свинья, как он. Наверное, она делала это, потому что подозревала отца в изменах, и вымещала злость на мне.

Я никогда не рассказывала об этом и не просила о помощи, даже папе не говорила. Однажды я рассказала все другу, но он лишь посмеялся и сказал, что моя мать прекрасная женщина, и делает все, чтобы я была счастлива. Думаю, это из-за того, что мы были очень состоятельной семьей, и он считал, что в таких семьях нет проблем.

Впервые я дала сдачи, когда мне было 18, потому что перестала ее бояться. 

В тот день я укусила ее за руку, когда она опять пыталась схватить меня за волосы. Побои прекратились сразу же, но я поняла, что никогда не буду счастлива, если не уеду от нее. В 20 лет я уехала в другую страну, начала жить со своим парнем и вышла замуж.  

Сейчас мои отношения с мамой улучшились, мы общаемся по телефону. Но, когда я приезжаю к ней, то я думаю только о том, когда мы поругаемся, сегодня или на следующий день.  

Я еще не задумываюсь о детях, но надеюсь, что стану для них хорошей матерью и никогда не буду причинять им душевную или физическую боль. Хотя о таком никогда не знаешь заранее. Вряд ли моя мама мечтала бить меня, когда рожала. Мне кажется, что в глубине души ей стыдно.

Мария, 18 лет:

Это началось в начальной школе, в первый раз меня до кровоподтеков избили скакалкой. В меня могли бросать разные вещи, ножи, вилки и другие предметы посуды.

Я жила в страхе, мне даже предоставляли выбор, спрашивая, каким предметом я бы хотела быть побитой.

Фразы «ты страшная», «дальше проститутки не уйдешь», «бестолочь безрукая» я слышала всю жизнь. Меня били где-то раз в месяц, иногда чаще. Если бил один родитель, то второй всегда был провокатором, оказывал давление.

Когда меня били, я старалась кричать изо всех сил, чтобы соседи услышали, и кто-то пришел на помощь, но это было бесполезно.

Тем не менее, я стремилась быть лучше в их глазах. Обучалась всему, что могло приносить доход, рано начала работать, чтобы обеспечивать себя и свои интересы.

Когда отец был в ярости, он пытался сделать мне больно не только физически, но и морально. Между ударами он кричал, что я предала его, что он никогда не будет мне доверять. Я всегда терпеливо ожидала, когда он устанет, давать сдачи было бы бессмысленно.


Родители всегда говорили, что я сама во всем виновата, что заслужила больше, чем мне досталось и должна сказать «спасибо» за пощаду. Это удовольствие в их глазах пугало меня даже больше, чем действия.

Побои прекратились, когда мне исполнилось 17 лет, после бесчисленных попыток суицида и угроз со стороны школы о лишении родительских прав.

Я все еще живу с ними, делаю вид, что все хорошо, и не нарываюсь на конфликт. Мой психотерапевт сказала, что родителей необязательно любить. Я не люблю их, но ценю их финансовый вклад в меня. Другого я не получила.

Из-за физического и морального насилия, я долгое время относилась к людям с опаской, никому не доверяла. Всегда ждала атаки или подвоха со стороны людей. Сейчас меня мучают судороги и галлюцинации.

В будущем я не хочу, чтобы родители касались моих детей. Они никогда к ним не подойдут. Пусть смотрят, для этого и придумали видео, видео-чаты и скайп. Мои дети не узнают о домашнем насилии на личном опыте. По стопам родителей я точно не пойду.

Мне стыдно, что я не знаю, что такое семья. У меня не сформирована модель семьи. Многие мои ровесники находятся в отношениях или выходят замуж, а я бегу от этого. Я никогда не просила у родителей больше, чем они могли мне дать, никогда не просила невозможного. Я просто хотела быть нужной и любимой. 

Айтолкын, 24 года:

В детстве я жила вполне мирно, но, когда у меня начался подростковый период, родители очень бурно реагировали на проявления моего характера.

Когда мне было 13 лет, мама избила меня за короткую, по ее мнению, юбку. На самом деле, она была чуть выше колена. Она жестоко избивала меня в течение полутора-двух часов, повторяя при этом, что я проститутка. Причины для побоев всегда были разные: не убралась дома, подгорел лук, у нее просто могло не быть настроения.

Она говорила, что если бы знала, какой я вырасту, то сделала бы аборт, что мне лучше умереть.

Изредка, раза два или три за все годы, у меня просили прощения, но это было неискренне, просто для успокоения совести. При этом мне говорили, что я сама виновата в том, что меня избили.

Если судить объективно, то я была хорошим ребенком. Хорошо училась, гулять не ходила, общалась с хорошими ребятами, ничего не употребляла. Получала я всегда за то, что у меня было собственное мнение.

Когда я училась в школе, меня били раз-два в месяц. Чем старше я становилась, тем реже меня били, но делали это более жестоко. Папа обычно не вмешивался, но иногда пытался остановить. Последние пару лет присоединялся сам.


Раньше я не сопротивлялась, только терпела и просила остановиться. Естественно, меня никто не слушал. Лет с 19 я начала кричать, чтобы они ко мне не подходили, защищалась руками. Однажды я даже позвонила в полицию, потому что меня некому было защитить. За это родители выгнали меня из дома и сказали, что я им больше не дочь.

Последний раз меня избили летом. После этого я ушла из дома, а когда вернулась, мама попросила прощения. Больше такого не повторялось. Сейчас наши отношения стабильные. Если начинается какая-то ссора, то я просто ухожу к себе.

Я по натуре достаточно нервная, многолетние побои и ужасное ко мне отношение усугубило это.

Раньше, если люди рядом со мной просто поднимали руки, я закрывала голову руками – рефлекс. Я до сих пор вздрагиваю от любых прикосновений.

Я не уверена в себе и постоянно считаю, что со мной что-то не так, но стараюсь не зацикливаться на этом и жить дальше.

Я точно знаю, что никогда не буду бить своих детей. Я не хочу продолжать этот ужас.

Жибек Жолдасова, Кандидат Медицинских Наук, врач психиатр-психотерапевт:

У меня есть много пациентов, которые говорят, что подвергались насилию в детстве. Обычно ко мне приходят уже взрослые люди. Если подростки, то постарше, 17-18 лет. Дети не могут пойти к психотерапевту, потому что они постоянно находятся под контролем взрослых.

В школе или детском саду таких детей легко определить. На любое повышение голоса, на любой жест или взмах руки они сразу сворачиваются в комок, хотят спрятаться, закрывают голову руками. Сразу можно понять, что скорее всего этого ребенка бьют. Многие мои пациенты, пережившие физическое насилие, ведут себя так уже во взрослой жизни.

При этом, если девочки эмоциональны и чувствительны, то рано или поздно они расскажут кому-нибудь о том, что с ними произошло. Мальчики больше склонны скрывать это. Они вообще намного реже ходят к психологам и психотерапевтам. Основная масса моих пациентов – женщины и девушки.

Бывает, что насилие очень негативно сказывается на дальнейшей жизни людей.

Модель поведения закрепляется в детстве, и человек привыкает к тому, что его постоянно бьют. Часто он потом находит себе такого же абьюзивного партнера.

Так девушки выходят замуж за мужчин, которые тоже их бьют.
Повзрослев и став родителями, они могут начать бить своих детей, думая: «Меня бил отец, и я тебя буду бить. Чем ты лучше меня?». Усвоенная модель поведения настолько сильна, что изменить ее бывает довольно сложно.

Поэтому об этом надо говорить. Напоминать о том, что есть другие способы воспитания, что физическое насилие – это не выход.

Возможно, в жизни у этих родителей не все благополучно. Есть какое-то внутреннее напряжение, чувство неудовлетворенности, комплексы, из-за чего повышается уровень злости и агрессии. И эту агрессию все время нужно на кого-то выливать.

Физическое насилие в семье происходит не потому, что ребенок плохой, а потому, что сам родитель имеет психологический дефект.

А подросткам, подвергающимся физическому насилию, надо обращаться к школьному психологу, больше им некуда идти. Нам нужно категорично повышать уровень школьных психологов. Только единицы школьных психологов владеют какими-то техниками, чтобы им помочь. 


Зульфия Байсакова, директор кризисного центра для жертв бытового насилия г. Алматы:

Согласно законодательству Республики Казахстан, несовершеннолетние не могут помещаться в какие-либо государственные учреждения без разрешения суда. У нас в кризисном центре для жертв бытового насилия размещаются родители, то есть матери с детьми.

Кризисный центр оказывает только заочное консультирование по телефону. Нужно понимать, что любая работа, которая проводится с несовершеннолетними, должна проходить с разрешения опекунов или родителей. Это затрудняет очное консультирование несовершеннолетних по многим вопросам. Поэтому мы консультируем подростков по телефону 150, который работает круглосуточно и на анонимной основе. Все звонки бесплатные.

К сожалению, у нас в Казахстане нет ни одной программы, которая была бы направлена на снижение и умение управлять уровнем агрессии, поэтому мы наблюдаем необоснованную агрессию и неадекватное поведение со стороны многих людей. Неправительственные организации и наш кризисный центр пытаются разработать программы по работе с агрессорами, чтобы научить людей управлять своими эмоциями и не проявлять насилие в отношении кого-либо.

Насилие со стороны родителей в отношении несовершеннолетних – это преступление.

Очень важно правильно его идентифицировать, поэтому мы проводим семинары для того, чтобы специалисты, работающие с детьми, могли четко идентифицировать физическое, психологическое, экономическое, сексуальное насилие как по внешним признакам, так и по уровню тревожности, страха детей.

