Не боюсь смерти: Владимир Познер: «Не боюсь смерти»

Содержание

Мне кажется, я не боюсь смерти

Постоянный автор «Правмира» Варвара Турова написала очень личный и честный текст — приглашение к разговору и совместному осмыслению.

Я летела на самолете, и самолет стал падать. Вокруг меня люди стали плакать, молиться, кричать, биться в истерике. А я подумала: «Боже мой, я умираю, какое счастье». Меня охватила настоящая эйфория. Следом мелькнула мысль «Как же мама, папа, они не переживут», и сразу же следующая — «Теперь это уже не мое дело. Это уже не моя проблема. К сожалению, я уже не могу им помочь. Я должна, обязана заняться своим делом, прямо сейчас, делом умирания, я должна заняться собой, и наконец-то у меня есть эта возможность».

Я сидела в кресле, смотрела в окно, видела, с какой невероятной скоростью приближаемся мы к земле, и испытывала настоящее счастье, нетерпение, как в детстве,когда не терпится получить подарок. Потом самолет смог вырулить, благополучно приземлился, я по этому поводу не испытала ничего, ну так, пожала плечами, и пошла по своим делам, а потом проснулась.

Этот сон — всего лишь сон — я помню каждый день. Я помню это счастье, полное отсутствие страха, и нетерпение — от того, что скоро я узнаю, как обстоит дело там, на самом деле, наконец-то я узнаю, что там. Я узнаю, есть ли Бог, я узнаю, что он такое, я узнаю, что происходит после жизни. Я стану свободной.

Мне пока что очень повезло, я пока что почти никогда не теряла близких. Мой дедушка умер от старости, он умер у нас на руках, окруженный близкими, мы всей семьей не выходили из дома два последних дня его жизни, мы с сестрой пели ему на два голоса, он был с нами, нам было грустно с ним расставаться, но в этом не было трагедии. Это был естественный, красивый и счастливый уход.

Последнее время я хожу на похороны почти каждую неделю. Умирают друзья, дети и родители многих моих друзей. Их смерти не касаются меня впрямую, я хожу туда, чтобы поддержать своих друзей. Я даже представить не могу, каково им. Как они это переживают. Я не могу представить ничего тяжелее, чем разлука с любимыми родными людьми, с детьми. Я не могу представить, как можно пережить смерть собственного ребенка. Это случилось с очень многими моими близкими. Слишком многими.

Я очень боюсь терять. У меня такая фобия. Некоторые люди боятся темноты или высоты. Я боюсь потерять. Я не знаю, как быть с этой фобией, мне ведь точно придется терять, хоронить, снова и снова просыпаться и знать, что мне не приснилось это горе, знать, что я больше не увижу кого-то, кого очень люблю. Моя фобия настолько сильна, что я не могу допечатать этот текст. Меня сковывает этот страх.

Недавно я поделилась этим страхом со своей семьей. Я сказала им — «пожалуйста, будьте осторожны, осторожно водите машину, проверяйтесь у врачей, вообще, берегите себя, потому что я очень боюсь вас потерять, я боюсь этого постоянно, в ежедневном режиме, без выходных». Мне ответили в том смысле, что так нельзя, надо верить, надо верить и надеяться на лучшее. Надо верить, что все будет хорошо. И надо верить, что смерть не разлучит нас. Надо верить.

Меня крестили, когда мне было несколько недель. Я выросла в доме, в котором слова вера, православие, церковь имели и имеют значение. Я выросла в традиции, в которой принято не сомневаться в существовании ада и рая, в существовании Господа, который поощряет и наказывает, испытывает и любит, который больше, лучше и прекраснее всего на свете. Я выросла в православии, в православной Церкви, в которой не принято задавать слишком много вопросов. Принято верить. Я выросла в этом и я не задавала вопросов. Мне не приходило в голову их задать. Я не знаю, к чему я пришла спустя много лет того, что сама считала верой.

Привет, меня зовут Варя, я учусь петь, я православная, и я не знаю, есть ли Бог. Или, например, я не верю, что существует ад. Я не могу поверить, что великий, прекрасный Бог, которого я, как я всегда думала, любила всю свою жизнь, может взять и не простить кого-то. Отправить кого-то на раскаленную сковородку, в кипящее масло. Я не знаю, что такое рай. Увидимся ли мы с нашими любимыми, потом, на небесах? Или рай это индивидуальное понятие, частная собственность, отдельные номера с красивым видом?

Фото: sitewomen-samai.ru

Я выросла и стала задавать себе все эти вопросы. Я не знаю, как быть с основными догмами, законами и тезисами Православия, почти к каждому из них у меня теперь есть вопрос. Я не нахожу на них ответов. Может быть, моя вера не проходит испытание моими же собственными вопросами. Может быть, она непростительно мала. Я не знаю.

Но я не сомневаюсь ни одной секунды — жизнь не кончается смертью. Я чувствую, знаю, слышу это. В каждом дне, в каждом порыве ветра, я чувствую и ощущаю физически существование чего-то несравнимо большего, чем наша жизнь. Может быть я слишком самонадеянна, раз мне приснился такой прекрасный сон про собственную смерть. Может быть, это совершенная иллюзия, милая мелодрама. Может быть, мне только кажется, что я не боюсь своей собственной смерти. Страх смерти — один из основных инстинктов любого живого существа, страх смерти — наш центр, страх руководит нами, провоцирует нас, сковывает нас, развивает нас, страх движет нами. Может быть, я боюсь своей собственной смерти так сильно, что даже не замечаю этого страха. Но мне ничего неизвестно об этом. Мне кажется, я не боюсь.

Я боюсь терять.

Я каждый день думаю, какой большой это эгоизм. Какая большая это гордыня, делать такую большую разницу, между своей смертью и смертью близких.
Мне придется многих терять, я не смогу этого избежать, я не смогу к этому заранее подготовиться, я не смогу подстелить соломку, мое сердце будет разрываться каждый раз, когда мне придется терять кого-то, кого я люблю. Но каждый день, каждый день, ежедневно, без выходных, я стараюсь помнить — когда-нибудь я тоже умру. Это помогает.

Я умру, и я узнаю, как обстоят дела на самом деле. И я надеюсь, что каждым днем, каждым порывом ветра, каждым ливнем, каждой птицей над рекой, каждым розовым небом, зимним вечером, каждым знойным августовским днем, каждым толстенным старым деревом, каждой пушинкой, каждой сменой света, когда солнце в полдень вдруг уходит за тучу, и в комнате становится темней — всем этим я каким-то образом смогу помочь тем, кто будет тосковать обо мне. Может быть, каким-то образом я смогу помочь им точно чувствовать, что моя жизнь не кончилась смертью. Что жизнь не кончается смертью. Что жизнь не конечна.

И что смерти нет.

Психологи рассказали, как обуздать страх смерти

В канун этого Хэллоуина из-за новостей о пандемии и локдаунов люди испытывают страх смерти чаще обычного. Страх — нормальная защитная реакция человеческой психики, испытывать его даже полезно, чтобы больше ценить жизнь, проживать ее более насыщенно и с меньшим вредом для здоровья. Психику полезно тренировать — страх притягивает: не случайно жанр хоррора так популярен, а у новостей о катастрофах всегда много просмотров. «Газета.Ru» попросила психологов рассказать, чего боятся современные люди.

У каждого свои страхи

Как со временем меняются страхи человечества, легко проследить по жанру фильма ужасов и народных страшилок. Если в XIX веке боялись мифологических ведьм, чудовищ, вампиров и порождения трансгуманизма — Франкенштейна, а также маньяков, то в XX веке страх сместился в сторону человеческого фактора: появились фильмы про страх соседей — «Жилец» Романа Полански, страх беременности — его же «Ребенок Розмари».

Альфред Хичкок снимал фильмы про страх высоты и птиц, а Стивен Кинг в книге «Сияние», экранизированной Стэнли Кубриком, показывает ребенка, который в сферу потустороннего относит собственный страх перед домашним насилием со стороны пьяного отца. В XXI веке страхи переместились в интернет, откуда зачастую исходит угроза для героев современных ужастиков вроде «Убрать из друзей». Но самый популярный страх всех времен — страх смерти. Психологи объясняют почему.

«Каждый человек хотя бы раз в жизни задумывался о смерти, своей или близких, представлял себе потусторонний мир, который, возможно, ждет его после смерти, и, наверняка, потом гнал эти мысли прочь: «Не надо об этом думать, можно накликать беду».

«Это то, о чем не принято говорить с близкими, даже думать про себя, — рассуждает психолог Светлана Бокач, эксперт сервиса занятий с психологами Zigmund.Online. —

Страх смерти один из базовых страхов человека. Он связан с неизвестностью и базовой потребностью в безопасности. Неизвестность порождает неопределенность, которая сеет тревожность – крайне некомфортное состояние».

По словам психолога, это стало особенно заметно в пандемию: никто не знает, что будет дальше и когда все вернется в норму. «Тревожность буквально витает в воздухе. Именно поэтому при возникновении мыслей о смерти включается механизм защиты психики – избегание», — поясняет психолог.

Страх смерти часто перекликается с еще одним базовым страхом — одиночества. «Страшно умирать одному. А если человек верующий, то страх подкрепляется еще и тем, что он может быть наказан за то, что как-то неправильно поступал, говорил, жил, — поясняет Бокач. — Страх смерти очень многогранный. У каждого свои страхи, которые объединяет страх смерти, которая находится вне нашего контроля. Поэтому, на мой взгляд, важно исследовать этот свой страх, его природу и что за ним стоит, о чем он нам говорит».

По ее словам, люди испытывают облегчение, спокойствие, когда удается проговорить про страх смерти вслух. «Это позволяет познакомиться с ним, увидеть его под другим углом, поменять к нему отношение и впоследствии избавиться от причин, которые этот страх подкрепляют», — добавляет эксперт.

Смерть объединяет

Для этой цели существует социальная франшиза Death Café, действующая в 73 странах мира: кафе, куда приходят поговорить о смерти. Его придумал британский веб-дизайнер Джон Андервуд в 2011 году, и в 2016 году такие кафе появились в России. Все участники этого проекта волонтеры.

«Чаще всего на встречи приходят для того, чтобы поговорить, высказаться, поделиться переживаниями, которые сложно, а иногда невозможно, обсудить с близкими. Кто-то приходит просто послушать, — рассказала «Газете.Ru» волонтер московского проекта Галина Сидорова. — Самые горячие благодарственные отзывы приходят от людей, которые за 2,5 часа не сказали ни слова. Человек сидел и слушал, пил чай, почти не смотрел на выступающих, а потом написал, что получил ответы на свои вопросы и благодарит за такой уникальный формат общения».