В Казахстане очень слабо развита социально-ориентированная работа с членами семьи. Сегодня, вся работа выстраивается только на оказании помощи жертве бытового насилия, например, подростку, а с родителями работают мало. Их привлекают к ответственности, на этом вся работа заканчивается.

Самый лучший способ оказания помощи несовершеннолетним – это предложить им позвонить по телефону доверия 150, где консультанты-психологи могут профессионально оказать помощь.

Все это происходит анонимно и конфиденциально, что очень важно для несовершеннолетних, потому что они, как правило, запуганы и не знают, к кому обратиться. Следующим инструментом могут быть школьные психологи, которые должны работать в каждой школе. Насколько хорошо они умеют работать – уже другой вопрос.

После сбора доказательной базы, родителей привлекают к административной или уголовной ответственности, в зависимости от степени нанесения телесных повреждений. Если комиссия по делам несовершеннолетних сочтет, что необходимо лишить родительских прав, опека над ребенком передается в государственные органы, а затем физическим лицам, которые могут работать в этом направлении.

Если вы подвергаетесь домашнему насилию, то всегда можете позвонить по номеру доверия 150, где вам смогут помочь.

 

 

10 Негативные последствия избиения детей

Введение:

Воспитание ребенка - одно из самых сложных дел после первых дней отцовства. Когда дети вырастут, они обязательно станут более требовательными и испытают пределы вашего терпения. Количество истерик увеличивается. Вначале родители пытаются рассуждать с ребенком, но чаще дисциплинирование превращается в избиение и применение силы, поскольку они отчаянно пытаются дисциплинировать своего ребенка! Но, дорогие родители, знаете ли вы, что избиение детей может иметь негативные последствия, которые могут иметь долгосрочные последствия для вашего ребенка. Продолжайте читать, чтобы узнать больше!


Почему родители избивают детей?

В большинстве случаев родители вынуждены брать розгу от отчаяния. Они могли бы испробовать все другие методы, чтобы заставить своего ребенка понять, пока единственное, что остается, - это применить силу. Вскоре родители становятся привычкой шлепать своего ребенка, как только он делает что-то не так.

Судя по тому, насколько «успешно» это было в последний раз, они могли бы просто выбрать легкий путь, даже не пробуя никаких других методов воспитания детей.Некоторые родители могут также шлепать своих детей из страха или гнева - это могло стать их рефлексом на то, что ребенок делает что-то не так.

Вам также может быть интересно узнать, как угрозы могут повлиять на вашего ребенка. Смотрите видео в нашем приложении!


Каковы могут быть последствия избиения детей:

1.
Избиение порождает избиение :

Дети наблюдают и моделируют поведение на основе окружающих, и эти действия обязательно будут им подхвачены на ранней стадии. Порка дает ребенку представление о том, что можно бить маленьких людей, если это делается по какой-то причине. Если вы решите дисциплинировать своего ребенка, взяв на себя удочку, вы автоматически дадите ему право бить окружающих.

2.
Негативно влияет на самооценку детей :

В большей степени, чем физическая, это эмоциональная травма, которая вызывает самые тяжелые последствия. Скорее всего, у вашего ребенка сложится представление о себе как о более слабом, и в конечном итоге он может перестать уважать себя.Он получает представление о том, что он «плохой» мальчик, и это остается с ним как шрам на очень долгое время.

3.
Обесценивает родителя :

Порка ребенка может выглядеть как побоище. На данный момент вы можете почувствовать удовлетворение, но в долгосрочной перспективе вам наверняка станет хуже. Ваш ребенок обязательно будет бояться вас, но вы увидите его негативные последствия немного позже, когда он отстранится от вас.

4.
Он остается с детьми надолго. :

По данным исследователей из Университета Миссури, шлепки в младенчестве могут отрицательно сказаться на темпераменте и поведении ребенка.Исследование подтвердило, что чем больше детей шлепают, тем больше у них шансов бросить вызов своим родителям. Также было обнаружено, что это влияет на психическое здоровье ребенка и вызывает когнитивные проблемы.

5.
Избиение детей не работает :

Ничего хорошего не получится из использования розги на ваших детях, и вы можете напугать их на всю жизнь. Шлепки не имеют никакой пользы с точки зрения развития!

Знайте, что общение играет ключевую роль в воспитании детей.Смотрите видео в нашем приложении!

6.
Гнев становится основным поведением :

Не только родители подвержены влиянию гнева, который они испытывают, но они также сеют семена гнева в своих детях. Это означает, что у вашего ребенка с большей вероятностью будут возникать эмоциональные проблемы по мере взросления. При ударе проблемы не просто прекращаются, а наоборот, они увеличиваются.

7.
Родители выходят из-под контроля во время избиения :

Избиение ребенка может начаться как легкое наказание для сдерживания определенного поведения.Однако между дисциплиной и жестоким обращением очень тонкая грань, которую через некоторое время можно легко стереть. Например, если ребенок снова повторяет поведение или ошибку, вы можете избивать сильнее, пока не подумаете, что он «научится» вести себя лучше. Следовательно, избиение детей может оказаться чем-то худшим как для вас, так и для детей.

8.
Развивает у детей заниженную самооценку :

В ходе опроса было обнаружено, что дети, подвергавшиеся телесному наказанию по мере взросления, с большей вероятностью проявляли антисоциальное и даже эгоцентрическое поведение в своей жизни. совершеннолетие.

9.
Проблемы с лишним весом у детей :

Доктор Дхананджай Гамбшир, психиатр-консультант и сексолог, согласен с тем, что жестокое обращение может вызвать ожирение во взрослом возрасте. По его словам, «Ожирение в результате переедания и малоподвижного образа жизни являются характеристиками неправильного совладания с собой, и то и другое используются как механизмы выхода из нежелательных ситуаций. Оба из них указывают на низкую самооценку и депрессию , что приводит к низкой уверенности. Ожирение снова усугубляется, и человек становится все более замкнутым ». Негативные детские переживания имеют долгосрочные последствия в виде безнадежности, депрессии и злоупотребления наркотиками.

10.
Избиение вызывает плохие воспоминания :

Воспоминания ребенка о том, как его отшлепали, могут оставить шрам от радостных сцен взросления. Люди чаще вспоминают травмирующие события, чем приятные. Одна из целей родителей - наполнить банк памяти своих детей сотнями, возможно, тысячами приятных сцен. Удивительно, как неприятных воспоминаний о порке могут блокировать эти положительные воспоминания.

Альтернативные дисциплинарные методы избиения детей:

Если вам интересно, как еще можно дисциплинировать ребенка, если не хорошее шлепание, то вот семь альтернативных дисциплинарных методов , которые вы можете адаптировать для воспитания сбалансированного и воспитанные дети.

1.
Выражение неодобрения:

Самый простой и эффективный способ изменить поведение ребенка - дать ему понять, что вы его не одобряете. Четко сформулируйте свои возражения и объясните причины. Когда ребенок замечает ваше разочарование или неодобрение, он может поправиться. Вашему ребенку нужно ваше одобрение.

Отклонение действует когда четко заявлено - один раз. Не ворчите, не втирайте, не продолжайте и не воспринимайте неодобрение как обиду. Ваше неодобрение должно быть выражено убежденно и страстно, но без гнева.Не будь слабаком или властным.

2.
Небольшое обсуждение :

Когда что-то идет не так, как правило, первая и лучшая реакция - сесть и поговорить об этом. Часто открытое общение - это все, что нужно, чтобы изменить поведение или убедиться, что определенное неправильное поведение не повторится снова.

Используйте свои обсуждения, чтобы указать на естественные последствия, которые могут возникнуть в результате неправильного поведения. Детям иногда нужна помощь, чтобы увидеть цепочку событий и понять, почему они происходят.

3.
Игнорирование :

Когда вы сталкиваетесь с легким, раздражающим поведением вашего ребенка, иногда лучший ответ - игнорировать его. Для игнорирования проступков требуется:

a. Принятие активного решения игнорировать это.
г. Тихо обращайте внимание, пока вы активно его игнорируете.
г. Развитие покерного лица, расслабленного тела, прямого и безразличного.
Конечно, никогда не игнорируйте ничего опасного или вредного для ребенка. Как родитель, вы должны знать, что игнорировать, а когда игнорировать.

Дети часто пробуют раздражающие модели поведения, и чем больше внимания они получают, тем хуже они становятся. Игнорирование - дело мягкое, и оно работает. Он основан на предположении, что для вашего ребенка негативное внимание (которое заставляет вас подниматься) принесет ему больше удовлетворения, чем отсутствие внимания.

4.
Разделение и замена :

Ссорятся ли дети из-за предмета? Унеси это. Если вы отделяете ребенка от объекта, не забудьте заменить это занятие чем-то продуктивным.
Два правила:
а. Разделение и замена никогда не должны выполняться с помощью glee
b. Отделяйте ребенка от объекта только тогда, когда объект связан с его плохим поведением.

5.
Предупреждения :

Ваш ребенок начинает действовать, и первое, что вы делаете, это предупреждаете его. Во многих случаях это означает конец проступкам! Предупреждения - это не то же самое, что угрозы. Угрозы угрожающие; предупреждения просто предупреждают ребенка о том, что поведение необходимо прекратить сейчас, иначе будут последствия.В лучших предупреждениях четко указывается предел и связанные с ним последствия.

Предупреждения действуют только в том случае, если ваш ребенок считает, что вы будете его выполнять. Родители, которым больше всего удаются предупреждения, - это те, кто не боится выполнять каждое предупреждение. Будьте последовательны - это обеспечивает безопасность вашего ребенка и гарантирует, что вас будут слушать.