По словам Галины Сидоровой, в кафе смерти умудряются и заводить романтические знакомства. «Парень с девушкой сели рядом на одной из встреч, оба пришли со своими друзьями. Они активно участвовали в беседе, комментировали высказывания друг друга. Было заметно, как им приятно общение. Через некоторое время они пришли вдвоем, держась за руки. Так что смерть объединяет, — рассказывает волонтер. — Приятно видеть, что к нам приходят и очень молодые люди, лет 20-ти, и пожилые, кто готов делиться опытом, к нам приходит много мужчин. Кстати, именно они беспокоятся о том, как говорить с детьми о смерти. На встречи приходят люди разных религиозных конфессий и ни разу не возник конфликт на этой почве».

Тема смерти много раз обсуждалась в психоаналитической среде еще со времен Зигмунда Фрейда. И хотя открытие самого деструктивного влечения к смерти приписывают Сабине Шпильрейн, Зигмунд Фрейд смог объединить разрозненные взгляды в одну теорию, в которой противопоставлял влечение к смерти влечению к жизни, включающему сексуальные влечения и инстинкты самосохранения, рассказывает Наталья Лопатина, психолог сервиса YouTalk.

«Несмотря на то, что во многих древних культурах смерть была как награда, почетная миссия (например, Майя приносили в жертву самых лучших своих представителей), мы не можем наверняка утверждать, что жертва не испытывала страха», — добавляет эксперт.

На протяжении жизни абсолютно естественно сталкиваться с разнообразными видами страха разной интенсивности, считает психолог Анна Гаевская, эксперт сервиса занятий с психологами Zigmund.Online. «Это может быть как легкая тревожность, так и крайние проявления фобий.

Страх — эмоциональное состояние человека, которое направлено на выживание и является эволюционно оправданным. И вместе с тем, страхи бывают рациональными и иррациональными».

Рациональный страх помогает нам обезопасить себя в ситуациях, которые могут навредить. Отсутствие страха — тоже проблема, которая ведет к экстремальному, опасному поведению. Иррациональный страх же не имеет под собой реального обоснования и относится к разряду тревожных фантазий о будущем.

Смерть придает жизни смысл

«Страх смерти присущ каждому человеку, но проявляться у всех может по-разному: в том числе и в самых иррациональных формах, например, аэрофобии, клаустрофобии, акрофобии, канцерофобии, — добавляет эксперт. — Обратной стороной страха смерти является страх жизни. Это страх перед важными переменами, страх перед тем, чтобы брать ответственность за собственную жизнь, страх перед реализацией своих возможностей и уникального потенциала».

Однако осознание конечности жизни влияет и на то, как именно мы живем, на наше мышление и поведение. «В связи с этим, страх смерти очень важен, — отмечает Гаевская. — Он заставляет нас осознавать конечность нашей жизни. Понимая, что мы однажды уйдем, мы начинаем проживать жизнь так, как нам бы этого хотелось, на полную, реализуем самые смелые мечты, идеи и планы».

Согласно исследованиям, многие люди в старости чаще всего сожалеют о том, на что они так и не решились: мало времени уделяли семье и близким, или, например, работе, не развелись или не вышли во второй раз замуж, так и не родили ребенка, побоялись открыть свое дело или поменять профессию — одним словом, боялись жить.

«Смерть — неотъемлемая часть жизни, и, постоянно принимая ее в расчет, мы обогащаем жизнь, а отнюдь не обкрадываем ее», — говорил американский психотерапевт Ирвин Дэвид Ялом.

В текущей ситуации в мире, связанной с коронавирусом, тревога людей по поводу заболевания, которое может привести к смерти, возрастает: появляются фантазии о заражении и о самом негативном развитии событий, особенно если это уже произошло с кем-то из близких. «Если не получается справиться с самостоятельно и поддержать себя, стоит обратиться к специалисту», — уточняет Наталья Лопатина.

При этом смерть — единственное стабильное событие в нашей жизни, отмечает Галина Сидорова. «Можно с уверенностью сказать, что оно случится. Неизвестно только когда и как оно произойдет. При этом в социуме тема смерти табуирована, говорить об этом не принято и все делают вид, что смерти нет. Многие люди боятся произносить слово «смерть», как будто это сигнал, что появится фигура в черном балахоне с косой», — добавляет волонтер Death Cafe.

«Бояться — это нормально. Психически здоровый человек боится умереть и не стремится к этому. У детей, например, до определенного возраста отсутствует инстинкт самосохранения, поэтому они иногда делают то, от чего у взрослых сердце в пятки уходит, — поясняет Анастасия Трошутина, психолог сервиса YouTalk.

По ее словам, страх смерти, вызванный пандемией, вызывает много беспокойства и тревоги, усиливая страх неопределенности, ведь вирус до конца не изучен, его сложно контролировать, а его последствия непредсказуемы. Однако этот страх в чем-то продуктивен: он должен надоумить людей

с большей ценностью относиться к своей жизни и своему здоровью, соблюдать все меры предосторожности и при небольшом подозрении обращаться за медицинской помощью.

«Для того, чтоб снизить тревогу, важно понять, что вот прямо сейчас ничего не угрожает вашей жизнедеятельности и отпустить ситуацию, переключить на что-то свое внимание, — советует психолог. — Остановитесь на 2-3 минуты, сядьте или прилягте на кровать, чтобы вас никто не дергал, побудьте в тишине. Сконцентрируйтесь на своих ощущениях. Вот стул, я на нем сижу, мир вокруг не рушится, все идет своим чередом. Также можно добавить дыхательные упражнения: на счет три вдох, на счет пять выдох, на счет два остановка. И представите, что вдыхаете вы спокойствие и выдыхаете тревогу».

Я не боюсь смерти. Когда ты умираешь, твоя душа продолжает жить и становится абсолютно счастливой. Полный покой после смерти, перерождение в кого-то другого — вот самая большая надежда моей жизни.

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

ПОХОЖИЕ ЦИТАТЫ

Лучшая вещь в жизни — это найти кого-то, кто знает все твои недостатки, ошибки и слабости,и продолжает думать, что ты потрясающая.

Неизвестный автор (1000+)

Суть человеческого естества — в движении. Полный покой означает смерть.

Блез Паскаль (100+)

Не нужно сильно опасаться смерти. Нужно бояться бесполезной жизни.

Бертольд Брехт (20+)

Когда я боюсь чего-то — я бросаю этому вызов. Жить в страхе просто глупо.

Энтони Хопкинс (20+)

Мы всегда верим во что-то хорошее: в жизнь — после смерти, в дружбу после секса, в вечную любовь. Вера — прекрасное, но порою обманчивое чувство.

Дмитрий Владимирович Нагиев (20+)

Не бойся смерти: пока ты жив — её нет, когда она придёт, тебя не будет.

Эпикур (40+)

Бояться надо не смерти, а пустой жизни.

Бертольд Брехт (20+)

Смерть не самая большая потеря в жизни. Самая большая потеря — это то, что умирает внутри нас, пока мы живы.

Норман Казинс (10+)

Женщина не становится лучше, когда ее упрекают или критикуют – женщина становится лучше, когда ее делают счастливой.

Элис Романова (30+)

Самая большая привилегия, которая дана человеку свыше — быть причиной добрых перемен в чьей-то жизни.

Блез Паскаль (100+)

Я не боюсь смерти, потому что у меня была счастливая жизнь — Российская газета

«Российская газета» вспоминает, что актер говорил в интервью разных лет о своем пути к славе, популярности и соперничестве с Аленом Делоном.

О сложном пути к признанию и любимых фильмах

Я доволен судьбой, но я не баловень. Ко мне популярность не пришла сразу, а потребовалось много времени, чтобы ее заслужить. Я не поступил с первого раза в Консерваторию драматического искусства, а когда туда попал, то меня долго не замечали преподаватели. Мой путь — сложный путь в искусстве. Когда я впервые ступил на сцену, я очень сомневался. Я сомневался, когда снимался в своих первых фильмах. Поначалу мне было так страшно, что я снимался в пяти, шести, семи картинах в год! Чтобы наработать опыт.

А что касается особенно важных фильмов, пожалуй… » На последнем дыхании», «Человек из Рио». Мне сложно сказать — почему? Я так чувствую.

О соперничестве с Аленом Делоном

Мы совсем разные, у каждого свои достоинства и недостатки. Правда, дружим более сорока лет, стало быть, всю жизнь. Как смотрю на соперничество, которое нам приписывали? О, это было очень забавно, нам словно подсыпали перца в тарелку! Мы особенно сблизились на «Борсалино», но обычно сидели каждый в своем углу. Когда надо было, работали вместе. Всегда приятно встретиться снова: он опять будет сидеть в своем углу, я — в своем.

О своем характере

Мой козырь — раскованность. Это ощущение свободы пришло в профессию из моего характера .Среди своих положительных черт я бы отметил простоту и искренность. А среди отрицательных… У Жан-Поля Бельмондо нет отрицательных черт в характере!

О втором рождении в кино

Когда у меня случился инсульт, я в течение десяти месяцев не мог вымолвить ни слова и лежал пластом… Мне стало по-настоящему страшно, что я больше не смогу говорить. И тогда я решил «включить» себя еще раз — и снялся в фильме «Человек и собака», чтобы самому себе доказать, что я еще что-то могу. Это помогло мне выкарабкаться из бездны. Несколько лет назад сын Поль предложил сделать документальный фильм о моих первых съемках в Италии, Франции, Бразилии. Мы взяли роскошный автомобиль и отправились в путешествие. Я рассказывал Полю о съемках того или иного фильма. О разных смешных случаях, о каскадерских трюках. Так появился фильм «Бельмондо глазами Бельмондо».

О любви к жизни

Несмотря на все удары судьбы, я продолжаю любить жизнь и радуюсь каждому прожитому дню. Вокруг меня мои родные и близкие: сын Поль с детьми и мои верные друзья, жаль, что ушел Шарль Жерар, с которым мы дружили больше шестидесяти лет! Можете себе представить такое? И у нас всегда находилась тема для разговора! Конечно, были и размолвки, с кем не бывает, но мне его очень не хватает, моего дорого Шарло. Я не боюсь смерти, потому что у меня была счастливая жизнь. Мне хотелось бы просто заснуть и не проснуться в своей собственной постели.