Заключительные мысли:

Возможно, самое убедительное упражнение из исследования состоит в том, что никто не нашел доказательств того, что избиение детей полезно для детей.Более того, есть и другие подходы к достижению желаемого воздействия на наших детей. Следовательно, мы должны сконцентрировать наши усилия на осмыслении и использовании этих возможностей.

ущерб, и как тепло матери усугубляет воздействие

Если вы считаете, что избиение, удары или шлепки ваших детей, а затем постепенное смягчение ситуации путем душения их любовью, вы ошибаетесь. Очень тепло с ребенком, которого вы ударили таким образом, редко улучшает ситуацию. На самом деле это может только усугубить ситуацию.Это может сделать ребенка более, а не менее тревожным.

Это один из многих тревожных результатов нашего исследования о том, смягчаются ли последствия телесных наказаний материнским теплом. Мы изучили более 1000 детей в 11 группах в восьми странах, опрашивая матерей об уровнях телесных наказаний в семье и спрашивая матерей и детей о детской тревоге и агрессии.

Мы ожидали обнаружить, что объятия и поцелуи смягчают эмоциональное воздействие физических ударов.Наше исследование с участием детей в возрасте от 8 до 10 лет показывает, что материнское тепло действительно может немного уменьшить это воздействие, когда ребенок подвергается низкому уровню телесных наказаний. Даже в этом случае тревога и агрессия, вызываемые у ребенка такими телесными наказаниями, все еще остаются, хотя и на более низком уровне. Однако наше исследование показало, что любовь почти никогда не уменьшала воздействия высоких уровней телесных наказаний. В этих обстоятельствах детское беспокойство не снимается очень теплым родителем, хотя в странах с более авторитарным стилем воспитания, таких как Колумбия и Кения, неблагоприятные последствия телесных наказаний менее выражены.Как правило, детское беспокойство усугубляется, когда родители проявляют большую любовь и одновременно применяют телесные наказания.

«Мы можем только предполагать, почему это может быть. Возможно, это просто слишком сбивает с толку и нервирует ребенка, когда его сильно ударили и тепло любили в одном доме ».

Мы можем предположить, почему это может быть. Возможно, дети безвозвратно чувствуют себя отвергнутыми, когда они подвергаются такой агрессии, как бы тепло в противном случае ни был родитель.Или, возможно, это просто слишком сбивает с толку и нервирует ребенка, чтобы его сильно ударили и полюбили в одном доме. Это могло бы объяснить, почему мы обнаружили, что дети меньше беспокоились, когда родитель, который их сильно бил, был холоден по отношению к ним эмоционально.

Наше исследование дает более широкое предупреждение. Дело в том, что телесные наказания в целом, даже на низком уровне, приводят к повышенной тревожности и агрессии у детей. Это воздействие тем сильнее, чем суровее наказание. В общем, родительская любовь редко полностью устраняет ущерб, даже когда физическое наказание относительно невелико.Это в значительной степени верно для самых разных стран. Вот почему мы предлагаем клиницистам в разных странах советовать родителям не применять телесные наказания, даже в контексте теплых отношений между родителями и детьми, и помогать родителям найти другие способы управлять поведением детей.

К этим открытиям следует сделать важный нюанс. Результаты несколько различаются в странах с авторитарными моделями воспитания детей, где для родителей более нормальным и приемлемым считается применение телесных наказаний.В этих странах телесные наказания по-прежнему увеличивают детскую тревогу (а также детскую агрессию, о которой сообщают родители), но не в такой степени, как в странах, где телесные наказания менее приемлемы с социальной точки зрения. Кроме того, сами дети, живущие в среде более авторитарных родительских культур, не сообщали о том, что они стали более агрессивными. Эти результаты подтверждают теорию о том, что в странах с более авторитарными моделями воспитания детей вероятность того, что суровое наказание будет отвергнуто родителями, ниже.

Однако при рассмотрении этого предостережения важно помнить, что контексты, связанные с воспитанием детей, постоянно меняются. С 1979 года, когда Швеция стала первой страной, объявившей телесные наказания вне закона, ее примеру последовали 43 страны. Их число постоянно растет: телесные наказания становятся социально неприемлемыми во все большем количестве мест по всему миру. Это говорит о том, что авторитарные социальные нормы со временем уменьшатся, и поэтому они будут иметь меньшее сдерживающее влияние на ущерб, наносимый детям суровыми физическими наказаниями.

Некоторые люди также пытаются представить шлепки или удары как обычное или легкое телесное наказание, которое сильно отличается от физического насилия. Однако исследовательская литература показывает, что более мягкие формы телесных наказаний являются факторами риска более серьезных форм физического насилия. Таким образом, более мягкие формы иногда перерастают в нечто более резкое. Кроме того, там, где высок уровень телесных наказаний, также выше уровень других форм насилия, включая убийства и домашнее насилие, такое как жестокое обращение со стороны интимного партнера.Телесные наказания являются частью более широкой модели принятия насилия обществом. Это некоторые из причин, по которым Организация Объединенных Наций определяет любую форму телесного наказания как физическое насилие.

Мы также знаем, что многие родители сожалеют о применении телесных наказаний. Согласно исследованиям, проведенным более чем в 30 странах, доля родителей, которые заявляют, что для правильного воспитания ребенка необходимо применять телесные наказания, меньше, чем доля родителей, которые утверждают, что действительно применяют такие наказания.Это подчеркивает разрыв между убеждениями и поведением. Это говорит о том, что, когда родители применяют физическое наказание, они делают это не потому, что считают это хорошей стратегией воспитания детей, а, возможно, потому, что злятся и вымещают эти чувства на ребенке в самый разгар момента.

Пожалуй, самый убедительный урок исследования заключается в том, что никто не нашел доказательств того, что телесные наказания полезны для детей. Есть и другие способы добиться желаемого эффекта в поведении детей.Мы должны сосредоточить наши усилия на том, чтобы помочь родителям понять и использовать эти альтернативы.

Вот что делает с детьми порка. Врачи говорят, что все это нехорошо.

Родители, которые бьют своих детей, могут полагать, что удар «просто привлекает их внимание» или налагает старомодную дисциплину, но на самом деле шлепки ухудшают поведение, чем это было раньше, и могут причинить долгосрочный вред, заявили педиатры в понедельник.

Американская академия педиатрии усилила свои рекомендации против телесных наказаний в обновленных рекомендациях, заявив, что они делают детей более агрессивными и повышают риск проблем с психическим здоровьем.

«Испытание телесных наказаний повышает, а не снижает вероятность того, что в будущем дети будут проявлять дерзость и агрессивность», - говорится в новом руководстве для педиатров.

«От порки нет никакой пользы», - сказал доктор Роберт Седж из Медицинского центра Тафтса в Бостоне, который помог написать руководство.

«Мы знаем, что дети растут и развиваются лучше благодаря позитивному ролевому моделированию и установлению здоровых ограничений. Мы можем добиться большего ».

Словесные оскорбления и унижение также контрпродуктивны, заявили в педиатрической группе.

«Родители, другие лица, осуществляющие уход, и взрослые, взаимодействующие с детьми и подростками, не должны применять телесные наказания (включая удары и шлепки) ни в гневе, ни в качестве наказания за плохое поведение или как его следствие, а также не должны применять какие-либо дисциплинарные меры, в том числе словесные. оскорбления, вызывающие стыд или унижение », - говорится в обновленных правилах группы.

«В течение нескольких минут дети часто возвращаются к своему первоначальному поведению. Это определенно не учит детей саморегулированию», - сказал Сеге NBC News.

«Такие методы, как тайм-аут и другие эффективные формы наказания, цель состоит в том, чтобы научить ребенка контролировать себя, чтобы у него была возможность контролировать и управлять своим собственным поведением. И это то, что на самом деле все. "

Американцы по-прежнему твердо верят в избиение, шлепки и шлепки детей как дома, так и в школе.

Связанные

«Согласно опросу 2004 года, примерно две трети родителей маленьких детей сообщили, что применяли те или иные физические наказания», - сообщила педиатрическая группа.

«Эти родители сообщили, что к пятому классу 80 процентов детей были подвергнуты физическому наказанию, а 85 процентов подростков сообщили, что подвергались физическому наказанию, при этом 51 процент подвергся ударам ремнем или подобным предметом».

А в 2013 году опрос Harris Interactive показал, что 70 процентов родителей согласны с утверждением о том, что «хорошая, жесткая порка иногда необходима для воспитания ребенка», хотя это меньше, чем у 84 процентов родителей в 1986 году.

Но вещи меняются, сказал Сеге.

«Если вы ограничите свои опросы людьми, у которых дома есть дети в возрасте 5 лет и младше, которые являются новым поколением родителей, большинство из них не любят шлепать своих детей и часто не шлепают своих детей. ," он сказал. «Мы думаем, что произошла смена поколений, когда сегодняшние родители гораздо реже шлепают своих детей, чем их родители».

Одна группа изучала родителей в их доме и обнаружила, что большинство родителей действительно устно предупреждали детей, прежде чем нанести физический удар.Но они не заставили себя ждать. «Телесное наказание произошло в среднем через 30 секунд, что свидетельствует о том, что родители могли« реагировать либо импульсивно, либо эмоционально, а не инструментально и намеренно »», - заявили в педиатрической группе.

Это принесло мало пользы.

«Эффекты телесных наказаний были временными: в течение 10 минут большинство детей (73 процента) возобновили то же поведение, за которое они были наказаны».

Битье детей не только приносит мало пользы; это может ухудшить их долгосрочное поведение.

«Дети, которые неоднократно подвергались телесным наказаниям, как правило, развивают более агрессивное поведение, повышенную агрессию в школе и повышенный риск психических расстройств и когнитивных проблем», - говорится в заявлении Сеге.