Справка «РГ»

Жан-Поль Бельмондо родился в 1933 году. Окончил Высшую национальную консерваторию драматического искусства, после этого начал сценическую карьеру. Звездой он стал после выхода в 1960 году фильма-манифеста французской новой волны «На последнем дыхании». Всего на счету артиста более 80 ролей. Удостоен премий «Сезар», «Золотой лев», также награжден «Золотой пальмовой ветвью» Каннского кинофестиваля.

Почему я не боюсь смерти | О печалях и радостях

Когда мы с семьей бываем на кладбище, навещая могилы ушедших родственников, иногда у меня вырывается:» Смотрите, девчонки-мальчишки, я помру-мне памятник на могилку не надо, тяжелые они какие-то…Мне просто крест поставьте.» На что мои дети закатывают в ужасе глаза и тянут :»Нуууу, маааамаааа».

Они считают, что мне рано говорить о смерти, что в мои годы о ней еще не думают, что это страшно. А я…

А я могу говорить о смерти довольно спокойно. Считаю, что это такая же часть нашей жизни, как и рождение. Когда-нибудь наступит это время-время уходить. Для меня главное, чтоб это случилось не каким-нибудь страшным образом, в результате какой-нибудь беды или катастрофы. Замечательно было бы уйти спокойно, простившись с близкими, как говорится в молитве : » «Христианския кончины живота нашего, безболезненны, непостыдны, мирны, и добраго ответа на Страшнем Судищи Христове, просим. Подай, Господи».

Я перестала бояться покойников, когда в один год в нашей семье мы проводили сразу троих близких. Это было лет 20 назад. Тогда еще все похоронные хлопоты не модно было доверять многочисленным агентствам, все готовили и делали сами. И я считаю это правильным, пока хлопочешь-приходит осознание того, что человек ушел, и боль утраты переживается легче. (Никому не навязываю это мнение, это я так чувствую и переживаю.)

А нескольким позже, когда я присутствовала на отпевании своего двоюродного брата, ко мне пришло чувство, что смерть-это лишь переход. Батюшка произносил слова молитвы и становилось спокойно,светло и совершенно ясно, что смерть -это не конец. Что когда-нибудь мы еще непременно встретимся.

Я не знаю, как осознает смерть человек неверующий. Наверное, это страшно. Мне же скорее очень грустно от того, что мы расстаемся. Так бывает, когда провожаешь любимых людей далеко и очень надолго. А привык быть с ним всегда рядом, обнимать и слышать дорогой голос.

И еще главное для меня, чтоб было кому помянуть ушедшего-в храме ли записочку подать, дома ли упомянуть в утренней молитве. Пока поминаешь человека-вот он, незримо рядом. Учу своих детей молиться не только за живущих, но и за ушедших бабушек и дедушек. И навещать могилки в родительские дни. Скоро, в следующий вторник-Радоница, например.

Вот почему я не боюсь смерти. Особенно сейчас, в пасхальные дни. Потому что, Христос Воскрес! И победил смерть, ее больше нет.

Буду рада, если придете почитать меня еще. Подписывайтесь, чтоб было проще найти=)

Добра и позитива!

О страхе смерти

Страх смерти типичен для тревожно-фобического расстройства. Писем с его описанием к нам приходит немало. Если Вы хотите перестать зависть от таблеток, то придется поменять и отношение к процессу лечения. Вы уже даже не замечаете как программируете себя на тревожное ожидание «приступа» и страх смерти. У Вас уже сформирована мощная фобическая установка. Установки, которые формируют наши слова, мысли и образы, очень могущественная сила. Они пронизывают всю нашу жизнь. И мы либо их слепые заложники, либо они наши верные помощники. Без осознания механизма работы Ваших вредных мыслей и вредного (как в среде профессионалов говорят дисфункционального) отношения невозможно избавиться и от своей вредной привычки неосознанного самозапугивания. Важно понимать, что паническое расстройство или агорофобия, проявляющиеся паническими атаками или регулярной усиленной тревогой – это результат вредной привычки. Следовательно, надо относиться к страху не как к болезни, которая от Вас не зависит, а как к вредной привычке, поддержание или преодоление которой зависит именно от Вас. То же самое относится и к лечению. К нему нельзя подходить пассивно, просто донеся свое тело до специалиста и плюхнув его в кресло или больничную койку. Отношение терапии неврозов как к лечению перелома – «положили гипс и ждем, когда срастется» – здесь не пройдет. Как говорил еще тысячелетие назад Авиценна (Абу Али Хусейн ибн Абдаллах ибн Си́на): «Нас трое, ты я и твоя болезнь. И на чью сторону ты станешь, тот и победит».

Человеку, много лет испытывавшему симптомы страха и паники, необходимость что-то там осознавать и распознавать может показаться странной. Многие полагают, будто могут с ходу отличить симптомы страха от физического недуга, однако это не всегда так, и некоторые все-таки путают одно с другим. Например, человек, страдающий приступами паники, нередко считает, что боли в груди или одышка связаны с физическим заболеванием (проблемами с сердцем или сосудами). А эти симптомы, как ни трудно, в такое поверить, вызываются как раз страхом. Кроме того, симптомы страха могут возникать вроде бы «из ничего», а на самом деле из-за стрессов, которые мы не осознаем. Поскольку в реакцию организма на стресс в первую очередь вовлекается сердечно-сосудистая система и работает она в усиленном, но здоровом (!) варианте функционирования, потому «приступы» могут казаться признаками физической болезни. Не смотря на сознательное понимание необоснованности собственных сомнений негативные мысли, резко преувеличивающие степень опасности могут все равно навязчиво лезть в голову. Тем не менее, ничего бы вообще никогда не предпринималось, если требовалось бы опровергнуть все возможные возражения. Поэтому важно опровергнуть свои ошибочные суждения, обосновать безопасность своего выбора и действовать, несмотря на остаточную тревогу (идти на улицу, заходить в лифт или метро). Нельзя сказать, что опасностей вокруг нас не существует. То кто утверждает это, как минимум лукавит или серьезно нездоров. Не стоит менять черные очки паранойи на розовые очки благодушия. В обоих вариантах нас ждут неприятности. Опасности, безусловно, есть и их немало, но вот их вероятность существенно отличается в разных ситуациях. И важнее всего научиться точно и адекватно оценивать эти вероятности и риски. Гарантию, что с человеком ничего не может случиться дает только смерть. Тогда уже ничего не может случиться, только тогда абсолютно безопасно. Поэтому важно принять условия реальной жизни, где возможно все. Но у всего разная вероятность. Приняв риск реальной жизни можно, тем не менее, не терять спокойствие и присутствие духа за счет точного и адекватного понимания. Главным принципом в оспаривании вредных мыслей является конкретный и содержательный, подтвержденный убеждающими вас фактами и аргументацией, ответ. Поскольку сами вредные мысли хоть и содержат ошибки, но весьма конкретны, содержательны и правдоподобны. Их не победить шапкозакидательскими фразами «все хорошо» или «прорвемся». Они требуют кропотливой работы, регулярного и последовательного противостояния.

Если с вами и вашей жизнью что-то не в порядке, то первое, что стоит сделать – признать это. Один из самых неудачных способов справляться с тем, что мешает жить – это игнорировать свои внутренние проблемы. Второй шаг – признать, что с этими проблемами необходимо что-то делать, и не когда-нибудь, а именно сейчас. Третий шаг, это план действий, включающий в себя этап сбора информации, этап действия, закрепления действия регулярной тренировкой и обратную связь.

Вам необходимо составить перечень всех ваших типичных вредных мыслей, провоцирующих и усиливающих страх. Эти мысли вы сможете заметить и раскрыть в случае регулярного использования дневника структурированного самонаблюдения описанного в когнитивно-поведенческой психотерапии и приучить себя тренировкой к новым мыслям и новой позиции, что в последующем станет таким же автоматизмом, как раньше срабатывала вредная программа-привычка.

В момент панической атаки постарайтесь напомнить себе, что «приступы», а точнее, состояния тревоги и страха уже вам знакомы и были благополучно пережиты ранее. Настоящее состояние не уникально (как не хочет обмануть вас внутренний диверсионный голос вашей иррацональной позиции) и поэтому, как и прошлые, скоро пройдет. Обычно для этого нужно пять-десять минут.

Лучше отказаться от стратегии как можно быстрее избавляться от страха. Это лишь усиливаетваше состояние эмоциональной и физической напряженности. Прежде всего, точно определите предмет вашего страха и постарайтесь объяснить себе, насколько он неразумен и даже нелеп.

Повторяйте себе, что, несмотря на свой ужасный страх, еще никто не умер и не сошел с ума от этих приступов. Говорите себе: «Это обязательно пройдет».

Постарайтесь идентифицировать свои текущие ощущения в теле и эмоциональное состояние. Объясняя себе: «Это всего лишь сильные эмоции и естественные телесные реакции на них, что безопасно и безвредно для моего здорового организма».

Дайте себе возможность почувствовать беспокойство в связи с затруднениями дыхания и сразу же начинайте дышать медленно и ритмично. Вы убедитесь, что получаете достаточное количество кислорода.

Через каждые одну-две минуты измеряйте степень своей тревоги с помощью 10-балльной шкалы. Вы увидите, что, несмотря на колебания уровня тревоги, она постепенно стихает. Объясните себе, что вы контролируете ситуацию и знаете, как себе помочь.

Сделайте 10 медленных, глубоких вдохов с участием диафрагмы. Снова измерьте уровень тревоги. Объясните себе, с чем связаны ваши ощущения и состояния.

Сосредоточьтесь на предметах и физических явлениях вокруг себя. Мысленно опишите свою комнату, одежду, звуки, запахи. Оставайтесь в мире этих представлений и переключайтесь со своих внутренних переживаний на окружающие вас явления.

«Смерти вот совсем не боюсь. Боюсь не успеть сделать то, что запланировал» — Благотворительный фонд помощи хосписам «Вера»

— Я хочу вам сказать огромное спасибо! Спасибо за все, что делаете. Знаете, очень чувствуется разница в отношении к нам между хосписом и поликлиникой. Вы делаете так, что жить хочется. Праздники устраиваете, а как вы нам помогаете! Это очень радует и дает надежду, веру, что есть еще такие замечательные люди и будут, — делится Николай Иванович Боровиков.

Ему 85 лет. Он бывший летчик-истребитель, у него десятки медалей и орденов.