Так было, даже когда родители были в остальном теплыми и любящими.

Родители, ударившие своих детей, часто имеют собственные серьезные проблемы. «Родители, страдающие депрессией, чаще применяли телесные наказания. Кроме того, экономические проблемы в семье, проблемы с психическим здоровьем, насилие со стороны интимного партнера и злоупотребление психоактивными веществами - все это связано с увеличением зависимости от телесных наказаний », - сказал Сеге.

«В одном небольшом отчете говорится, что родители, которые сами пережили травмы, с большей вероятностью применяют телесные наказания, чем другие родители».

Сопутствующие

Так что же могут делать родители вместо этого?

«Во-первых, установите позитивные, поддерживающие и любящие отношения со своим ребенком. Без этого основания у вашего ребенка нет причин, кроме страха, демонстрировать хорошее поведение », - советует AAP.

«Во-вторых, используйте положительное подкрепление, чтобы усилить поведение, которое вы хотите от своего ребенка.«

Тайм-ауты очень хорошо подходят для детей младшего возраста», - отметили в группе. «Наказывайте детей старшего возраста, временно лишив их любимых привилегий, таких как занятия спортом или игры с друзьями. Если у вас есть вопросы о наставлении детей, поговорите со своим педиатром », - советует он.

Педиатры почти всегда рекомендуют дисциплинарные меры, которые не включают в себя избиение детей или принуждение их есть специи, полоскание рта с мылом или другие жестокие наказания.Только 6 процентов из 787 американских педиатров, опрошенных в 2016 году, одобрили порку, и только 2,5 процента на самом деле ожидали, что это принесет пользу.

Американская психологическая ассоциация утверждает, что положительное подкрепление более эффективно, чем шлепки.

«Положительное подкрепление альтернативного поведения чрезвычайно эффективно», - говорится в нем.

10 причин не бить своего ребенка

1. МОДЕЛИ НАБИВАНИЯ УДАР

Существует классическая история о матери, которая считала шлепки необходимой частью дисциплины, пока однажды она не наблюдала за своей трехлетней дочерью. ударил своего годовалого сына.Когда ее спросили, ее дочь сказала: «Я просто играю мамочку». Эта мать никогда не шлепала ни одного ребенка. Дети любят подражать, особенно людям, которых они любят и уважают. Они понимают, что делать то, что вы делаете, - это нормально. Родители, помните, вы воспитываете чужую мать или отца, жену или мужа. Те же самые дисциплинарные методы, которые вы применяете со своими детьми, они, скорее всего, будут применять в своих собственных родительских обязанностях. Семья - это тренировочный лагерь для обучения детей разрешению конфликтов.Исследования показывают, что дети из шлепающих семей с большей вероятностью будут использовать агрессию для разрешения конфликтов, когда станут взрослыми.

Шлепки демонстрируют, что люди могут бить людей, и особенно большие люди бьют маленьких, а более сильные люди бьют более слабых. Дети узнают, что, когда у вас есть проблема, вы решаете ее хорошим ударом. Ребенок, чье поведение контролируется шлепками, вероятно, продолжит этот способ взаимодействия в других отношениях с братьями и сестрами и сверстниками, а в конечном итоге - с супругом и потомством.

Удар оставляет неизгладимое впечатление

Но вы говорите: «Я не шлепаю своего ребенка так часто и так сильно. Большую часть времени я проявляю к нему много любви и нежности. Случайные удары по дну его не побеспокоят. Это объяснение справедливо для некоторых детей, но другие дети помнят шлепающие сообщения больше, чем воспитательные. У вас может быть соотношение объятий 100: 1 в вашем доме, но вы рискуете, что ваш ребенок запомнит и окажет на него большее влияние один удар, чем 100 объятий, особенно если этот удар был нанесен в гневе или несправедливо, что случается слишком часто.

[rp4wp]

Физическое наказание показывает, что можно выразить свой гнев или исправить ошибку, ударив других. Вот почему отношение родителей во время порки производит такое же сильное впечатление, как и сам шлепок. Как контролировать свои гневные импульсы (контроль захвата) - это одна из вещей, которой вы пытаетесь научить своих детей. Порка саботирует это учение. Руководства по порке обычно предупреждают, что никогда не шлепайте в гневе. Если бы это правило строго соблюдалось, то 99 процентов порки не произошло бы, потому что, как только родитель успокоится, он или она сможет придумать более подходящий метод исправления.

ГЛАВНОЕ И ЭМОЦИОНАЛЬНОЕ «УДАР»

Физические удары - не единственный способ перейти черту насилия. Все, что мы говорим о физическом наказании, относится также и к эмоциональному / словесному наказанию. Брань и тирады оскорблений могут на самом деле нанести ребенку более психологический вред. Эмоциональное насилие может быть очень тонким и даже самодовольным. Угрозы принуждения ребенка к сотрудничеству могут затронуть его худший страх - быть оставленным. («Я ухожу, если вы не ведете себя хорошо».) Часто угрозы быть брошенными подразумевают передачу ребенку сообщения о том, что вы терпеть не можете быть с ней, или привкус эмоциональной покинутости (давая ей понять, что вы отказываетесь от своего любить, отказываться говорить с ней или говорить, что она вам не нравится, если она продолжает вам не нравиться).Шрамы на разуме могут длиться дольше, чем на теле.

2. УДАРЕНИЕ УНИЧТОЖАЕТ РЕБЕНКА

Представление ребенка о самом себе начинается с того, как он воспринимает то, что другие, особенно его родители, воспринимают его. Даже в самых любящих семьях порка дает сбивающее с толку сообщение, особенно для ребенка, слишком маленького, чтобы понять причину удара. Родители тратят много времени на формирование у своего малыша или ребенка чувства ценности, помогая ребенку чувствовать себя "хорошо". Затем ребенок разбивает стакан, вы шлепаете, и он чувствует: «Я, должно быть, плохой.

Даже объятие, снимающее чувство вины со стороны родителей после шлепка, не снимает укуса. Ребенок, вероятно, почувствует удар внутри и снаружи еще долгое время после объятия. Большинство детей, оказавшихся в такой ситуации, будут обниматься, чтобы просить пощады. «Если я его обниму, папа перестанет меня бить». Когда порка повторяется снова и снова, ребенку доходит до одного: «Ты слаб и беззащитен».

Джоан, любящая мать, искренне считала, что шлепки являются родительским правом и обязанностью, необходимой для того, чтобы стать послушным ребенком.Она чувствовала, что порка была «для блага ребенка». После нескольких месяцев дисциплины, контролируемой шлепками, ее малыш стал замкнутым. Она заметила, что он играет один в углу, не интересуется товарищами по играм и избегает зрительного контакта с ней. Он потерял прежний блеск. Внешне он был «хорошим мальчиком». Внутренне Спенсер думал, что он плохой мальчик. Он не чувствовал себя правильным и поступал неправильно. Порка заставляла его чувствовать себя меньше и слабее, уступая место людям более крупного, чем он сам.

Шлепать по рукам

Как соблазнительно шлепнуть этим смелым ручонкам! Многие родители делают это, не задумываясь, но учитывают последствия.Мария Монтессори, одна из первых противников хлопания детей по рукам, считала, что детские руки - это инструмент для исследования, продолжение естественного детского любопытства. Похлопывание посылает мощный негативный сигнал. Все опрошенные нами чувствительные родители согласны с тем, что руки должны быть запрещены для физического наказания.

Исследования подтверждают эту идею. Психологи изучили группу из шестнадцати четырнадцатимесячных подростков, играющих со своими матерями. Когда одна группа малышей попыталась схватить запрещенный предмет, они получили пощечину; другая группа малышей не подвергалась физическому наказанию.В последующих исследованиях этих детей семь месяцев спустя было обнаружено, что наказанные младенцы менее опытны в изучении своего окружения. Лучше отделить ребенка от объекта или наблюдать за его исследованием и не трогать маленькие ручки.

3. НАПАДЕНИЕ ОБОЗНАЧАЕТ РОДИТЕЛЯ

Родители, которые контролируют своих детей шлепками или иным образом жестоко наказывают их, часто чувствуют себя обесцененными, потому что в глубине души они не чувствуют себя хорошо в отношении своего способа дисциплины. Часто они шлепают (или кричат) в отчаянии, потому что не знают, что еще делать, но потом чувствуют себя более бессильными, когда обнаруживают, что это не работает.Как сказала одна мать, которая исключила порку из своего списка исправлений: «Я выиграла битву, но проиграла войну. Мой ребенок теперь боится меня, и я чувствую, что потеряла что-то драгоценное ».

Порка также обесценивает роль родителей. Быть авторитетной фигурой означает, что вам доверяют и уважают, но не боятся. Прочная власть не может основываться на страхе. Родители или другие опекуны, которые постоянно используют шлепки для контроля над детьми, попадают в безвыходную ситуацию. Мало того, что ребенок теряет уважение к родителю, но и родители проигрывают, потому что у них развивается мышление шлепания и у них меньше альтернатив шлепанию.У родителей меньше заранее спланированных, проверенных опытом стратегий, позволяющих отвлечься от потенциального поведения, поэтому ребенок ведет себя чаще, что требует еще большей порки. Этого ребенка не учат развивать внутренний контроль.

Удар обесценивает родительско-дочерние отношения. Телесные наказания увеличивают дистанцию ​​между шлепалом и шлепком. Это расстояние особенно беспокоит в домашних ситуациях, когда отношения между родителями и детьми уже могут быть натянутыми, например, в неполных семьях или смешанных семьях.В то время как некоторые дети снисходительно устойчивы и приходят в норму, не оказывая негативного воздействия на разум или тело, другим трудно полюбить руку, которая их бьет.

4. УДАР МОЖЕТ ПРИВЕСТИ К ЗЛОУПОТРЕБЛЕНИЮ

Наказание ужесточается. Когда вы начнете «немного» наказывать ребенка, где вы остановитесь? Малыш тянется к запрещенному стакану. Вы касаетесь руки как напоминание не трогать. Он снова тянется, вы хлопаете по руке. На мгновение убрав руку, он снова хватает ценную вазу своей бабушки.Вы бьете по руке сильнее. Вы начали игру, в которой никто не может выиграть. Тогда возникает вопрос, кто сильнее - воля вашего ребенка или ваша рука, а не проблема прикосновения к вазе. Чем вы сейчас занимаетесь? Бейте все сильнее и сильнее, пока рука ребенка не станет настолько болезненной, что он не сможет продолжать "не подчиняться?"

Опасность начала телесных наказаний в первую очередь состоит в том, что вы можете почувствовать, что вам нужно достать оружие побольше: ваша рука превращается в кулак, переключатель превращается в ремень, сложенная газета превращается в деревянную ложку, а теперь то, что начиналось как кажущаяся невиновностью перерастает в жестокое обращение с детьми.Наказание подготавливает почву для жестокого обращения с детьми. Родители, которые запрограммированы на наказание, настраивают себя на более суровое наказание, главным образом потому, что они не усвоили альтернативы, и сразу же переходят в режим наказания, когда их ребенок плохо себя ведет.

5. УДАР НЕ УЛУЧШАЕТ ПОВЕДЕНИЕ

Мы много раз слышали, как родители говорят: «Чем больше мы шлепаем, тем больше он плохо себя ведет». Порка ухудшает поведение ребенка, а не улучшает его. Вот почему. Помните основу для поощрения желательного поведения: ребенок, который чувствует себя правильным, поступает правильно.Порка подрывает этот принцип. Ребенок, которого ударили, чувствует себя неправильно внутри, и это проявляется в его поведении. Чем больше он плохо себя ведет, тем больше его шлепают и тем хуже он себя чувствует. Цикл продолжается. Мы хотим, чтобы ребенок знал, что он поступил неправильно, и испытывал угрызения совести, но при этом верил, что он человек, имеющий ценность.

Цикл дурного поведения

Одна из целей дисциплинарных мер - немедленно остановить дурное поведение, и порка может это сделать. Более важно убедить ребенка в том, что он не хочет повторять проступки (т.д, внутренний, а не внешний контроль). Одна из причин неэффективности порки при создании внутреннего контроля заключается в том, что во время и сразу после порки ребенок настолько озабочен воспринимаемой несправедливостью физического наказания (или, может быть, степенью его наказания), что он «забывает» причина, по которой его отшлепали.

Сесть с ним и поговорить после порки, чтобы убедиться, что он осознает, что он сделал, можно сделать так же (если не лучше) и без порки.Альтернативы порке могут вызывать у ребенка гораздо больше размышлений и совести, но они могут отнимать у родителей больше времени и энергии. Это поднимает главную причину, по которой некоторые родители склоняются к порке - это легче.

6. УДАР ДЕЙСТВИТЕЛЬНО НЕ БИБЛЕЙСКИЙ

Не используйте Библию как предлог для шлепков. В рядах людей иудео-христианского происхождения наблюдается замешательство, которые, ища помощи в Библии в своих усилиях по воспитанию благочестивых детей, верят, что Бог повелевает им шлепать.Они серьезно относятся к «пощади розгу и балуй ребенка» и опасаются, что, если они не шлепают, они совершат грех, потеряв контроль над своим ребенком. Из нашего опыта консультирования мы обнаруживаем, что эти люди - преданные родители, которые любят Бога и любят своих детей, но они неправильно понимают концепцию жезла.

Стихи жезла - что они на самом деле означают

Следующие библейские стихи вызвали величайшее замешательство:

«Безумие сковано в сердце ребенка, но жезл дисциплины уведет его далеко от него.(Прит. 22:15)

«Кто щадит жезл, ненавидит своего сына, но тот, кто любит его, старается наказать его». (Прит. 13:24)

«Не отказывай в наказании от ребенка; если вы накажете его жезлом, он не умрет. Накажи его жезлом и спаси его душу от смерти ». (Прит. 23: 13-14)

«Исправляющий жезл дает мудрость, а дитя, предоставленное самому себе, позорит свою мать». (Прит. 29:15)

Библейское толкование

На первый взгляд эти стихи могут показаться пренебрежительными.Но вы можете рассмотреть другое толкование этих учений. «Жезл» (шебет) означает разные вещи в разных частях Библии. Словарь иврита дает этому слову разные значения: палка (для наказания, письма, борьбы, правления, ходьбы и т. Д.). Хотя удочку можно было использовать для ударов, ее чаще использовали для ведения бродячих овец. Пастухи не использовали жезл, чтобы бить своих овец - а дети, безусловно, более ценны, чем овцы. Как хорошо учит пастырский писатель Филип Келлер в своей книге «Пастух смотрит на псалом 23», пастушья жезл использовался для отражения добычи, а посох - для того, чтобы осторожно направлять овец по правильному пути.(«Твой жезл и твой посох утешают меня» (Псалом 23: 4)).

Опрошенные нами еврейские семьи, которые внимательно следят за диетой и образом жизни, изложенными в Священном Писании, не практикуют «исправление стержней» со своими детьми, потому что они не следуют такой интерпретации текста.

Книга Притч - стихотворение. Логично, что писатель использовал бы известный инструмент для формирования имиджа авторитета. Мы считаем, что именно это Бог говорит о жезле в Библии - родители берут на себя заботу о ваших детях.Когда вы перечитываете «стихи о розыгрыше», используйте понятие родительского авторитета, когда вы подойдете к слову «розга», а не к понятию побоев или порки. Это звучит правдоподобно во всех случаях.

Ветхий Завет и Новый Завет

Хотя христиане и иудеи верят, что Ветхий Завет - это вдохновенное слово Бога, это также исторический текст, который на протяжении веков интерпретировался разными способами, иногда неправильно, чтобы поддержать убеждения. времен. Эти «жезльные» стихи обременены толкованиями телесных наказаний, поддерживающими человеческие представления.Другие части Библии, особенно Новый Завет, предполагают, что уважение, авторитет и нежность должны быть преобладающим отношением к детям среди людей веры.

В Новом Завете Христос изменил традиционную систему правосудия «глаза в глаза», применив подход «подставить другую щеку». Христос проповедовал кротость, любовь и понимание и выступал против любого резкого использования жезла, как сказал Павел в 1 Кор. 4:21: «С кнутом (жезлом) приду к вам, или с любовью и кротостью?» Далее Павел учил отцов тому, как важно не вызывать гнев в их детях (что обычно и происходит при порке): «Отцы, не раздражайте ваших детей» (Еф.6: 4) и «Отцы! Не ожесточайте детей ваших, иначе они будут разочарованы» (Кол. 3:21).

По нашему мнению, нигде в Библии не говорится, что вы должны отшлепать своего ребенка, чтобы быть благочестивым родителем.

ЗАПАСНИТЕ УТОЧКУ!

Есть родители, которых нельзя шлепать, и дети, которых нельзя шлепать. Есть ли в вашей истории, вашем темпераменте или отношениях с ребенком факторы, которые подвергают вас риску жестокого обращения с ним? Есть ли в вашем ребенке черты, которые делают шлепание неразумным?

  • Были ли вы оскорблены в детстве?
  • Вы легко теряете контроль над собой?
  • Вы шлепаете больше с меньшими результатами?
  • Вы шлепаете сильнее?
  • Порка не работает?
  • У вас есть особо нуждающийся ребенок? Волевой ребенок?
  • Ваш ребенок очень чувствителен?
  • Ваши отношения с ребенком уже далеки?
  • Есть ли в настоящее время ситуации, которые вас раздражают, например, финансовые или семейные трудности или недавняя потеря работы? Есть ли факторы, снижающие вашу самооценку?

Если ответ на любой из этих вопросов утвердительный, вам будет разумно развить в своем доме мышление, не допускающее шлепков, и приложить все усилия, чтобы придумать альтернативы, не связанные с телом.Если вы обнаружите, что не можете сделать это самостоятельно, поговорите с кем-нибудь, кто может вам помочь.

7. УДАР РАЗВИВАЕТ ГНЕВ - У ДЕТЕЙ И РОДИТЕЛЕЙ

Дети часто воспринимают наказание как несправедливое. Они с большей вероятностью восстанут против телесных наказаний, чем против других дисциплинарных методов. Дети не мыслят рационально, как взрослые, но у них есть врожденное чувство справедливости, хотя их стандарты не такие, как у взрослых. Это может помешать наказанию сработать так, как вы надеялись, и может способствовать гневу ребенка.Часто чувство несправедливости перерастает в чувство унижения. Когда наказание унижает детей, они либо восстают, либо уходят. Хотя может показаться, что шлепание заставляет ребенка бояться повторить проступок, у него больше шансов заставить ребенка бояться шлепка.

По нашему опыту и опыту многих, кто тщательно исследовал телесные наказания, дети, чье поведение контролируется шлепками в младенчестве и детстве, могут казаться внешне уступчивыми, но внутри они кипят от гнева.Они чувствуют, что их личность нарушена, и отделяют себя от мира, который, по их мнению, несправедлив по отношению к ним. Им трудно доверять, они становятся нечувствительными к миру, который был к ним нечувствителен.