Николай Иванович – пациент выездной службы Первого московского хосписа. В стационар он приезжает по делам, а иногда и просто в гости на праздники. Например, на пикник в саду 9-го мая. А в этот раз он попал на фотосессию «Один прекрасный день». И очень кстати: в эти дни с супругой Еленой Николаевной они отмечают годовщину свадьбы – 36 лет вместе.

Во время стрижки и пока супруге делали укладку, маникюр и макияж, Николай Иванович с удовольствием рассказал нам о своих планах.

— Я не боюсь умереть. Знаете, смерти вот совсем не боюсь. Чего ее бояться-то? Да и возраст у меня уже такой. Больше всего боюсь не успеть сделать то, что хочу, что запланировал. Когда все сделаю, тогда уже и уходить можно. А пока нет. Вот мы сейчас дом строим. А как я жену оставлю с домом недостроенным? Нет. Так не пойдет. Снаружи я уже все сам сделал, только крышу нам по заказу делали. А так все сам. Теперь надо внутри доделать.

Мы уже рассказывали вам о проекте Николая Ивановича – памятнике погибшим во время войны солдатам в деревне Городище.

— В деревне нас все поддержали. Нам выделили место для сквера. Информацию о героях мы узнавали у местных жителей. Нам удалось узнать, что здесь 16 мужчин ушли защищать Родину, но не вернулись. Мне очень обидно, что их всех могут просто забыть. И мы решили установить им памятник. А еще сделали плакаты, где написано о каждом понемногу: кто они, когда ушли, где погибли. Важно помнить не только имена, но и знать историю.

Теперь у меня в планах у нашего сквера сделать детскую площадку. Чтобы там всегда были дети, видели и знали нашу историю. Это важно. И атмосфера будет веселая, праздничная.

В нашей деревне жил Ваня Сковородов. Ему всего 14 лет было. Он вел разведку. Но фашисты его подкараулили и убили. Мы просили, чтобы ему медаль дали посмертно. Но нам сказали, что сейчас уже не дают. Я написал рассказ о нем. И очень хочу его к 9 мая опубликовать.

Надеемся, что Николай Иванович разрешит и нам выложить этот рассказ. Тогда обязательно покажем вам.

А пока – посмотрите сюжет, который в прошлом году сняла «Открытая Россия». Николай Иванович рассказывает, почему для него так важно, чтобы дети и молодые люди не забывали о войне.

Читайте также:
Воспоминания Николая Ивановича Боровикова о своей бабушке, Марии Петровне Чулковой.
Интервью с Николаем Ивановичем.
«Сохранить память о безымянном герое«: Николай Иванович Боровиков о сквере воинской Славы.
Сюжет о Николае Ивановиче Боровикове. 

Поделиться

Твитнуть

Поделиться

Поделиться

Маргарет Драббл: «Я не боюсь смерти. Я беспокоюсь о жизни’ | Книги

Нам часто говорят, что в прежние времена во всех культурах существовало представление о загробной жизни — что «все» верили в ту или иную форму жизни после смерти, будь то путешествие по реке в темную землю, вечность адского огня и муки, рай с ангелами и амброзией или воссоединение с любимыми. Мы придумали множество метафор, чтобы пересечь Стикс. Некоторые культуры верили и верят в перерождение и переселение душ.В христианских странах 21-го века ортодоксальные религиозные службы по-прежнему обычно исповедуют веру в воскресение тела. Живопись, поэзия и мифология предлагают нам видения рая и ада, некоторые ужасающие, а некоторые, как у Стэнли Спенсера, обнадеживающие и утешительные. Но я всегда подозревал, что большинство из нас, даже в благочестивом Средневековье, где доминировали священники, на самом деле не верили в то, что мы говорили, что верим. Большинство из нас знали, что когда мы умирали, нас не было. Мы никуда не пошли. Мы перестали быть.Вот что нам не нравилось в смерти — не страх ада, а страх небытия.

Исторически и антропологически это еретическая позиция, и когда я пытаюсь ее оспорить, меня обычно перекрикивали. Мне сказали, что у меня нет исторического воображения. Тогда все было иначе, утверждают ученые. Тогда природа человека была другой.

Возможно, так оно и было. Еще при жизни я знал нескольких верующих, истинно верующих, которые непременно попали бы в рай, если бы они были.Более века назад Роберт Браунинг, возможно, ожидал встретить свою жену Элизабет Барретт Браунинг в потустороннем мире, как он написал в своем великом смертоносном стихотворении «Проспис», одном из первых произведений, которые я когда-либо выучил наизусть. «О ты, душа моей души! Я снова обниму тебя, и да будет с Богом остальное!» Их совместная жизнь на Земле была настолько чудесной, что еще одно чудо не было бы удивительным.

Иллюзии загробной жизни, кажется, также имеют мрачную власть над современными мучениками, если мы можем верить всему, что нам говорят.Но это уже другая история, другая тема, настолько чуждая большинству из нас, что ее трудно осмыслить.

Я бы сказал, что на преимущественно светском Западе мы сейчас живем в пострелигиозную эпоху, когда истинная вера в выживание после смерти, приятной или неприятной, ограничена небольшим меньшинством. Это не спорная позиция, но она заставляет остальных из нас бороться со значением смерти, поскольку мы больше не можем рассматривать ее как перевалочный пункт в какое-то другое место, или как великое приключение, или даже, в предполагаемых последних словах Генри Джеймса, как «выдающейся вещи».Смерть становится все менее заметной.

Одна из проблем со смертью в наше время заключается в том, что ее все чаще можно избежать или, по крайней мере, отсрочить. Мы материалисты и не верим в душу. В машине нет призрака. Мы находим медицинские решения медицинских проблем, мы покорно принимаем статины, а наши финансовые консультанты и их актуарии заявляют, что продолжительность нашей жизни увеличивается день за днем, час за часом. Это должно быть хорошо, как постоянно растущие цены на недвижимость, но с одной стороны мы все знаем, что это не так.Когда в бюллетенях по радио провозглашаются новые хорошие новости о долголетии, в голосе диктора обычно звучит удивительно мрачная нотка предчувствия. Ибо это не устойчивая траектория.

Спектакль Путешествия Гулливера: После Джонатана Свифта Национального театра Раду Станка в Сибиу, Румыния. Фотография: Murdo MacLeod/The Guardian

Научно-популярные и даже академические конференции обсуждают возможности людей, живущих сотни лет и дольше, но некоторые из нас помнят ужасную судьбу бессмертных струльдбругов Джонатана Свифта на острове Лаггнегг в году Гулливера. Путешествует , обречен жить с ослабленными способностями до глубокой старости.Свифт не колеблется в словах: его бессмертные (из которых женщины, конечно, более «ужасны», чем мужчины) «имели не только глупости и немощи других стариков, но и многие другие, проистекавшие из ужасной перспективы никогда не умереть». . Они были не только самоуверенными, сварливыми, алчными, угрюмыми, тщеславными, болтливыми, но неспособными к дружбе и мертвыми для всех естественных привязанностей, которые никогда не опускались ниже уровня их внуков. Их преобладающими страстями являются зависть и бессильные желания… они забывают общепринятые названия вещей и имена людей, даже тех, которые являются их ближайшими друзьями и родственниками.По той же причине они никогда не смогут развлечься чтением, потому что их память не поможет им донести их от начала предложения до конца…» Он мог бы описывать воспитанников дома престарелых XXI века. .

Даже те эгоистичные плутократы, чьи головы или части тела были заморожены в надежде на открытие методов их оживления в отдаленном будущем, должны иметь некоторые сомнения относительно качества жизни, которое они могут ожидать, когда их вернут из холодильника. .О, скука бессмертия! Тупость смерти в жизни, застывшей на века в пробирке! Жуткое пробуждение! Ужасная лженаука крионики, конечно, спекулятивна, но это не остановило несколько сотен человек, которые уже идут на это, а за ними выстраивается очередь. Как мы знаем из пронзительного романа Кадзуо Исигуро « Не отпускай меня », некоторые люди не остановятся ни перед чем, пытаясь продлить свою жизнь. Осознание нашей смертности — тема Исигуро.Мы можем доверять ему в этом.

Благодаря нашей собственной смертной изобретательности мы достигаем исторической фазы, когда начинаем бояться старости и долголетия больше, чем смерти. Мы больше не можем рассчитывать на возможность внезапного, неожиданного, милосердного освобождения, или засыпать в постели, читая книгу (как это делала моя мать), или прекращать в полночь без боли. Мы также не можем планировать отпраздновать наш отъезд как великую кульминацию наших жизненных усилий милостивым, благодарным и, возможно, публичным прощанием.Это потому, что мы знаем, что назойливые люди будут стремиться поддерживать нашу жизнь так долго, как только смогут, пока мы не перестанем ничем наслаждаться. Просто чтобы доказать, что они могут.

Бюрократия жестокости и страха с убывающей отдачей окружает помощь в конце жизни и возможные пути в могилу. Если мы не будем осторожны, она снова и снова будет тянуть нас с края пропасти, пока жизнь не станет настолько невыносимой и недостойной, что мы будем молиться об уходе.

Я иногда спрашиваю себя, приближаясь к месту, откуда не возвращается ни один путник, боюсь ли я смерти.Нет ничего плохого в том, чтобы бояться умереть. Доктор Джонсон, этот великодушный и набожный, но истерзанный христианин, очень боялся. Но могу более-менее честно сказать, что нет. Дело не в том, что я не думаю об этом — я думаю об этом каждый день, как делал это с тех пор, как у меня появились дети, эти заложники судьбы. Но я не трачу время, которое у меня осталось, на беспокойство об этом. О чем я беспокоюсь, так это о жизни.

Слева направо: Кира Найтли, Кэри Маллиган и Эндрю Гарфилд в фильме 2010 года Кадзуо Исигуро «: Не отпускай меня». Фотография: © FoxSearch/Everett/Rex Features

Как долго мы хотим жить? Это не простой вопрос. Замораживатели мозгов, клоны людей и, возможно, Цукерберги, вероятно, ответили бы «навсегда», что, как давным-давно указал Свифт, является очень глупым ответом. Но если ты бойко не скажешь «навсегда», то какой срок ты себе назначишь? Недавно я был на философской конференции в колледже Наффилд в Оксфорде, на которой обсуждались вопросы старения с особым упором на государственную политику в отношении распределения пенсий и справедливости между поколениями.Нас попросили принять решение между различными сценариями, включающими, например, короткую и болезненную жизнь или более долгую активную жизнь, заканчивающуюся в последующие годы затяжной болезнью и недееспособностью. Как должны распределяться товары и облагаться налогом на богатство в будущем, принимая во внимание демографические изменения стареющего населения? Нас попросили подумать, в каком возрасте мы бы предпочли умереть, если бы у нас был выбор, и было высказано предположение, что в наши дни мы будем думать, что 70 — слишком молодо, 80 — правильно, а 100 — слишком старо.