Родители, которые исследуют свои чувства после порки, часто понимают, что все, что они сделали, - это избавиться от гнева. Это импульсивное высвобождение гнева часто вызывает привыкание, увековечивая цикл неэффективной дисциплины. Мы обнаружили, что лучший способ удержать себя от побуждения шлепать - это привить себе два убеждения: 1.Что мы не будем шлепать наших детей. 2. Что мы их дисциплинируем. Поскольку мы решили, что шлепки не подходят, мы должны искать лучшие альтернативы.

8. УДАР ВОССТАНАВЛИВАЕТ ПЛОХИЕ ВОСПОМИНАНИЯ

Воспоминания ребенка о том, как его отшлепали, могут оставить шрам от радостных сцен взросления. Люди чаще вспоминают травмирующие события, чем приятные. Я выросла в очень заботливой семье, но время от времени меня «заслуженно» шлепали. Я хорошо помню сцены с ветвями ивы.После моего проступка дед отправлял меня в мою комнату. Он сказал мне, что меня будут шлепать. Я помню, как смотрел в окно, видел, как он идет по лужайке и берет с дерева ветку ивы. Он возвращался в мою комнату и шлепал меня веткой по задней поверхности бедер.

Ветвь ивы казалась эффективным орудием для порки. Это задело меня и произвело на меня впечатление - физически и морально. Хотя я помню, как рос в любящем доме, я не помню конкретных счастливых сцен с почти таким количеством деталей, как я помню сцены порки.Я всегда думал, что одна из наших целей как родителей - наполнить банк памяти наших детей сотнями, возможно, тысячами приятных сцен. Удивительно, как неприятные воспоминания о порке могут блокировать эти положительные воспоминания.

9. ЗЛОУПОТРЕБИТЕЛЬНЫЕ УДАРЫ ИМЕЮТ ПЛОХОЕ ДОЛГОСРОЧНЫЕ ЭФФЕКТЫ

Исследования показали, что шлепки могут оставлять более глубокие и стойкие шрамы, чем мимолетное покраснение ягодиц. Вот краткое изложение исследования долгосрочных последствий телесных наказаний:

  • В проспективном исследовании, охватывающем девятнадцать лет, исследователи обнаружили, что дети, которые воспитывались в семьях с частыми телесными наказаниями, оказались более антиобщественными. и эгоцентричным, и это физическое насилие стало общепринятой нормой для этих детей, когда они стали подростками и взрослыми.
  • Студенты колледжа выказывали больше психологических расстройств, если они росли в семье, где меньше похвалы, больше ругательств, больше телесных наказаний и больше словесных оскорблений.
  • Опрос 679 студентов колледжа показал, что те, кто вспоминает, как их шлепали в детстве, принимали шлепки как способ дисциплины и намеревались шлепать собственных детей. Студенты, которых не шлепали в детстве, значительно меньше принимали эту практику, чем те, кого шлепали. Отшлепанные студенты также сообщили, что помнили, что их родители были в ярости во время порки; они помнили как порку, так и отношение, с которым она применялась.
  • Порка, кажется, имеет самые негативные долгосрочные последствия, когда заменяет позитивное общение с ребенком. Шлепки имели менее разрушительные долгосрочные последствия, если их применяли в любящем доме и в заботливой среде.
  • Исследование влияния физического наказания на последующее агрессивное поведение детей показало, что чем чаще ребенок подвергался физическому наказанию, тем более вероятно, что он будет вести себя агрессивно по отношению к другим членам семьи и сверстникам. Порка вызвала меньше агрессии, если она была сделана в общей среде воспитания, и ребенку всегда давали рациональное объяснение того, почему произошло шлепание.
  • Исследование, посвященное определению того, имел ли шлепок по руке какие-либо долгосрочные эффекты, показало, что у малышей, которых наказывали легким шлепком по руке, через семь месяцев наблюдалась задержка исследовательского развития.
  • Взрослые, которые в подростковом возрасте подвергались частым физическим наказаниям, имели в четыре раза больше случаев избиения супругов, чем те, чьи родители их не били.
  • Мужья, выросшие в семьях, где насилие было жестоко, в шесть раз чаще избивают своих жен, чем мужчины, выросшие в семьях, где насилие не применялось.
  • Более 1 из 4 родителей, которые выросли в доме с насилием, были достаточно жестокими, чтобы рисковать серьезно повредить своему ребенку.
  • Исследования тюремного населения показывают, что большинство жестоких преступников выросли в жестоких домашних условиях.
  • История жизни отъявленных жестоких преступников, убийц, грабителей, насильников и т. Д., Вероятно, свидетельствует о чрезмерной физической дисциплине в детстве.
Заключение

Доказательства против порки неопровержимы.Сотни исследований приходят к одним и тем же выводам:

1. Чем больше физических наказаний получает ребенок, тем агрессивнее он или она станет.
2. Чем больше детей будут шлепать, тем больше вероятность, что они будут оскорблять своих собственных детей.
3. Порка семян растений для последующего агрессивного поведения. 4. Шлепки не работают.

10. Шлепки не работают

Многие исследования показывают бесполезность порки как дисциплинарной техники, но ни одно не показывает ее полезности.За последние пятьдесят лет педиатрической практики мы наблюдали тысячи семей, которые пытались шлепать и обнаружили, что это не работает. Наше общее впечатление таково, что родители шлепают меньше, чем больше их опыт. Порка не работает ни для ребенка, ни для родителей, ни для общества. Порка не способствует хорошему поведению. Это создает дистанцию ​​между родителем и ребенком и способствует насильственному обществу. Родители, которые полагаются на наказание как на основной вид дисциплины, не растут в познании своего ребенка.Это мешает им создавать лучшие альтернативы, которые помогли бы им узнать своего ребенка и построить лучшие отношения.

В процессе воспитания восьми собственных детей мы также пришли к выводу, что шлепки не работают. Мы обнаружили, что шлепаем все меньше и меньше по мере того, как наш опыт и количество детей росли. В нашем доме мы запрограммировали себя против порки. Мы стремимся создать такое отношение в наших детях и такую ​​атмосферу в нашем доме, которая сделает шлепки ненужными.Поскольку шлепки не подходят, мы были вынуждены придумать альтернативы получше. Это не только сделало нас лучшими родителями, но и, в конечном итоге, мы считаем, что это сделало детей более чувствительными и хорошо воспитанными.

Для получения дополнительной информации по этой теме прочтите «Дисциплинарная книга: как иметь более воспитанного ребенка от рождения до десяти лет»

Посетите наш веб-сайт для получения дополнительной информации о дисциплине

Dr.Билл Сирс

Как реагировать, когда ваш ребенок ударил вас

Удар ребенка может расстраивать, смущать и приводить в ярость. У некоторых родителей это вызывает чувство стыда и отчаяния. Многие родители беспокоятся, что агрессия их ребенка по отношению к ним является признаком того, что они каким-то образом потерпели неудачу как родитель. Но большинство детей в тот или иной момент бьют. То, как вы реагируете на удары ребенка, является ключом к тому, чтобы пресечь его в зародыше.

Причины, по которым дети бьют

Есть несколько причин, по которым дети бьют своих родителей.Иногда они набрасываются, потому что у них нет навыков управлять своими чувствами и выражать их более социально приемлемым способом. Им может не хватать языка или контроля над своими импульсами, чтобы справиться со своими чувствами. Они бьют, не задумываясь о последствиях или других способах удовлетворения своих потребностей.

Удары также можно использовать как инструмент манипуляции. Иногда дети бьют, пытаясь добиться своего. Ребенок, который бьет свою мать, когда она говорит «нет», возможно, надеется, что его агрессия передумает.

Что делать, если ваш ребенок ударил вас

То, как вы отреагируете на удары, повлияет на вероятность того, что ваш ребенок ударит снова. Ниже приведены некоторые дисциплинарные стратегии, которые вы можете использовать, чтобы защитить себя и их от вреда, обучая их лучшим способам справляться со своими чувствами и управлять своим поведением.

Установить правила

Создавайте домашние правила, направленные на уважение. Дайте понять, что в вашем доме запрещено бить, пинать, кусать или акты физической агрессии.

По возможности создавайте свои правила в позитивном ключе. Вместо того, чтобы говорить: «Не бей», скажите: «Используйте уважительные прикосновения». Поговорите со своим ребенком о правилах, чтобы убедиться, что они понимают последствия их нарушения.

Когда ваш ребенок бьет вас, твердо скажите: «Не бей. Бить больно ». Держите свои сообщения последовательными, чтобы научить ребенка, что бить нельзя, и вы этого не потерпите.

Используйте последствия для обеспечения соблюдения правил

Если ваш ребенок знает правила, но продолжает бить, воспользуйтесь некоторыми из следующих последствий, чтобы удержать его от повторного удара.

  • Тайм-аут или тайм-аут : Для некоторых детей тайм-аут или тайм-аут могут быть наиболее эффективным способом удержать их от повторного удара. Тайм-аут или тайм-аут учит детей, как успокоиться, и удаляет их из окружающей среды. Важно научить их, как управлять собой в это спокойное время.
  • Лишение привилегий : Другие дети могут потребовать дополнительных мер. Отмена привилегий может быть эффективной стратегией дисциплины.Ограничьте доступ вашего ребенка к электронике или определенным игрушкам на 24 часа или меньше, в зависимости от возраста ребенка. Чем младше ребенок, тем меньше времени ему нужно вдали от объекта.
  • Возмещение ущерба : Заставьте ребенка выполнить дополнительную работу за вас или попросите его нарисовать вам картинку, чтобы исправить положение.

Подкрепление хорошего поведения положительными последствиями может побудить вашего ребенка перестать бить. Например, поощрите ребенка за «нежные прикосновения».«Разбейте день на несколько периодов времени, чтобы он мог заработать стикеры или жетоны за хорошее поведение.

Вы также можете похвалить своего ребенка, когда он делает мягкие прикосновения. Когда они обнимают вас, обязательно скажите, как сильно вы любите приятные прикосновения, такие как объятия. Также хвалите их, когда они вас слушают и перестают бить.

Учите соответствующему поведению

Недостаточно просто сказать детям: «Не бей». Также научите своего ребенка управлять гневом. Поощряйте ребенка прочитать книгу, нарисовать картинку, сделать глубокий вдох или пойти в свою комнату, когда он злится.

Расскажите ребенку о чувствах, таких как грусть и разочарование. Обсудите важность правильного обращения с этими чувствами и помогите своему ребенку найти стратегии, которые помогут ему безопасно справиться со своими эмоциями.

Избегайте телесных наказаний

Если вы используете шлепки в качестве наказания, ваш ребенок не поймет, почему вам разрешено бить, а ему - нет. Вместо того, чтобы учить самоконтролю, шлепки могут усилить агрессию вашего ребенка.

Дети узнают больше о своем поведении из того, что они видят, а не из того, что они слышат, как вы говорите.Моделируйте поведение, которое вы хотите видеть в своем ребенке. Покажите своему ребенку, как справляться с гневом, грустью и разочарованием социально приемлемыми способами.

Получите профессиональную помощь

Если у вас есть старший ребенок, который вас ударил, или у вас особенно агрессивный дошкольник или малыш, обратитесь за профессиональной помощью. Поговорите с педиатром вашего ребенка о том, что вас беспокоит. Ваш педиатр может направить вашего ребенка на обследование, чтобы помочь определить причину агрессии и разработать план ее устранения.

Иногда основные проблемы могут способствовать агрессии у детей. Например, дети с СДВГ или оппозиционно-вызывающим расстройством с большей вероятностью пострадают. В других случаях дети с задержкой когнитивного развития или развития могут пострадать из-за того, что им не хватает способности использовать свои слова или управлять своими импульсами.

Это то, что происходит, когда вы бьете своих детей

Звезда Национальной футбольной лиги Адриан Петерсон недавно был обвинен в жестоком обращении с детьми после того, как наказал своего 4-летнего сына, ударив его выключателем.Избиение было настолько жестоким, что на теле ребенка, в том числе и на гениталиях, остались рубцы. Обвинение Петерсона вызвало бурю споров о целесообразности избиения детей в качестве наказания за плохое поведение.

Вот семь вещей, которые вам нужно помнить о физической дисциплине.

1. Уважение к своим родителям не означает делать именно то, что они делали.

Наши родители, бабушки и дедушки приняли многие вещи, которые мы больше не считаем приемлемыми сегодня: законы Джима Кроу, курение и употребление алкоголя во время беременности, реклама вакансий как «Требуется помощь: мужчина; требуется помощь: женщина» и т. Д.Мы пришли к выводу, что многие из этих традиций и верований ошибочны, и совершенно обоснованно отвергаем их. Можно любить своих родителей и отвергать их традиции или верования. Можно согласиться с тем, что они делали то, что считали правильным в то время, одновременно решая не делать этого или не верить этим вещам.

2. Удар по детям учит их тому, что сила делает добро.

Родители физически крупнее и сильнее детей. Они также знают больше, чем дети, и, поскольку их мозг полностью развит, они способны к большему самоконтролю.Когда родитель пытается заставить детей вести себя лучше, ударив их, этот родитель говорит им, что ударить людей, которые меньше и слабее вас, - это приемлемый способ получить от них то, что вы хотите. Почему это должно удивлять этого родителя, когда их дети избивают младших детей в школе или вырастают битьями жен?

3. Взрослые часто выходят из-под контроля, когда бьют детей.

Если вы позволите себе физически дисциплинировать своих детей, ВЫ подвергнетесь риску стать насильником.Адриан Петерсон - не единичный случай, когда взрослый потерял его, применяя физическую дисциплину. Став взрослыми, мы часто возвращаемся домой разочарованными, уставшими и злыми. У нас нет терпения разбираться с тем, что могут предложить наши дети. Как только вы начнете бить ребенка, который нажимает на ваши кнопки, вы испытаете огромное облегчение. И это приятное облегчение может побудить вас нанести еще больший и сильный удар. Петерсон признает, что перешел черту. Почему ты не веришь?

Вероятность того, что вы переступите черту.Довольно скоро вы дадите себе разрешение ударить своего ребенка даже за малейшее нарушение, потому что вы пристраститесь к тому приливу облегчения, который вы получаете от удара кого-то беззащитного. И вам не захочется признать тот факт, что вы бьете своего ребенка, потому что он чувствует себя хорошо.

4. Нанесение ударов вашим детям может остановить их плохое поведение, но в конечном итоге нанесет им вред и ваши отношения с ними.

Люди, которые считают, что «щадящая розга портит ребенка», обычно игнорируют огромное количество исследований, показывающих, что удары по детям превращают их в злых, обиженных взрослых с психологическими и эмоциональными проблемами.Обширный метаанализ исследований последствий наказания показал, что чем больше физических наказаний получают дети, тем более вызывающе они проявляют себя по отношению к родителям и властям, чем хуже их отношения с родителями, тем с большей вероятностью они сообщат о том, что избили партнера по свиданию или супруг. Они также с большей вероятностью страдают проблемами психического здоровья, такими как беспокойство, депрессия и проблемы со злоупотреблением психоактивными веществами, и менее склонны сочувствовать другим или усваивать нормы морального поведения.

Рациональный человек меняет свои убеждения, когда оказывается, что реальность противоречит этим убеждениям.

Данные показывают, что наказание должно соответствовать возрасту и применяться при необходимости. Легкие шлепки могут быть приемлемы для детей в возрасте от 2 до 6 лет, детей старшего возраста следует наказывать ненасильственными методами, а родители, испытывающие гнев или склонность к насилию, должны полностью избегать физического наказания. Согласно национальной статистике, в 2012 году почти 125 000 детей стали жертвами физического насилия, достаточно серьезного, чтобы им требовалась медицинская помощь, и 42% этих жертв были в возрасте до 6 лет.

Даже применяя физическое наказание к маленькому ребенку, вы должны быть уверены, что наказание действительно требуется в данных обстоятельствах.Однажды я увидел отца и маленького сына (около пяти лет), ехавших на велосипеде по оживленной дороге, а отец ехал за сыном. Отец был вне себя от ярости, потому что его сын просто не хотел думать о дороге. Казалось, все его отвлекало. Отец, наконец, потерял его, стащил сына с велосипеда и сильно ударил его о днище. «То, что вы делаете, опасно», - закричал он, - «Вас могут убить! Чего отец не понимал, так это того, что его маленький сын не был способен игнорировать все эти отвлекающие факторы.Его сын был наказан за невыполнение того, что он был не в состоянии сделать. Ребенок этого возраста больше способен следовать за кем-то на велосипеде, чем вести его. Причина этого является биологической: самоконтроль и сосредоточенность - это функция лобных долей мозга, а лобные доли не полностью развиты или полностью связаны с остальной частью мозга до раннего взрослого возраста.

5. Бить детей запрещено более чем в тридцати странах мира, но полностью законно в США.

Почему мы так отстали в своем мнении, что агрессия против детей в конечном итоге подавляет агрессию? Если избиение детей - это самый надежный способ снизить уровень преступности и воспитывать хорошее поведение, тогда почему у нас также самое большое количество заключенных в мире?

6.Физические наказания НЕ более распространены в чернокожих общинах.

Бывшая звезда НФЛ Чарльз Баркли защищал действия Петерсона, утверждая, что «Я черный парень ... Я с Юга ... Порка - мы делаем это постоянно. тюрьму при тех обстоятельствах ".

Тем не менее, недавний опрос показал, что восемь из десяти чернокожих и семь из десяти белых одобряют физическое наказание детей. Вот видео, на котором белый судья с юга избивает свою дочь-подростка, в то время как его жена смотрит и одобряет.Хорошая новость заключается в том, что тот же опрос показал, что рейтинг одобрения физических наказаний снизился с 84% в 1986 году до 70% в 2012 году.

7. Есть более эффективные способы добиться желаемого поведения.

Предположим, что вы, как родитель, больше заинтересованы в формировании поведения своих детей, чем в применении физического наказания как средства выражения собственного гнева и разочарования. Маленького ребенка обычно достаточно пугает просто видеть, насколько вы злы. Вам не нужно усугублять страх физическим.Здесь можно найти семь отличных средств дисциплины. Вот простой способ выполнить работу:

Если вы сделаете X, вы будете наказаны. Если вы вместо этого сделаете Y, вы будете вознаграждены. Что вы выберете?

Пока поведение и последствия конкретны и ясны, этот подход является очень эффективным средством формирования поведения. Это позволяет детям почувствовать, что у них есть определенная степень контроля над тем, что с ними происходит, и учит их искать и обдумывать выбор. Это может сработать даже с детьми-оппозиционерами - детьми, которые особенно дерзки и которых трудно контролировать.

Так что сделайте себе одолжение: используйте свой полностью развитый взрослый мозг, чтобы придумать умные, не оскорбительные способы заставить своих детей делать то, что вы от них хотите.

Авторские права д-ра Дениз Камминс, 19 сентября 2014 г.

, 28 апреля 2016 г. - Обновленная информация о том, что происходит, когда вы бьете своих детей: 50 лет исследований с участием более 160 000 детей недвусмысленно показывают, что шлепки не только неэффективны как форма дисциплины, но и вредны для психического здоровья детей и взрослых.

Дело против порки

Растущее количество исследований показало, что шлепки и другие формы физического воспитания могут представлять серьезный риск для детей, но многие родители не слышат об этом.