Самый поразительный момент произошел во время сеанса вопросов и ответов, когда нормальная, здоровая на вид женщина средних лет добровольно сообщила, что ей дали ожидаемую продолжительность жизни 100 лет.Видимо, сейчас это не редкость. По понятным причинам она не казалась полностью счастливой по этому поводу: перспектива казалась скорее бременем, чем благословением. Она не хотела быть струльдбругом. Может быть, в некоторых кругах считается нормальным проверять ожидаемую продолжительность жизни, прежде чем, скажем, уменьшить требования к жилью или изменить размер ренты. Я вижу в этом практичность. И я помню, как ни странно, врач общей практики сказал моей тете: «Я могу гарантировать вам, пока вам не исполнится 90, но не намного позже». Врачи не часто бывают такими откровенными.И доктор был прав: моя тетя жила самостоятельно в своем любимом, хотя и все более неубранном доме, потом провела два несчастливых года на попечении и умерла в возрасте 92 лет.

Недавно, в 2014 году, меня попросили принять участие в дебатах об оптимальном возрасте смерти, который был предложен биоэтиком Эзекилем Эмануэлем в 75 лет в провокационной статье в Atlantic. Я помню легкое чувство шока, когда я открыл это приглашение в своем BlackBerry, когда сидел в невинном неведении в Little Chef рядом с A303 в Сомерсете.Я знал, почему меня спросили: недавно я опубликовал статью в поддержку права на помощь при смерти (против которого, как ни странно, выступает Эмануэль), и мне на тот момент было ровно 75 лет. Очевидно, мне пора идти, думали другие люди. Я сразу же отказался: я вообще не хотел заниматься этой темой. А затем я вернулся к наслаждению своей богатой холестерином, умеренной статинами креветками с креветками и чипсами. От больших вопросов к маленьким удовольствиям. Вот как мы продолжаем идти.

С тех пор я много думал над вопросом о сроке. Эмануэль не сказал, что вы должны расписаться в 75 лет, он просто рекомендовал после этой даты отказаться от навязчивой или дорогостоящей медицинской помощи, направленной на продление вашей жизни. Вы не должны использовать чужие ресурсы. (У меня есть некоторое сочувствие к этой позиции.) Романист Энтони Троллоп пошел гораздо дальше в своем сатирическом романе «Фиксированный период », действие которого происходит в 1980 году и опубликовано в 1882 году, в последний год его жизни: в нем он изобретает утопическое (или антиутопическое) антиподное островное общество, которое недавно приняло закон, постановляющий, что для общего блага эвтаназия будет обязательной для всех его граждан в возрасте от 67 до 68 лет.Естественно, жители Британулы, приближаясь к этому рубежу, все меньше убеждаются в достоинствах закона, и все кончается так, как можно было бы ожидать. Это мрачный маленький роман, и он меня угнетает.

Каждый день мы читаем или слышим печальные свидетельства тех, кому приходилось принимать болезненные решения о жизни и смерти

Внешние факторы никогда не должны сообщать нам точную дату нашей смерти. Это слишком много знаний, чтобы их вынести. Государство никогда не должно навязывать фиксированную смерть.Не имеет права. «Британула» Троллопа была такой же оппозицией смертной казни, как и я, и, в отличие от Британии того времени, отменила ее: ясно, что понятия фиксированного срока жизни и государственного смертного приговора были каким-то образом связаны в сознании Троллопа, и оба казались ему ошибаться. Не должно быть возможности для некоторых людей сказать другому человеку «в такой-то день ты умрешь». Мы можем выбрать свою собственную дату, и мы можем отправиться в Dignitas в Швейцарию, чтобы сохранить ее, но она может быть выбрана не за нас.Самостоятельность в смерти является основным правом человека.

Я не хочу преуменьшать вновь возникшие этические трудности, с которыми сталкиваются врачи, фельдшеры, епископы и законодатели. Проблемы настоящие. Каждый день мы читаем или слышим тревожные свидетельства тех, кому приходилось принимать болезненные решения, связанные с жизнью и смертью, об удалении кардиостимуляторов или отключении аппаратов жизнеобеспечения. Вопросы обычно исследуются с особой тщательностью, и мы можем услышать их подробное обсуждение в серии Джоан Бейкуэлл Radio 4 Inside the Ethics Committee .Это не предотвращает жестоких судебных ошибок, вызванных чаще бюрократической и юридической неразберихой, чем фанатизмом или самозащитой. Мы находимся в не нанесенной на карту местности.

Бейкуэлл, которой чуть за 80, олицетворяет радостную возможность полезной и счастливой старости. Но не всем удается стареть так же успешно, как ей, и оставаться красноречивыми, красивыми, энергичными, предприимчивыми. Многие из нас будут истощаться и страдать слабоумием, недержанием мочи, потерей подвижности и хронической или острой болью.Наши тела становятся нашими врагами в долгосрочной перспективе и не хотят, чтобы мы жили вечно. Наступит момент, когда нам больше не захочется смотреться в зеркало. Нам не нравится признавать, что в глубокой старости есть что-то отталкивающее, но я могу вспомнить, если быть честным, что в детстве я находил зрелище некоторых очень старых людей тревожным и пугающим. Мы не хотим, чтобы нас оставили в живых как память о смерти для других. Пойдем, пока это не случилось.

Но давайте закончим на светлой стороне смерти.Многие люди развлекаются, организуя собственные похороны или поминки, и, конечно же, вы не сможете устроить похороны, если не заплатите цену за то, что умрете первым. Некоторые, кого я знаю, спланировали (и даже оплатили) все заранее – гроб, погост или лесной участок, гимны, музыку. Они захватили контроль. Я не зашел так далеко, но ясно дал понять, что хочу, чтобы меня кремировали, а не похоронили в холодной земле. Я бы не возражал против морских похорон, так как мысль о том, чтобы быть съеденным под водой, странно привлекательна для меня, но я думаю, что это трудно устроить, и я не хочу досаждать.Я хочу, чтобы все спели один из моих любимых гимнов: «Вернись, человек, отрекись от безумных путей твоих», потому что он полон нерушимой надежды на лучший мир, хотя меня и не будет рядом, чтобы увидеть это. . Но больше всего меня радует мысль о том, что мой внук Дэнни пообещал спеть на моих похоронах.

Я улыбаюсь каждый раз, когда думаю об этом. Я не против того, что он поет; на самом деле я не возражаю, если он нарушит свое обещание и вообще не будет петь, так как я не буду знать об этом, не так ли? Если он окажется в это время в Австралии и не захочет лететь обратно, я не возражаю.Но идея этого, здесь и сейчас, прекрасна для меня. Никто из драбблов с моей стороны семьи вообще не умеет петь, мы безнадежно немузыкальны, но у него действительно прекрасный голос, с помощью которого он и его хор а капелла вышли в 2011 году в полуфинал Британии. Получил талант . Вы не можете стать лучше, чем это. Я улыбаюсь, когда пишу это. Все будет хорошо, когда я уйду.

The Dark Flood Rises опубликована Canongate 3 ноября. Заказать копию за £13.93 (рекомендуемая розничная цена 16,99 фунтов стерлингов) зайдите на сайт bookshop.theguardian.com или позвоните по телефону 0330 333 6846. Бесплатно в Великобритании на сумму свыше 10 фунтов стерлингов, только онлайн-заказы. Минимальный размер заказа по телефону составляет 1,99 фунта стерлингов.

фактов, которые помогут успокоить страх смерти и умирания

Источник: Джовани Карло Гороспе | Время мечты

Вуди Аллен однажды заметил: «Я не боюсь смерти; Я просто не хочу быть там, когда это произойдет».

Есть много рациональных вещей, о которых следует беспокоиться, когда мы размышляем о собственной смерти, и, возможно, самая главная из них — забота о том, как наши оставшиеся в живых близкие будут справляться эмоционально и материально без нас.Но многие из наших худших страхов по поводу смерти менее реалистичны и больше основаны на том, как мы представляем себе смерть. Эта статья о тех необоснованных опасениях.

В современном западном обществе большинство людей имеют мало непосредственного опыта смерти, и мы не любим говорить на эту тему. Наше общество устроено таким образом, что мертвых быстро удаляют от нас, и те традиции, которые действительно поощряют созерцание мертвых, делают это только после тщательной косметической подготовки специализированными гробовщиками, в результате чего мертвые больше похожи на элегантную восковую копию. живого человека.Посещение детьми похорон и кладбищ, как правило, не поощряется, что усугубляет чувство ужасного незнакомства со смертью, с которым многие из нас вырастают.

Страх боли

Нет причин ожидать, что реальный процесс умирания физически будет хуже, чем то, что вы или другие еще живые люди уже испытали ранее.

Для большинства людей ужас перед самим процессом смерти, вероятно, связан со страхом физической боли.Это также, вероятно, включает в себя боязливое непонимание кажущегося таинственным процесса, посредством которого сознание, являющееся нашим «я», угасает или исчезает.

Давайте сначала разберемся со своим страхом перед мучительной смертью. Мы все боимся боли. Мы все испытали много физической боли, кто-то больше, чем кто-то другой, и вполне вероятно, что мы были свидетелями более сильной боли и агонии у других, чем мы испытали сами. Все это заставляет нас бояться боли. Физическая боль возникает из-за повреждения нашей живой ткани.Поскольку смерть — это окончательное разрушение наших живых тканей, мы, естественно, предполагаем, что смерть должна быть крайне болезненным опытом. Поскольку никто из тех, кто действительно умер, не может рассказать нам, каково это было физически, мы, естественно, испытываем страх перед смертью.

Но на самом деле, рационально и с медицинской точки зрения, нет особых оснований предполагать, что интенсивность боли (или других форм дискомфорта или нарушения) от различных причин смерти больше, чем интенсивность боли от различных болезней и травмы, которые мы сами, возможно, уже испытали ранее, или боль, которую испытали и пережили другие, чтобы рассказать об этом.Кроме того, смерть сама по себе не обязательно связана с болезненными процессами — некоторые формы смерти болезненны, а другие нет. И многие острые травмы на самом деле более болезненны впоследствии (у людей, которые их пережили), чем в момент травмы.

Однако не будем приукрашивать эту тему — несомненно, многие из людей, которые пережили более тяжелые формы мучительной травмы или болезни, никогда не захотят пережить это снова, а некоторые получают психологическую травму от этого опыта в течение длительного времени после этого ( потерпите меня — мы говорим только о наихудших сценариях).Есть все основания ожидать, что боль и страдание для тех, кто пережил такую ​​травму или болезнь, не менее, если не хуже, чем для тех, кто умер. Тем не менее, даже самые травмированные выжившие в очень многих случаях продолжают жить полноценной жизнью и могут говорить о пережитом.

Так что, хотя мы, безусловно, хотим никогда не испытывать подобного, даже в самых ужасных сценариях нашей кошмарной смерти реальная боль сама по себе является чем-то, что, безусловно, можно вытерпеть и пережить, как показали наши собратья-люди.Степень человеческой способности выносить страдания часто очень удивительна. И то, о чем мы только что говорили, — это самые крайние случаи боли и страдания, а не более распространенные сценарии.

Потеря сознания 1

Как насчет процесса, при котором наше самоосознающее сознание и весь наш субъективный опыт внезапно прекращаются? Поскольку смерть, с биологической точки зрения, влечет за собой полное и окончательное угасание сознания, смерть не будет ощущаться как что-либо — не более, чем вы чувствовали , скажем, за год до своего рождения.Просто не будет вас , чтобы прочувствовать (нам, эгоистичным существам, может быть трудно вообразить, что мир существует независимо от того, существуем ли мы сами, чтобы испытать его).

Как напоминает нам психолог-эволюционист Джесси Беринг: «Подумайте о довольно поразительном факте, что вы никогда не узнаете, что умерли. Вы можете чувствовать, что ускользаете, но это не значит, что вокруг вас будет «вы», способный убедиться, что, как только все сказано и сделано, это действительно произошло. 2 На это указывал около 2300 лет назад греческий философ Эпикур, который писал: «Зачем бояться смерти, если мы никогда не сможем ее ощутить?» 3 Римский философ-эпикурейец Лукреций позже указал, что наше состояние небытия в течение вечности времени после нашей смерти — это то же состояние, что и в течение вечности времени до нашего рождения.

Помимо ночного опыта засыпания (особенно глубокого сна без сновидений), фактический процесс потери сознания из-за травмы или болезни, а также вызванный анестезией 4 , внезапный или постепенный, является переживанием, которое многие из у нас были.Нет причин думать, что переживание временной потери сознания чем-то отличается от переживания постоянной потери сознания с точки зрения того, как ощущается реальный процесс ускользания .

Люди могут чувствовать, что теряют сознание, только если это происходит постепенно, но никто на самом деле не испытывает само бессознательное, если только они не находятся в легком бессознательном состоянии с частичным осознанием или во сне. Действительно, люди, которые были реанимированы после того, как технически были мертвы в течение нескольких минут, не описывают переживания того, что они чувствовали, когда теряли сознание, иначе, чем те, кто потерял сознание по другим, преходящим причинам.И почему они должны?

Таким образом, наше представление о том, что процесс умирания является чем-то совершенно чуждым опыту любого живого человека, на самом деле ошибочно. У нас есть довольно хорошее представление о том, как умирающий чувствует себя , либо из нашего собственного опыта, либо из рассказов других (отчеты живых людей, нет необходимости в сеансе! Никаких магических верований не требуется в этом упражнении реальности). -проверка уверенности). А раз человек действительно умер, очевидно, что смерть ни на что не похожа.Просто нет вас , чтобы прочувствовать.

Хватать жизнь за рога

Осознание нашей смертности может стать серьезным вызовом нашему представлению о себе как о важнейшей, незаменимой и независимой сущности во Вселенной. Или это может наполнить нас чувством драгоценности и хрупкости этой возможности, ценности жизни. Это может вдохновить нас и мотивировать нас жить полной жизнью, с чувством, что мы не должны тратить свои дни впустую, чтобы получать опыт, учиться, расти, общаться и приносить пользу тем, кто нас окружает, и тем, кто последует за нами. .

Или, как выразился психиатр Ирвин Ялом, в книге «Взгляд на солнце: преодоление ужаса смерти »: «Способ ценить жизнь, способ чувствовать сострадание к другим, способ любить что-либо с величайшей глубиной — это знайте, что этот опыт обречен на то, чтобы быть потерянным». 5

Наша смертность и конечность напоминают нам о необходимости жить здесь и сейчас, с полной вовлеченностью в жизнь и преданностью окружающим. Когда смерть придет за нами, пусть она найдет нас среди живых. 6

ПОЧЕМУ Я НЕ БОЮСЬ СМЕРТИ

Думаю, мы боимся страха, связанного (ДО) с твоей смертью… а не самой смерти.

Почему я не боюсь смерти

Ни рая, ни ада

Я верю в смертную душу, что означает:

Когда ты умираешь, твоя душа умирает вместе с тобой.

Боль, связанная со смертью?

Некоторые люди перед смертью испытывают сильную боль.Мы представляем, как люди чахнут в больнице, умирают от неизлечимой болезни, рака, сердечного приступа и т. д.

Но как только ты умрешь, ты умрешь. Лампочка выключена. Нет больше боли.

Итак, если мы не боимся боли, связанной ПЕРЕД смертью, нам на самом деле не нужно бояться самой смерти.

Ощущение смерти эквивалентно ощущению того, что ты вообще никогда не рождаешься.

На что похоже умирание? Это похоже на ощущение того, что ты вообще никогда не рождаешься.Этого стоит бояться?

Конечно, не прыгайте с моста

Базовый:

Не делай глупостей.

Например, я не хочу совершать самоубийство. Я не буду добровольно делать ничего, что может привести к необратимому увечью или «травматической смерти». Например:

  1. Нельзя прыгать с банджи
  2. Нельзя прыгать с парашютом
  3. Нельзя отправлять текстовые сообщения во время вождения
  4. Нельзя отправлять текстовые сообщения во время ходьбы
  5. Нельзя слушать музыку или наушники при переходе улицы
  6. Нельзя принимать сильнодействующие наркотики, которые могут вызвать передозировку
  7. Нельзя ездить верхом велосипед или мотоцикл в городе
  8. Не гонять на спортивной машине по горной тропе ради острых ощущений.

Я хочу в идеале дожить до 120 лет с превосходным здоровьем. Это цель моей жизни. А до этого момента я не хочу потерять конечность, потерять зрение, стать парализованным и т. д. Кроме этого, я пойду на любой интеллектуальный или художественный риск!

Это тело не мое.

Я не считаю свое тело «своим». Я просто смотрю на него так, как будто он принадлежит кому-то другому.

Когда я восхищаюсь своим телом и гибкостью, это такое же удовольствие, как кто-то, глядя на свой припаркованный Porsche в своем гараже, или когда они наслаждаются, глядя на Ferrari или Lamborghini.Моя мысль:

Вместо того, чтобы покупать Lamborghini или любой другой спортивный автомобиль или предмет роскоши… лучше превратить свое тело в Lamborghini или произведение искусства!

Или увидьте свое тело мраморным, и ваша цель состоит в том, чтобы вылепить свое тело, чтобы оно стало вашим собственным произведением искусства!

У тебя только одно тело.

У тебя есть только одно тело и одна жизнь. Разве мы не должны относиться к нему с уважением и благоговением?

Мнение: Почему я не боюсь умереть

Основные моменты истории

  • Дэвид Менаше: Я преподавал в 11 классе 16 лет; преподавание было моей жизнью и делало меня счастливым
  • Менаше: После того, как у меня диагностировали рак мозга, мой класс стал моим убежищем
  • Он путешествовал по стране, чтобы воссоединиться с бывшими учениками, которые выросли добрыми
  • Менаше: Позаимствовать у великих Лу Гериг, я умру, чувствуя себя самым счастливым человеком

В течение 16 славных лет я преподавал 11-классникам в средней школе-магните в Майами.Для меня преподавание не было средством заработка. Это была моя жизнь.

Ничто не делало меня более счастливым и довольным, чем стоять перед классом и делиться произведениями таких писателей, как Шекспир, Чосер, Джек Керуак, Тупак Шакур и Гвендолин Брукс, и наблюдать, как мои ученики «подхватывают» мою страсть к языку и литературе.

Мне нравилось наблюдать, как эти 15- и 16-летние подростки борются со своими первыми важными жизненными решениями — будущей карьерой, отношениями, где жить, в какие колледжи поступать, что изучать — в тот же момент, когда они учатся. водить машину и получать свою первую работу, а также экспериментировать с самобытностью и независимостью.

Не было дня, когда бы я не чувствовал себя привилегированным быть частью их метаморфоз и благодарным за шанс повлиять на их жизнь.

Мой класс был моим убежищем, поэтому за день до Дня Благодарения в 2006 году, когда мне в 34 года поставили диагноз неизлечимая форма рака мозга и сказали, что мне осталось жить меньше года, я сделал то, что делал всегда. Я ходил в школу. Мне нужно было, чтобы мои ученики знали, что я доверяю им достаточно, чтобы поделиться самым священным проходом в жизни. Смерть.

Они, в свою очередь, помогли мне жить настоящим моментом и хорошо провести оставшееся время.В течение шести лет единственный раз, когда я не был в классе, это было, когда мне делали операцию на головном мозге. Я никогда не избегал темы моего рака, мультиформной глиобластомы, со своими студентами, но я не зацикливался на этом, как и они.

Я накрыл свою лысую, разорванную голову шерстяной шапкой и запланировал химиотерапию на время занятий, и я так научился болеть, что мог бежать в ванную, залезать в унитаз, смывать, чистить зубы и лететь обратно в класс менее чем за три минуты. Они сделали вид, что не заметили.За это время я даже стал «Учителем года» своего региона. Я был благодарен за каждый вздох и чувствовал, что могу жить так вечно.

Потом, два лета назад, опухоль в моей голове решила капризничать. Я играл в бильярд с другом, когда у меня случился катастрофический припадок, в результате которого я стал инвалидом и практически ослеп. После двух месяцев физиотерапии и мрачного прогноза улучшения я был вынужден признать, что больше не могу быть учителем, которым был когда-то, и подал в отставку.

Рак, наконец, сумел вывести меня из класса, но я не был готов позволить ему вывести меня из игры. Я не боялся умереть. Я боялся жить без цели.

Перефразируя Ницше, человек, у которого есть зачем жить, всегда может найти как. Моим «почему» всегда были мои ученики. Мне просто нужно было найти новое «как». Так как у меня больше не было класса, куда они могли бы прийти ко мне, я решил, что пойду к ним.

В сентябре 2012 года я разместил свой план на Facebook.Я сказал, что хочу провести оставшееся время в гостях у бывших студентов. Моя цель состояла в том, чтобы иметь возможность своими глазами увидеть, как поживают мои дети, и стать свидетелем того, как я помог, если вообще помог, изменить их юную жизнь. Это была возможность, которую когда-либо получали немногие, но многие, особенно учителя, жаждали ее получить.

Через несколько часов после публикации я получил приглашения от студентов из более чем 50 городов по всей стране. В начале ноября я отправился в путь, путешествуя по Америке на автобусе, на поезде, только я и моя трость с красным набалдашником.

В течение следующих трех месяцев я проехал более 8000 миль от Майами до Нью-Йорка, в самое сердце Америки и к Золотым Воротам Сан-Франциско, по пути посетив сотни моих бывших учеников. Я надеялся, что обнаружу, что по крайней мере некоторым из них я привил непреходящую любовь к книгам и литературе и глубокое любопытство к миру. Но то, что моя поездка научила меня, было еще более приятным.

Из путешествий я узнал, что мои ученики выросли добрыми и заботливыми людьми.

Люди, которые поднимали меня, когда я падал с бордюра, читали мне книги, которые я больше не мог видеть, и резали мне еду, когда я не мог взять нож. Они делились со мной своими самыми сокровенными секретами, знакомили со своими семьями и друзьями, пели мне мои любимые песни и читали мои любимые стихи.

Как я и надеялся, они вспомнили любимые уроки и книги из класса, но, к моему большому удивлению, именно наше личное время, проведенное вместе, казалось, значило для них больше всего. Те короткие интимные перерывы между уроками, когда мы делились душевными страданиями, уязвимыми местами и победами, запомнились моим ученикам.

И именно благодаря им я понял, что те самые человеческие моменты, когда мы были связаны на глубоком и личном уровне, были тем, что делало мою жизнь такой богатой тогда и сейчас. Мои ученики преподали мне величайший урок из всех. Они научили меня тому, что важно не столько то, чему мы учимся на уроках, сколько то, что мы чувствуем в наших сердцах.

Я прагматичный человек. Я знаю, что нет причин, по которым я все еще должен быть жив. Рак никогда не дает мне забыть, что он, а не я, в конечном итоге выиграет эту битву воли.Я знаю, что болезнь настигнет меня, и скорее раньше, чем позже.

Мои конечности увядают, а память угасает. Однако по мере того, как мой мир меркнет из-за опухоли, растущей в моей голове, я все яснее вижу дары, которые принесло обещание ранней смерти.

Мои путешествия закончены, но мои ученики всегда на расстоянии телефонного звонка, электронного письма или сообщения в Facebook. И из уроков, которые я усвоил в дороге, я, позаимствовав у великого Лу Герига, умру, чувствуя себя самым удачливым человеком на Земле.

Подписывайтесь на @CNNOpinion в Твиттере . Присоединяйтесь к нам по телефону Facebook/CNNOpinion .

Люди раскрывают причину, по которой они не боятся смерти

«Что мы говорим Богу Смерти?»

«Не сегодня.»

Извините. не мог сопротивляться. Да, мы знаем, что жизнь — это не серия «Игры престолов» (и если 8-й сезон нас чему-то и научил, так это тому, что нам так повезло, что это не так), но перспектива смерти и умирания напугала живущих до полусмерти. всех на протяжении всей человеческой цивилизации.

Те, кто с этим смирился, высказались после того, как реддитор johnnycross спросил интернет-сообщество: «Тем, к кому это относится, почему вы не боитесь смерти?»


«Мне нравится идея…»

Мне нравится идея окончательности. Все должно закончиться, включая меня. Также я чувствую, что прожил свою жизнь так, как я доволен. Я не могу быть богатым или успешным, но я добр к людям, и я знаю, что люди в моей жизни любят меня, и это все, на что я мог надеяться.

джбукси

«Быть в порядке…»

Смириться со смертью — это единственный способ по-настоящему наслаждаться жизнью. Со смертью трудно смириться, но рано или поздно она придет, и неизвестно когда. Именно поэтому нам нужно быть более внимательными к тому, чтобы присутствовать и просто наслаждаться тем, что у нас есть. Простите себя и наслаждайтесь маленькими вещами. Я искренне рекомендую прочитать «Вторники с Морри», в нем представлены очень интересные точки зрения на смерть и на то, как ее принять.

DeadClutch

«Депрессия действительно изменила мое сознание…»

Депрессия действительно изменила мой образ мышления, и я понимаю, что это нездоровый образ мышления. Я больше не склонен к суициду, но мне действительно все равно, если я умру. Скажи, что если я это сделаю, у меня не будет колледжа, работы, налогов, чего угодно. Я все равно умру в одиночестве, так что для меня это действительно не имеет значения. Однако, пока я жив, я буду максимально использовать это, у меня есть видеоигры, любящая семья и несколько действительно хороших друзей, так что я держусь.

АксисДиНид

«Я был в состоянии…»

Я был в состоянии небытия уже целую вечность. Потом я родился. Однажды я вернусь, чтобы не существовать еще целую вечность. Я также могу сделать время между ними длинным и приятным.

Я нахожу удивительным, что люди так боятся смерти и не могут понять, что больше не существуют, особенно когда все время до их рождения было именно так.

BaconConnoisseuir

«Мой папа и я…»

Мой папа и я отправились на сплав по реке, чтобы отпраздновать мое поступление в университет первого выбора. На 3-й день мы пошли боком через бигуди. Лодка перевернулась, и моего отца сбросило со своего места, а я застрял внутри. Как только я коснулся воды, я рефлекторно опустошил легкие.

После того, как я изо всех сил пытался выбраться из-под него, я понял, что умру.Потом я вспомнил, что со мной был мой папа, и я знал, что он будет винить себя, если я умру. Мне пришлось бороться с плавучестью моего спасательного жилета, но мне удалось проплыть под артиллерийским орудием и всплыть на другой берег.

Остаток дня я провел в экзистенциальном кризисе и пришел к решению, что буду оправдывать свое выживание учебой и, в конце концов, своей карьерой.

Столкнувшись со смертью, я больше не боюсь ее. В каком-то смысле я играю с деньгами дома и извлекаю из них максимум пользы.

ФОКТОР

«Смерть — это естественная часть…»

Смерть — естественная часть нашего существования. Вы ничего не можете сделать, чтобы предотвратить это, и иногда это может произойти довольно рано и неожиданно, и, поскольку у меня есть только одна жизнь, я решил делать с ней все, что захочу, и наслаждаться поездкой, пока она длится.

Лоплорд15

«Когда я был подростком…»

Когда я был подростком, у меня диагностировали эпилепсию в виде больших припадков и абсансов. Потребовалось довольно много времени, чтобы взять их под контроль, и в процессе моя личность изменилась. Я горевал как об изменении в моей будущей жизни, так и о потере того, кем я был. Я смирился с изменениями.

Меня уже схватили в душе и повесили в петле насадки для душа, как петлю. Я уже схватился и упал с бетонных ступенек и ударился головой.Я схватился и ударился головой о столешницу и разорвал себе спину о плинтус.

Я живу с возможностью умереть каждый день. Смерть рано или поздно придет, и бороться с ней бесполезно. Я не знаю ни дня, ни минуты, но когда придет время, я встречу Смерть как друга и надеюсь, что моя семья не будет слишком скорбеть обо мне.

BforBubbles

«То, чем я действительно занимаюсь…»

Я оглядываюсь и вижу зверства, творящиеся в этом мире.Я вижу, как люди умирают или их убивают, часто жестоко, за ничегонеделание. Младенцы, дети, женщины и мужчины одинаково убиты во имя чьего-то бога или других верований, а часто и вовсе без всякой причины. Просто оказаться не в том месте не в то время.

Как смерть может быть такой страшной, если она не только неизбежна, но и случается с такими людьми все время ?

Не говоря уже об остальном животном мире. Животные умирают в огромных количествах, которые мы даже не можем себе представить.Некоторые виды даже совершают самоубийство в рамках своего естественного жизненного цикла по той или иной причине. Есть так много причин полагать, что смерть не такая уж большая проблема, что я решил перестать ее бояться.

Я думаю, что единственная причина, по которой мы боимся его, это то, что он заложен в нашей ДНК; мы запрограммированы на то, чтобы избегать этого любой ценой в интересах распространения себя в будущем. Эволюция заставила нас бояться этого. Если бы это было не так, мы бы не зашли так далеко. (И под «мы» я подразумеваю все живое).

Итак, я пришел к выводу, что это не имеет большого значения. Этого просто не может быть, имхо. Альтернатива (если это действительно так страшно, как я раньше думала) состоит в том, что мы живем в буквальном аду.

Чего я действительно все еще боюсь, так это способа моей будущей смерти. Я только надеюсь, что это не будет слишком затянуто или болезненно.

грязный фламинго

«Мне поставили диагноз…»

Два года назад мне поставили диагноз лейкемия.Это началось как «подожди и посмотри», прежде чем лимфатический узел на шее вырос до размера мяча для софтбола, и это была «химия… сейчас!»

Я работаю адвокатом по делам о врачебных ошибках. Многие из истцов, которых я низложил, умирают от рака четвертой стадии. Многие умирают до того, как мы дойдем до суда. Для многих людей я могу быть последним человеком, который задает вам вопросы обо всей вашей жизни, прежде чем вы вернетесь к семье и друзьям и проживете свои последние дни в мире. Встреча со мной может буквально стать худшим днем ​​в твоей жизни.

видели, как многие люди смотрели в лицо смерти от рака. Кто-то злится, кто-то грустит, кто-то озлоблен, кто-то спокоен. Я всегда должен оставаться нейтральным и сопротивляться желанию поделиться своими эмоциями. Я не хочу спорить с разгневанным раковым больным не больше, чем плакать с грустным. Что я могу сказать, так это то, что люди, которые нашли мир со своим диагнозом и все еще находят время, чтобы шутить и смеяться над показаниями, вдохновляют меня на то, кем я хочу быть, если я когда-нибудь увижу смерть.

Поэтому, когда мне поставили диагноз, я никогда не боялся. Первый врач, сообщивший мне об этом, подумал, что я был в шоке от того, насколько мягко отнесся к этой новости. Думаю, я просто знал, чего ожидать. Я прошел химиотерапию, и сейчас у меня 1 год после химиотерапии и 7 месяцев ремиссии без каких-либо признаков заболевания. Страх смерти никогда не привлекал меня.

Ималаверкид

19 цитат, которые облегчат вашу тревогу о смерти, потому что мы действительно не должны бояться Жнеца

Со временем мы пришли к пониманию того, что все хорошее в жизни должно заканчиваться: седьмая книга о Гарри Поттере ; последние несколько часов свободы воскресным вечером; последний жареный сыр, проданный в Dunkin Donuts (нет, я еще не устал).Концовки неизбежны. И в какой-то критический момент нашего детства мы все поняли, что это относится не только к материальным объектам, но и к нам самим. Впервые мы рассмотрели нашу смертность и то, что именно означает смерть. Перестанем ли мы существовать после того, как сделаем последний вздох? После того, как мы всю жизнь занимаемся созданием ниши для себя, созданием, казалось бы, бесконечного количества воспоминаний и установлением бесчисленных значимых человеческих связей, все это просто… исчезает?

Я даже не задаюсь такими вопросами, но даже они пока достаточно ошеломляют.Потому что правда в том, что мы действительно не можем знать наверняка, что означает смерть и что она собой представляет на самом деле, пока не испытаем ее на себе. Еще более неприятно, когда это происходит с кем-то, кого мы знаем. Хотя в каком-то смысле кажется, что они все еще живы благодаря воспоминаниям, мы не можем не задаться вопросом, что с ними случилось или куда они ушли. Я думаю, что у всех нас было какое-то нездоровое любопытство к тому, что происходит после того, как мы умрем, и вместе с этим какое-то серьезное опасение, даже если мы знаем, что это не должно произойти с нами в ближайшее время.

Если вы боретесь с горем по любимому человеку или боитесь великого неизвестного в целом, вот несколько цитат, которые заставят вас чувствовать себя лучше о смерти:

1. «Смерть ужасна, потому что она такая обычная. происходит постоянно». — Сьюзен Чивер

2. «Мы все умрем. Цель не в том, чтобы жить вечно, а в том, чтобы создать что-то, что будет жить.» — Чак Паланик

3. «Я не боюсь смерти. Я был мертв за миллиарды лет до того, как родился, и не испытывал от этого ни малейших неудобств. — Марк Твен

4. «Неспособны любимые умереть. Ибо любовь есть бессмертие.» — Эмили Дикинсон

5. «Жизнь вечна, и любовь бессмертна;

и смерть только горизонт;

и горизонт есть не что иное, как предел нашего зрения». — Росситер Уортингтон Рэймонд

6. «Я иду искать Великое Возможно». — Франсуа Рабле

7. «Каждую ночь, когда я ложусь спать, я умираю.А на следующее утро, когда я просыпаюсь, я заново рождаюсь». — Махатма Ганди

8. «Как хорошо прожитый день приносит счастливый сон, так и хорошо прожитая жизнь приносит счастливую смерть». — Леонардо да Винчи

9. «Я не боюсь смерти. Это ставка, которую ставят, чтобы играть в игру жизни.» — Жан Жироду

10. « Смерть не противоположность жизни, а ее часть.» — Харуки Мураками

11. «Смерть — последний враг: как только мы это преодолеем, я думаю, все будет хорошо. — Алиса Томас Эллис

12. «Наша смерть не конец, если мы сможем жить дальше в наших детях и молодом поколении. Ибо они — это мы, а наши тела — всего лишь увядшие листья на дереве жизни». — Альберт Эйнштейн

13. «Не бойся смерти, ибо чем раньше мы умрем, тем дольше будем бессмертными». — Бенджамин Франклин

14. «Ибо что такое умереть, как не стоять голым на ветру и таять на солнце? И когда земля потребует твоих конечностей, тогда ты будешь танцевать по-настоящему.» — Халил Джебран

15. «Хотя любовники и потеряются, любовь не исчезнет; И смерть не будет иметь власти.» — Дилан Томас

16. «Лучше умереть смеясь, чем жить каждое мгновение в страхе.» — Майкл Крайтон

17. «Я не боюсь смерти, потому что Я не верю в это. Это просто выйти из одной машины и сесть в другую.» — Джон Леннон

18. «Не плачь, потому что все кончено. Улыбнись, потому что это случилось.» — Dr.Сьюз

19. «Для хорошо организованного ума смерть — всего лишь очередное великое приключение». — Дж.К. Роулинг

Фото: Fotolia

Украинские женщины вооружаются против России

Кристина уже более десяти лет живет со своей семьей в Италии, работает в супермаркете и в свободное время поет на свадьбах. Но когда год назад обострилась военная напряженность вдоль восточной границы Украины, 29-летняя украинка вернулась в свою страну, чтобы стать солдатом.

Она полностью осознавала опасность, в которую ввязывалась: с 2014 года Украина является объектом поддерживаемой Россией агрессии в ее восточном регионе Донбасса.

«Риск попрощаться с жизнью есть всегда. Мы не боимся смерти; мы боимся быть рабами», — сказала VICE World News Кристина, которая не назвала свою фамилию и местонахождение из соображений безопасности. «Я буду на своей земле до последнего».

Решение украинских женщин, таких как Кристина, взять в руки оружие для защиты страны от российской угрозы помогло создать армию, в которой доля женщин выше, чем в большинстве других вооруженных сил мира.

По данным Минобороны, на начало 2021 года в Вооруженных силах Украины служило около 57 тысяч женщин, что составляет 22,8 процента от общего числа. Этот показатель намного выше, чем у его соседей Польши (7,5 процента) и России (4 процента), а также США (16 процентов) и Германии (12 процентов). Только несколько стран, которые призывают мужчин и женщин на равных условиях, например, Норвегия и Швеция, имеют сопоставимый или более высокий уровень представительства женщин в своих вооруженных силах.

По мере того, как Россия продолжает свои атаки на Украину, ответственность за защиту страны частично легла на растущие ряды формальных и неформальных бойцов-женщин. Среди них 79-летняя женщина, которая недавно научилась стрелять из пистолета, бывшая королева красоты Анастасия Ленна, которая представляла Украину на конкурсе Miss Grand International 2015, и Кристина, бывшая свадебная певица.

Несмотря на то, что она единственная женщина в своей горно-боевой части, Кристина сказала, что делает «все на равных с мужчинами.»

«Они относятся ко мне в первую очередь как к военной женщине, как к другу, как к сестре», — сказала она.

С тех пор, как 24 февраля российский лидер Владимир Путин вторгся в его соседей, женщины занимают видное место среди украинских гражданских лиц, сражающихся с российскими войсками, от приготовления коктейлей Молотова до разборки дорожных знаков.

Их роль в украинском сопротивлении можно проследить до протестов на Майдане в 2013 году, когда волна массовых демонстраций привела к свержению пророссийского президента Украины Виктора Януковича.

Во время протестов, против которых яростно выступило российское правительство, женщины помогали во временных больницах и присоединялись к отрядам самообороны. В том же году в вооруженных силах стал наблюдаться значительный рост числа женщин, вступающих в армию, — число, которое увеличилось более чем вдвое за шесть лет до 2020 года.

«[Эти женщины] показывают, что украинское общество сделает все, чтобы защитить свою свободу и суверенитета», — сказала Олеся Хромейчук, директор Украинского института в Лондоне, благотворительной организации и центра образовательной деятельности, связанной с Украиной.

Когда Москва аннексировала Крым и поддержала сепаратистов в Донбассе на востоке Украины в 2014 году, многие женщины просто повторили роли, которые они выполняли во время протестов, но на этот раз в вооруженных силах, говорит Хромейчук.

Изначально женщинам не разрешалось занимать боевые позиции, хотя некоторые все же находили способ обойти юридические ограничения. За прошедшие годы появились сообщения о дискриминации по признаку пола, а также обвинения в сексуальных домогательствах в армии.

Но в 2018 году принятие закона о гендерном равенстве в армии предоставило женщинам равные права с мужчинами в армии, что привело к глубокому сдвигу в обществе, отмечает Хромейчук.

«Женщины-военнослужащие, присоединившиеся к военным, многое сделали для того, чтобы бросить вызов традиционным представлениям о гендерных ролях, бытовавшим в Украине», — сказала Хромейчук. «Женщины-военнослужащие стали восприниматься в первую очередь не как женщины, а как профессионалы, решившие пойти в армию».

Это число может увеличиться после вторжения. По состоянию на декабрь прошлого года обновление правил Министерства обороны требует от женщин в возрасте от 18 до 60 лет, признанных годными к военной службе, зарегистрироваться в вооруженных силах, чтобы они могли быть мобилизованы во время войны.

«Учитывая, что у наших границ находится более 122 тысяч российских военнослужащих, решение кажется логичным, своевременным и разумным», — заявила тогда журналистам депутат украинского парламента Александра Устинова.

В феврале украинские власти объявили, что планируют завербовать более 1,5 миллиона гражданских лиц в Силы территориальной обороны, подразделение военного резерва, состоящее из гражданских резервистов. В прошлом году Евгения Чех решила, что присоединиться к такому отряду — ее национальный долг.

Год назад она была косметологом, проживающей в Полтавской области в центральной Украине. Теперь она также является членом местного резервного подразделения. Добровольцы, такие как Чех, известны как «воины выходного дня», люди, которые работают на гражданской работе, но участвуют в военных учениях, и которых можно призвать для поддержки вооруженных сил в сопротивлении захватчикам.

До вторжения Чех проводила свои субботы на военных учениях, и без предшествующего спортивного опыта ее опыт был трудным.Но 46-летняя женщина сказала VICE World News, что у нее «не было никаких страхов и колебаний» перед боем.

«Сейчас вся Украина и украинцы воюют с российской армией», — сказала она. «Чувствую себя решительно и уверенно, без страха и жалости к врагу».

«У меня есть семья. Я беспокоюсь не только о них, но и обо всех гражданах».

Но факт остается фактом: новобранцы вроде Чеха, не имевшие военного опыта, являются несовершенным решением нынешнего кризиса.В видео, которое стало вирусным на выходных, бывший президент Украины Петр Порошенко дает интервью в прямом эфире, а позади него солдат случайно роняет магазин винтовки.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.