«Это очень противоречивая область, даже несмотря на то, что исследование чрезвычайно красноречиво и очень ясно и последовательно описывает негативное воздействие на детей», - говорит Сандра Грэхам-Берманн, доктор философии, профессор психологии и главный исследователь лаборатории детского насилия и травм при Институте детского насилия. Университет Мичигана.«Люди расстраиваются и бьют своих детей. Может быть, они не видят других вариантов ».

Многие исследования показали, что физическое наказание - включая шлепки, удары и другие способы причинения боли - может привести к усилению агрессии, антиобщественному поведению, физическим травмам и проблемам с психическим здоровьем у детей. Принятие американцами физических наказаний снизилось с 1960-х годов, однако опросы показывают, что две трети американцев по-прежнему одобряют порку своих детей родителями.

Но шлепки не работают, - говорит Алан Каздин, доктор философии, профессор психологии Йельского университета и директор Йельского центра воспитания детей и клиники поведения детей.«Вы не можете наказывать за нежелательное поведение, - говорит Каздин, занимавший пост президента АПА в 2008 году. - Согласно исследованиям, телесные наказания не нужны. Мы не отказываемся от эффективной техники. Мы говорим, что это ужасная вещь, которая не работает ».

Доказательства причинения вреда

На международном уровне физическая дисциплина все чаще рассматривается как нарушение прав человека детей. Комитет ООН по правам ребенка издал в 2006 году директиву, в которой физическое наказание названо «узаконенным насилием в отношении детей», которое следует искоренить во всех обстоятельствах с помощью «законодательных, административных, социальных и образовательных мер.Договор, по которому был учрежден комитет, поддержали 192 страны, и только США и Сомали не ратифицировали его.

Во всем мире 30 стран запретили физическое наказание детей в любых условиях, в том числе дома. «Юридические запреты обычно использовались как инструмент общественного просвещения, а не как попытки криминализировать поведение родителей, которые шлепают своих детей», - говорит Элизабет Гершофф, доктор философии, ведущий исследователь по физическим наказаниям в Техасском университете в Остине.

«Физическое наказание не помогает детям подчиняться, поэтому родители думают, что им нужно продолжать его усугублять. Вот почему это так опасно », - говорит она.

Проанализировав десятилетия исследований, Гершофф написал Отчет о физическом наказании в Соединенных Штатах: Что исследования говорят нам о его влиянии на детей , опубликованный в 2008 году совместно с Детской больницей Феникса. В отчете рекомендуется, чтобы родители и опекуны прилагали все усилия, чтобы избежать физического наказания, и призывает к запрету физического наказания во всех странах U.С. школы. Отчет был одобрен десятками организаций, в том числе Американской академией педиатрии, Американской медицинской ассоциацией и организацией «Психологи за социальную ответственность».

После трех лет работы в Целевой группе АПА по физическому наказанию детей Гершофф и Грэм-Берманн написали в 2008 году отчет, в котором резюмируются рекомендации целевой группы. В этом отчете рекомендуется, чтобы «родители и опекуны уменьшили и, возможно, полностью исключили применение любых физических наказаний в качестве дисциплинарных мер.В докладе содержится призыв к психологам и другим специалистам «указать родителям, что физическое наказание не является подходящим или даже неизменно эффективным методом наказания».

«У нас есть возможность занять решительную позицию в пользу защиты детей», - говорит Грэм-Берманн, возглавлявший рабочую группу.

Комитет APA по делам детей, молодежи и семьи (CYF) и Совет по развитию психологии в интересах общества единогласно одобрили предложенную резолюцию в прошлом году на основе рекомендаций целевой группы.В нем говорится, что АПА поддерживает «использование родителями нефизических методов наказания детей» и выступает против «применения суровых или вредных физических наказаний к любому ребенку». АПА также должна поддержать дополнительные исследования и кампанию по просвещению населения об «эффективности и результатах, связанных с телесными наказаниями и нефизическими методами дисциплины», - говорится в предлагаемой резолюции. После получения отзывов от других советов и комитетов APA весной 2012 года Совет представителей APA рассмотрит вопрос о принятии резолюции в качестве политики APA.

Престон Бритнер, доктор философии, психолог по вопросам развития детей и профессор Университета Коннектикута, в качестве сопредседателя CYF помог разработать предлагаемую резолюцию. «Это касается озабоченности по поводу физического наказания и растущего объема исследований альтернатив физическому наказанию, а также идеи о том, что психология и психологи могут внести большой вклад в разработку этих альтернативных стратегий», - говорит он.

Прошло более трех десятилетий с тех пор, как в 1975 году АПА одобрило резолюцию о запрете телесных наказаний в школах и других учреждениях, но она не касалась физической дисциплины в семье.В этой резолюции говорилось, что телесные наказания могут «вызвать враждебность, гнев и чувство бессилия, не уменьшая нежелательного поведения».

Результаты исследования

Физическое наказание может сработать на мгновение, чтобы остановить проблемное поведение, потому что дети боятся ударов, но оно не работает в долгосрочной перспективе и может сделать детей более агрессивными, говорит Грэм-Берманн.

Исследование, опубликованное в прошлом году в журнале Жестокое обращение с детьми и пренебрежение , выявило цикл насилия в семьях, где применялись физические наказания, передаваемый из поколения в поколение.Исследователи опросили родителей и детей в возрасте от 3 до 7 лет из более чем 100 семей. Дети, подвергавшиеся физическому наказанию, с большей вероятностью одобряли нанесение ударов как средство разрешения своих конфликтов со сверстниками, братьями и сестрами. Родители, которые в детстве подвергались частым физическим наказаниям, с большей вероятностью считали это приемлемым и часто шлепали своих детей. Их дети, в свою очередь, часто считали, что шлепки являются подходящим дисциплинарным методом.

По словам Гершофф, негативные последствия физического наказания могут не проявиться в течение некоторого времени.«Ребенка не шлепают, а потом не выбегают и не ограбят магазин», - говорит она. «Есть косвенные изменения в том, как ребенок думает и думает о вещах».

Как и во многих областях науки, некоторые исследователи расходятся во мнении относительно достоверности исследований физических наказаний. Роберт Ларзелере, доктор философии, профессор Университета штата Оклахома, изучающий родительскую дисциплину, был членом целевой группы APA, который опубликовал свой собственный отчет о меньшинствах, поскольку он не согласился с научной основой рекомендаций целевой группы.Хотя он согласен с тем, что родители должны уменьшить применение физических наказаний, он говорит, что большинство цитируемых исследований корреляционные и не показывают причинно-следственной связи между физическим наказанием и долгосрочными негативными последствиями для детей.

«Исследования не проводят четкого различия между ненадлежащими и чрезмерно суровыми видами телесных наказаний», - говорит Ларзелере. «Вы получаете худшие результаты от телесных наказаний, чем от альтернативных дисциплинарных методов, только когда они используются более строго или в качестве основной дисциплинарной тактики.”

В метаанализе 26 исследований Ларзелере и его коллега обнаружили, что подход, который они описали как «условное шлепание», приводит к большему сокращению неповиновения детей или антиобщественного поведения, чем 10 из 13 альтернативных методов дисциплины, включая рассуждение, устранение привилегии и тайм-аут ( Обзор клинической детской и семейной психологии , 2005). Ларзелере определяет условное шлепание как дисциплинарную технику для детей от 2 до 6 лет, при которой родители наносят два удара открытой рукой по ягодицам только после того, как ребенок нарушил более мягкую дисциплину, например тайм-аут.

Гершофф говорит, что все исследования физических наказаний имеют некоторые недостатки. «К сожалению, все исследования родительской дисциплины будут корреляционными, потому что мы не можем случайным образом назначить детей родителям для эксперимента. Но я не думаю, что мы должны игнорировать все проведенные исследования », - говорит она. «Я могу сосчитать с одной стороны исследования, которые обнаружили что-то положительное о физических наказаниях, и сотни отрицательных».

Обучение новым навыкам

Если родители не должны бить своих детей, какие ненасильственные методы могут помочь с дисциплиной? Программа обучения родительскому менеджменту, возглавляемая Каздином в Йельском университете, основана на исследованиях по прикладному поведенческому анализу.Программа учит родителей использовать положительное подкрепление и бурную похвалу для поощрения детей за хорошее поведение.

Каздин также использует технику, которая может показаться безумием для большинства родителей: советует малышам практиковать истерику. Родители просят своих детей устроить имитацию истерики без одного нежелательного элемента, например, ударов ногами. По словам Каздина, постепенно, когда дети начинают контролировать истерики, когда они не злятся, их настоящие истерики утихают.

Сохранение спокойствия во время истерики - лучший подход в сочетании с тайм-аутом, когда это необходимо, и последовательным планом дисциплины, который поощряет хорошее поведение, - говорит Грэм-Берманн.APA предлагает программу «Взрослые и дети вместе против насилия», в рамках которой проводятся занятия по обучению родительским навыкам в рамках общенациональной исследовательской программы под названием «Родители воспитывают безопасных детей». Курс учит родителей, как избежать насилия с помощью управления гневом, положительной детской дисциплины и разрешения конфликтов. (Для получения дополнительной информации о ACT см. Ноябрьский Monitor .)

Родители должны поговорить со своими детьми о подходящих средствах разрешения конфликтов, говорит Гершофф.Установление доверительных отношений может помочь детям поверить в то, что дисциплина не является произвольной и не вызвана гневом.

«Отчасти проблема в том, что хорошая дисциплина не бывает быстрой или легкой», - говорит она. «Даже лучшие из нас, родители, не всегда обладают таким терпением».


Брендан Л. Смит, писатель из Вашингтона, округ Колумбия

.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *