Футурология фукоэма мацусита: Футурология — Википедия – Футурология на РБК Тренды

Футурология — Википедия

Футуроло́гия (от лат. Futurum — будущее и греч. Λόγος — учение) — прогнозирование будущего, в том числе путём экстраполяции существующих технологических, экономических или социальных тенденций или предсказания будущих тенденций. Методы изучения тесно роднят футурологию с историей и прогнозированием, а интерес к будущему — с научной фантастикой.

«Тучеразгонитель» на паровой тяге на карточке 1900 года из цикла «Германия в XXI веке»

Прогнозировать будущее пытались многие философы, пророки и религиозные мыслители с древних времён: Платон, Аристотель, ветхозаветные библейские пророки, например, Исайя, новозаветные святые, например, Иоанн Богослов, средневековые мистики, например, Нострадамус и пр.

Первые попытки научных прогнозов относятся к концу XIX века: «Германия в 2000 году» (1891) Георга Эрманна, «Будущая война и её экономические последствия» (1897) Ивана Станиславовича Блиоха, «Набросок политической и экономической организации будущего общества» (1899) Густава де Молинари, «Предвосхищения» (1901) Герберта Уэллса. В 1920-1930-е годы имела влияние книга Джона Холдейна «Дедал, или Наука и будущее» (1924).

Термин «футурология» предложил социолог Осип Флехтхаймruen в 1943 году в письме к Олдосу Хаксли, который с энтузиазмом его принял и ввёл в оборот.

В СССР было принято разделять «буржуазную» футурологию и «научную» (марксистскую) прогностику[1].

Основные методы, используемые в футурологии, можно разделить на четыре группы:

  • Направленные на выявление общего мнения опросы экспертов с помощью метода Дельфи или анкетирования.
  • Статистические методы, такие как экстраполяция, вероятностный анализ, регрессионный и корреляционный анализ.
  • Поиск аналогий будущего с существующими системами и составление сценариев будущего.
  • Ролевые игры, симуляции, переговоры и другие методы групповой работы по планированию и прогнозированию будущего.

Экстраполяция — лишь один из многих методов и техник, используемых при изучении будущего (таких как сценарии, метод Дельфи, мозговой штурм, морфология и другие). Футурология также включает рассматривание таких вопросов, как нормативные или желаемые варианты будущего.

Футуролог использует вдохновение и исследование в различных пропорциях. Этот термин исключает тех, кто предсказывает будущее сверхъестественными способами, а также тех, кто предсказывает недалёкое будущее или легко предсказуемые варианты развития событий (например, экономисты, которые предсказывают изменения процентных ставок в течение следующего делового цикла, футурологами не являются, в отличие от тех, кто предсказывает относительное богатство наций через поколение).

Некоторые авторы были признаны футурологами. Они исследовали тенденции (особенно технологические) и писали книги о своих наблюдениях, заключениях и предсказаниях. Вначале они следовали следующему порядку: публиковали свои заключения, а затем принимались за исследования для новой книги. В последнее время они основали консультационные группы или стали зарабатывать публичными выступлениями. Элвин Тоффлер, Джон Нейсбитт и его бывшая супруга Патриция Эбурдин — три ярких примера этого класса. Многие гуру бизнеса также подают себя в качестве футурологов.

Некоторые попытки были сделаны в области космологической футурологии относительно предсказания далёкого будущего всей Вселенной, обычно предрекая её тепловую смерть или «большое сжатие».

Футурологи имеют очень неоднозначную репутацию и историю успехов. По очевидным причинам они часто экстраполируют современные технологические и общественные тенденции и полагают, что они будут развиваться теми же темпами в будущем, однако технический прогресс в реальности имеет свои собственные пути и темпы развития. Например, многие футурологи 1950-х верили, что в наши дни космический туризм будет повсеместно распространённым явлением, но не предсказали возможности вездесущих дешёвых компьютеров. С другой стороны, многие прогнозы были точными.

Прогнозируемые варианты будущего (по состоянию на 2003 год) включают как экологическую катастрофу, так и утопическое будущее, в котором беднейшие люди живут в условиях, которые сегодня можно считать богатыми и комфортными, так и трансформацию человечества в постчеловеческую форму жизни, а также уничтожение всей жизни на Земле в нанотехнологической катастрофе.

См. Категория:Футурологи

10 самых видных футурологов нашего времени

Они знают всё о будущем. Во всяком случае, они стали известными благодаря своим представлениям о завтрашнем дне планеты.

Они знают всё о будущем. Во всяком случае, они стали известными благодаря своим представлениям о завтрашнем дне планеты.

1.Пол Робертс (Paul Roberts)

Пол Робертс ― американский журналист и автор двух научно-популярных книг «Конец нефти» (2004) и «Конец пищи» (2008), сделавших его всемирно известным. 

В 1983 году Робертс окончил Университет штата Вашингтон и долгое время писал для таких журналов как «Harper's magazine» и «National Georaphic». 

В своих статьях Пол охватывает сложное взаимодействие экономики с природными ресурсами и примером этому может послужить его активное содействие расчету «пика нефти», теории, согласно которой, мир, возможно, уже достиг максимального уровня добычи нефти, и что в ближайшие десятилетия поставки топлива будут резко снижаться.  

В своей дебютной книге «Конец нефти» Пол Робертс дал анализ различным проблемам, связанным с зависимостью человечества от нефти и от других ископаемых видов топлива (природный газ, уголь). Книга получила множество положительных отзывов от читателей и американских изданий. Примечательно, что эколог Билл МакКиббен, в статье для New York Review, описал произведение, как «пожалуй, лучшая книга, когда-либо написанная о топливной энергетике и ее последствиях для окружающей среды».

2.Обри ДиГрей (Aubrey de Grey)

Много веков назад, испанский мореплаватель Понсе де Леон искал мифический источник вечной молодости, вода из которого, как полагают, останавливает разрушительное воздействие старости. Сегодня, уроженец Великобритании Обри Ди Грей предсказывает будущее, в котором мы сможем остановить старение, посредством изменения структуры тела человека на клеточном уровне. Помимо предсказаний, Ди Грей ведет активную работу для достижения мечты о более длительной жизни человека, чем сейчас.

Выпускник Кембриджского университета начал свою научную карьеру с компьютерных наук, но затем переключился на новую область - биогеронтологию.  Обри в общих чертах составил проект омоложения человеческого тела, который назвал «стратегии достижения пренебрежимого старения инженерными методами (SENS)», который ликвидирует все семь типов повреждений организма при старении. Сейчас Ди Грей возглавляет компанию SENS Foundation, некоммерческую организацию, поддерживающую научные исследования в области омоложения. В 2010 году, в интервью журналу «The Guardian», Обри  Ди Грей заявил, что продолжительность жизни человека, по его мнению, в конечном итоге, будет продлена до 1000 лет и предполагается, что первый человек, который проживет первую тысячу лет, уже ходит по планете. 

3. Уильям Гибсон (William Gibson)

Основатель литературного стиля киберпанк, Уильям Гибсон, в начале 1980-х годов, на старомодной ручной пишущей машинке начал прокладывать свой литературный путь через дебри киберпространства, вооружившись только своей фантазией. Его трилогия цикла «Киберпространство» привлекла миллионы читателей. Некоторые произведения Уильяма Гибсона были созданы в соавторстве с американским писателем-фантастом Брюсом Стерлингом. 

Произведения Уильяма Гибсона носят ярко выраженный социально-психологический и социально-философский характер, и считается, что Гибсон - лучший из стилистов современной литературы.

В произведениях начала 1980-х годов фантазия Гибсона родила кибермир, поразительно схожий с тем, в котором мы живем сегодня, однако во время создания книги существовал лишь скелет интернета, связывающий несколько университетов и научно-исследовательских институтов. К сожалению, кибермир, так похожий на наш, в книгах автора имеет далеко не самое светлое будущее. В его книге 1988 года «Мона Лиза Овердрайв» описывается мир, в котором сетевые «маньяки» настолько привязываются к паутине интернета, что в итоге превращаются в предкоматозных призраков, ведущих лежачий образ жизни и намертво прикованных к модему. Однако автор пророчит и полезные стороны использования высоких технологий: в его книге «Идору», изданной в 1997 году, китайский город сносится с лица земли властями с той лишь целью, чтобы воскресить его в киберпространстве в качестве онлайн оазиса для политической и творческой свободы.

4. Рэймонд Курцвейл (Ray Kurzweil)

В возрасте 13 лет нью-йорский подросток Рэй Курцвейл использовал составные части телефона для сборки калькулятора, способного вычислять квадратные корни. В этот момент Рэй достиг уровня разработок Массачусетского технологического института (MIT) конца 1960-х годов. 

В возрасте 15 лет он написал первую программу для обработки статистических данных. 

В 1974 году Курцвейл основал собственную компанию, создающие системы для распознавания речи. Продукты этой и других компаний, созданных Курцвейлом, были очень успешными и принесли ему состояние. Но человек, который, возможно, является величайшим изобретателем Америки (некоторые называют его наследником Томаса Эдисона), добился еще большей известности как футурист.

По предсказаниям Рэя Курцвейла, роботы в итоге превзойдут человеческий интеллект. Рэй смело назвал дату технологической сингулярности - 2045 год. В 2005 году в своем эссе Курцвейл заявил, что к 2045 году «небиологический интеллект» не просто превзойдет человеческие возможности, но будет в миллиард раз умнее, чем человеческий мозг сегодня.  Однако Рэймонд отметил, что не боится сценария развития событий кинофильма «терминатор», в котором роботы вознамерились уничтожить человеческую расу. Вместо этого, он ожидает будущее, в котором человеческий и искусственный интеллект интегрируются друг в друга для достижения более удивительных целей и инноваций. Курцвейл прогнозирует, что к 2030-м годам большинство человеческих органов будут заменены на нанороботы, которые продлят жизнь человека и будут работать более эффективно. 

С декабря 2012 года Рэймонд Курцвейл занимает должность технического директора в области машинного обучения и обработки естественного языка в компании Google.

Основные предсказания Курцвейла:

  • В      2010-е годы специальные устройства будут проецировать изображения прямо в      человеческие глаза, создавая эффект виртуальной реальности (очки с      эффектом 3D). Мобильные телефоны, встроенные в одежду, станут посылать      звук прямо в ухо (Bluetooth). «Виртуальные ассистенты» будут помогать      людям во многих повседневных делах. В частности, они смогут производить      мгновенный перевод иностранной речи. Маленькие компьютеры, связанные с      интернетом, будут всё теснее интегрироваться в повседневную жизнь.
  • По      мнению Курцвейла, уже в 2014 году мощность суперкомпьютера сравняется с      мощностью человеческого мозга. Компьютеры перестанут существовать, как      отдельные объекты — они примут нетрадиционную форму и будут встроены      в одежду и повседневные предметы. Виртуальная реальность будет вовлекать      не только зрение и слух, а все органы чувств.
  • К      2020 году персональные компьютеры достигнут вычислительной мощности      человеческого мозга. В 2020-х годах в медицинских целях начнут      использовать наномашины. В частности, нанороботы смогут доставлять питание      к клеткам человека и удалять их отходы. Они также произведут детальное      сканирование мозга человека, позволяющее понять детали его работы. К концу      десятилетия в промышленности станут широко использоваться нанотехнологии,      что приведёт к значительному удешевлению производства всех продуктов. К      2029 году компьютер сможет пройти Тест Тьюринга, доказывая наличие у него      разума в человеческом понимании слова. Это будет достигнуто путём      компьютерной симуляции мозга человека.
  • В      2030-е годы наномашины будут вставляться прямо в мозг и осуществлять      произвольный ввод и вывод сигналов из клеток мозга. Это приведёт к      виртуальной реальности «полного погружения», которая не потребует      какого-либо дополнительного оборудования.
  • В      2040-е годы человеческое тело сможет принимать любую форму, образуемую      большим числом нанороботов. Внутренние органы будут заменены      кибернетическими устройствами гораздо лучшего качества.
  • Курцвейл      предсказывает наступление технологической сингулярности в 2045 году. В это      время вся Земля начнёт превращаться в один гигантский компьютер, и      постепенно этот процесс может распространиться на всю Вселенную. Природа      сингулярности такова, что более конкретные прогнозы на период после 2045      года сделать затруднительно.

 5.  Дирк Хелбинг (Dirk Helbing)

Дирк Хелбинг, физик, математик и социолог немецкого происхождения, надеется создать гигантский кластер компьютерных программ для  создания машины, способной достигнуть такого уровня предвидения событий, что жрецы древнего Дельфийского оракула могли бы позавидовать. Но Хелбинг хочет получать информацию не только о нескольких быстротечных событиях, но и о долгосрочных изменениях, влияющих на жизнь людей по всей планете.

В Швейцарском Федеральном технологическом Институте в Цюрихе, Хелбинг руководит проектом по созданию гигантской математической модели, глобальному симулятору получившему название «Living Earth Simulator Project»(LES). По замыслу создателей проект должен охватить практически все аспекты жизни на земном шаре: от экономической статистики стран до повседневных «твиттов». Ориентировочная стоимость разработки составляет 1,4 млрд. долларов и по предварительным прогнозам должна быть завершена к 2020 году.  

Чтобы разобраться в нескончаемом потоке разнообразной информации LES должен связывать вещи, казалось бы, не связанные друг с другом. Для этого используется особая система сложных алгоритмов и уравнений призванных искать связи, на первый взгляд между несвязными событиями. Хелбинг и его коллеги хотят создать устройство, способное предсказывать события, начиная от войн и финансовых кризисов и заканчивая эпидемиями и вспышками инфекционных заболеваний. Важным условием является то, что машина должна настолько заранее предсказать будущее событие, чтобы люди успели принять меры, по его решению или устранению. 

Европейская Комиссия и 30 ведущий научно-исследовательских институтов по всему миру создали консорциум для поддержки проекта LES. 

Реализация этого проекта, получившего название "Living Earth Simulator" и моделирующего практически все аспекты жизни на всем земном шаре, обойдется в сумму 1.3 миллиарда долларов и, по предварительным прогнозам, может быть завершена к 2020 году.

Это моделирование будет отслеживать все, начиная от финансовых сделок, маршрутов миграции людей из одной страны в другую до данных о выбросе углекислого газа в атмосферу. Если компьютерные гении сумеют реализовать на практике этот, в буквальном смысле, подвиг компьютерного моделирования не только всей планеты в целом, но и поведения каждого отдельного ее жителя, это может сделать возможным моделирование будущего, подобного моделированию проводимому учеными-синоптиками для предсказаний погоды. 

 Уверенность Хелбинга в успехе реализации этого проекта базируется на его исследованиях в области технологий, социологии и экономики, и, возможно, на его чрезмерном увлечении чтением произведений Айзека Азимова.

 6. Кристофер Альберг (Christopher Ahlberg)

Бывший рейнджер шведской армии со степенью доктора наук в компьютерных технологиях, Кристофер Альберг также является создателем сервиса Recorded Future (записанное будущее). RF - компания-пионер в области использования интернет ресурсов и социальных сетей для предсказания событий в ближайшем будущем. 

Кристоферу Альбергу как-то пересказали одну из линий последнего романа Уильяма Гибсона «Zero History» - о возможности одного из героев в точности предсказывать будущее, но только на несколько минут. Первой реакцией Альберга был вопрос: «Какие он использовал вводные данные?» Реакцию Альберга можно понять. Герой произведения Гибсона - его прямой конкурент.

Компьютерные системы Recorded Future постоянно мониторят тысячи веб-сайтов, блогов и twitter-аккаунтов, используя сложнейшее программно-аналитическое обеспечение, в попытках обнаружить «невидимые связи» для предсказания событий, в которые могут быть вовлечены пользователи. Для этого его компания Recorded Future обрабатывает 300 тыс. документов в час, сканируя около 250 тыс. источников. Помимо возможного предсказания события, RF устанавливает количество таких связей, а затем пытается использовать эту информацию чтобы измерить величину импульса будущего события, то есть когда и где оно может произойти.

Альберг в интервью изданию Business Insider в 2011 году признал, что программное обеспечение по-разному работает в различных областях сканирования, прогнозируя лучше и эффективнее те события, которые происходят чаще других. Например волатильность(изменчивость) фондового рынка угадывается чаще чем выборы.  

 Клиенты компании Recorded Future - финансовые аналитики и разведслужбы, в эту компанию проинвестировали Google и ЦРУ.  

 7. Митио Каку (Michio Kaku)

Как ученый, профессор теоретической физики в Городском Университете Нью-Йорка, проделал важную работу в изучении теории струн, стремящуюся примирить теорию относительности Эйнштейна с квантовой механикой, предполагая, что фундаментальные частицы являются ультрамикроскопическими квантовыми струнами.  Но Митио Каку более известен как автор бестселлера «Физика невозможного», посвященного объяснению того, как изменяться научные тренды и направления, принимая во внимание последние открытия и изобретения.

В другой своей книге, опубликованной в 2011 году, «Физика будущего: как наука будет определять судьбу человека и влиять на нашу повседневную жизнь в 2100 году» Каку в значительной мере опирается на опрос Делфи, проведенный в неформальной обстановке с экспертами в различных областях науки. Он побывал во многих лабораториях и изучил массу прототипов изобретений, которые уже существуют, чтобы попытаться предсказать, как будут развиваться научные тренды в дальнейшем. На основе данных и своего воображения Каку придумал  теоретическое общество будущего с технологиями, которые покажутся научной фантастикой даже сегодня.

Каку предсказывает, что компьютеры смогут читать наши мысли, а это, в свою очередь, позволит нам передвигать объекты и управлять машинами силой мысли. Он также прогнозирует прогресс в области биотехнологий, который позволит людям увеличить продолжительность жизни и создать новые организмы, которых в природе не существует. Нанотехнологии дадут нам возможность брать один материал и превращать в совершенно другой на молекулярном уровне, исполняя мечту средневековых алхимиков по созданию философского камня. По мнению Каку, к 2100 году исчезнут все межнациональные различия, а мир превратится в единую планетарную цивилизацию.

Также Митио Каку интересуется астрономией, являясь куратором многих документальных фильмов на тему устройства Вселенной. Всю сознательную жизнь, по его словам, в науке изучает время.

8. Элвин Тоффлер (Alvin Toffler)

Если вы озадачены поведением руководителей корпораций и политиков, которые постоянно изъясняются жаргонными фразами вроде «изменить правила игры», скажите спасибо Элвину Тоффлеру, который работает бизнес-журналистом журнала Fortune и консультантом технологических компаний, таких как IBM, Xerox и AT&T. Его книга «Шок будущего», изданная в 1970 году, сделала популярной идею, что увеличение темпа технологического прогресса, в частности, рост компьютеров, может иметь разрушительные последствия для общества, поскольку многие люди не могут шагать в ногу с прогрессом и остаются на обочине современности, растерянные и дезориентированные.

Тоффлер также выдвинул идею того, что быстрое изменение может фундаментально поменять способ взаимодействия людей друг с другом. И какой будет результат? Возникнет состояние бытия, которое Тоффлер называет «высокой быстротечностью», когда отношения длятся все меньше и меньше, а люди, идеи и организации изживают себя быстрее и быстрее. В этом мире растущего непостоянства, по предсказанию Тоффлера, пользователи эволюционируют в общество растущего потребления, которое покупает одноразовую продукцию для удовлетворения временных нужд, будучи подверженным постоянному гипнозу покупать все больше и больше.

«Шок будущего» показал мрачное антиутопичное общество, в котором высокотехнологичная элита будет стремиться удерживать массы под контролем. Но спустя десятилетия мы увидели, что предсказания Тоффлера стали правдой во многих случаях, начиная с мобильных телефонов, меняющихся раз в год, и заканчивая виртуальными корпорациями, которые ненадолго собираются для достижения одной цели, а после внезапно исчезают.

Научная концепция Элвина Тоффлера основывается на идее сменяющих друг друга волн-типов общества. Первая волна — это результат аграрной революции, которая сменила культуру охотников и собирателей. Вторая волна — результат индустриальной революции, которая характеризуется нуклеарным типом семьи, конвейерной системой образования и корпоративизмом. Третья волна — результат интеллектуальной революции, то есть постиндустриальное общество, в котором наблюдается огромное разнообразие субкультур и стилей жизни. Информация может заменить огромное количество материальных ресурсов и становится основным материалом для рабочих, которые свободно объединены в ассоциации. Массовое потребление предлагает возможность приобретать дешёвую, нацеленную на конкретного покупателя продукцию, распределяемую по малым нишам. Границы между продавцом и покупателем стираются — «просьюмер»(профессиональный потребитель) может сам удовлетворить все свои потребности.

9. Джон Нейсбит (John Naisbitt)

Американский писатель и футуролог Джон Нейсбит приобрел мировую известность, издав в 1982 году книгу «Мегатренды»,  ставшую мировым бестселлером, разошедшемся по 57 странам более чем 14 млн. экземпляров. Это было футурологическое исследование, основанное на реальном анализе тенденций развития американского общества конца XX века. Джон Нейсбит дал новый взгляд на будущее и новое понимание настоящего, анализируя путь, пройденный американским обществом от постиндустриального к информационному.  

Нейсбит учился в Гарварде, Корнельском университете и университете штата Юта. В прошлом морской пехотинец, руководитель высшего звена в компаниях IBM и Kodak, Джон также служил помощником при двух президентах США: заместителем главы департамента образования при Джоне Кеннеди и специальным помощником Джона Гарднера (министра здравоохранения, образования и социального развития) при администрации Линдона Джонсона. В 1968 году Джон Нейсбит создал свою компанию - Urban Research Corporation. 

За Нейсбитом также числится основание в Китае некоммерческого, независимого института, занимающегося исследованиями культурной, социальной и экономической трансформации Китая. В 2009 году была опубликована «Мегатренды Китая», книга об анализе роста Китайской экономики. Нейсбит является советником по вопросам развития сельского хозяйства при короле Тайланда, приглашенным профессором МГУ, преподавателем университета Нанкина в Китае и обладателем 15 почетных докторских степеней в гуманитарных науках и технологиях. 

10. Фейт Попкорн (Faith Popcorn)

Фейт попкорн - футуролог, основатель и генеральный директор консалтинговой компании «BrainReserve». До основания собственной компании Попкорн была креативным директором рекламного агентства. Фейт окончила Нью-Йоркский Университет и Высшую школу изобразительных искусств. 

Фейт Попкорн и ее компания «BrainReserve» сделали себе имя за счет консультаций таких фирм как «Johnson & Johnson», IBM и «Dunkin 'Donuts» в области определения новых тенденций развития рынка потребления и в том, как меняется образ жизни потребителя, от работы до хождения по магазинам. Метод прогнозирования Фейт Попкорн, опубликованный в 1998 году в Los Angeles Times, заключается в тщательном анализе журналов, газет и статистики на предмет меняющихся тенденций потребителей. 

Попкорн стала знаменитой после того, как опубликовала данные о том, что человек стремится к жизни, согласно тренду под названием «Кокон», тенденция, ведущая к домашнему образу жизни, просмотре фильмов, заказов еды на дом и прочее. Фейт также предсказала то, что женщины, занимающиеся серьёзным бизнесом, склонны к разочарованию в своем деле и выходу из него, в поисках более простой и спокойной жизни. Такие предсказания Попкорн как повышение спроса на татуировки, косметические операции и другие формы модификаций человеческого тела уже сбылись, но другие - такие как стремление молодежи к созданию собственной индивидуальности, отторгая модные бренды - все еще остаются в будущем. 

Мацусита, Коносукэ — Википедия

В Википедии есть статьи о других людях с фамилией Мацусита.

Коносукэ Мацусита (яп. 松下 幸之助 Мацусита Ко:носукэ, 27 ноября 1894 — 27 апреля 1989) — японский бизнесмен, основатель Matsushita Electric, известной своей бытовой электроникой под брендами Panasonic, Technics, National.

Родился в деревне Васамура, которая теперь является частью города Вакаяма (Япония).

Его отец был мелким землевладельцем и видным членом местного общества.

Коносуке — самый младший ребенок в семье, к тому времени у него уже было пять сестер и три брата. Когда ему было 4 года, семья разорилась и была вынуждена переехать с фермы в маленький дом в городе.

Чтобы помочь поддержать семью, Коносуке, когда ему было девять лет, отправили работать подмастерьем в магазин, продававший жаровни, в Осаку. Меньше чем через год магазин обанкротился.

В раннем возрасте из жизни ушли его мать и несколько братьев и сестер. В дальнейшем он остался единственным выжившим ребенком в семье.

Коносуке нашел новую подработку в магазине, торговавшем велосипедами. Велосипеды в то время были предметом роскоши, их ввозили в страну из Великобритании.

В 1909 г. на улицах Осаки начали появляться трамваи. В 1910 году Мацусита начал работать в компании Osaka Light и проработал 7 лет. Начинал он с зарплаты в одну йену в месяц и с подсобной работы помощника электромонтера. В дальнейшем – участвовал в переоборудовании театров в кинотеатры, а также оснащал проводкой дома богатых бизнесменов[1].

Коносуке пытался заинтересовать своего работодателя улучшенной новой формой электрического патрона, над которой он трудился в свободное время. Но его старания оказались напрасны. Тогда, вспомнив совет отца о преимуществе предпринимательства, он решает начать собственное дело. На момент увольнения из компании Мацусите было двадцать два года.

15 июня 1917 года Коносуке основывает собственную компанию с начальным капиталом не более 100 йен. Однако его мало пугали скудные ресурсы. Он, жена, два нанятых работника и его шурин трудились в крошечной арендуемой квартирке над производством штепсельных вилок. Продажи вилок были низкие, и к концу 1917 года маленькая компания стояла на грани разорения.

Спас компанию неожиданный крупный заказ на 1000 изоляционных плат для электровентиляторов. Теперь, когда бизнес начал расти, Коносуке арендовал двухэтажный дом, и это было началом производства электрических устройств компании Matsushita Electric.

Компания начала производство инновационных на то время электрических переходников. Продукция была очень популярна и заслужила хорошую репутацию качественного товара по невысокой цене.

В 1923 году он признал огромный потенциал рынка за велосипедными лампами. В то время лампы уже существовали, но работали не более 3 часов и были ненадёжны. Решив преодолеть эти недостатки, Коносуке спроектировал велосипедную лампу в форме пули, которая работала без подзарядки до 40 часов. Вначале рынок был настроен скептически по отношению к товару, и мало кто верил в подобные возможности, но затем лампы стали очень популярны. Далее последовал выпуск настольных ламп, которые можно было использовать вместо керосинок. Так появился первый бренд компании — National.

В 1932 году он сформулировал миссию компании, которая впоследствии привела к росту такого бренда, как Panasonic. Комментируя будущее компании, он сказал: «Наш бизнес — это то, что поручено нам обществом. Поэтому мы обязаны направлять и развивать компанию так, чтобы помогать развиваться обществу и способствовать усовершенствованию жизни людей».

«Бизнес — это люди» — было одним из его любимых высказываний. Он долго верил в развитие способностей его служащих и в 1934 году открыл Институт для обучения служащих на фабрике Кэдома.

Не всё было так гладко в истории компании. Из-за войны между Японией и Китаем, а впоследствии и второй мировой войны, на компанию было оказано давление со стороны государства с целью производства товаров для военных нужд. За время свершившихся войн Matsushita Electric Industrial потеряла 32 фабрики и офисы, главным образом в Токио и Осаке. К счастью, главный офис и основная фабрика были спасены, но компания понесла серьёзные потери и восстанавливалась фактически на пустом месте. Сам Коносуке смог избежать преследований как военный преступник благодаря петиции, подписанной более чем 15 тысячами сотрудников.

Послевоенное общество Японии было разорено инфляцией, нехваткой продовольствия и нечестной практикой деловых отношений. Чтобы обратиться к фундаментальным вопросам относительно человеческих условий существования, в 1946 г. Коносуке учредил движение «За мир и счастье через процветание» (Институт PHP).

В его ежегодном послании относительно политики управления в 1951 году Коносуке объявил, что для компании настало время занять весомое место в международном экономическом сообществе. Коносуке посетил США, чтобы лично увидеть уровень американской промышленности, и заметил огромную пропасть между преуспевающей Америкой и обедневшей после войн Японией.

Он понял, что, для того чтобы конкурировать с Западом, его компания нуждалась в лучшем знании электроники и более специализированном подходе к разработке новой продукции.

Следующим шагом в развитии Matsushita Electric Industrial стало сотрудничество с концерном Philips, в рамках которого производство теле- и радиоаппаратуры вышло на качественно новый уровень. Через некоторое время успешной работы появился новый бренд Matsushita Electric Industrial — Panasonic.

На ежегодной встрече, посвящённой политике управления, в 1961 году, Коносуке произнёс воодушевляющую речь, сообщая, что компания достигла высоких целей, которые ставила перед собой, и теперь входит в новую фазу роста. После завершения своей речи он сообщил о своей отставке, и что по-прежнему будет поддерживать компанию, но уже из-за сцены, как председатель.

В 1963 году Коносукe появился на NHK, общественном телевизионном канале Японии, беседовал с премьер-министром Японии Хэято Икэдой. Коносуке защищал духовное образование и другие средства развития человеческих ресурсов, которые, как он заявил, были жизненно важны для национального будущего страны.

Поскольку успех Matsushita Electric стал распространяться за границу, Мацуситу стали признавать как одного из великих предпринимателей мира. Многочисленные иностранные представители, такие как Роберт Кеннеди, Индира Ганди, Тито, приезжали в Японию, чтобы совершить экскурсию по его компании.

Иностранные СМИ вскоре обратили своё внимание на Panasonic и его основателя. В феврале 1962 года на обложке журнала TIME предстал сам Коносуке Мацусита. Кроме того, в сентябре 1964 о Мацусите написал журнал Life: его называли «главный промышленник», «самый богатый человек», «философ», «издатель журнала» и «самый продаваемый автор».

Осенью 1963 Коносуке участвовал на 13-й Международной конференции управления, спонсируемой Советом по международной организации и науке в Нью-Йорке. В его презентации рассказывалось о философии управления, был сделан акцент на понятиях управления, справедливом соревновании, сосуществовании и взаимном процветании. Речь получила тёплый отклик посетителей.

Коносуке полагал, что в XXI столетии Япония и другие азиатские страны будут производить бо́льшую часть товаров в мире, и он с энтузиазмом продвигал новые политические и экономические идеи, такие как необлагаемое налогом государство и другие управленческие системы, которые подготовят Японию к будущему.

Умер 27 апреля 1989 года в возрасте 94 лет.

Перу Мацуситы принадлежат множество книг, наиболее популярными и известными из них являются:

  • «Поиск пути к гармонии и счастью через процветание» (яп. 『道をひらく』, 1968) — 4,5 млн экземпляров
  • «Альбом бизнес-решений» (яп. 『商売心得帖』, 1973) — 850 тыс. экземпляров
  • «Альбом управления знаниями» (яп. 『経営心得帖』, 1974) — 450 тыс. экземпляров
  • «Руководство условиями» (яп. 『指導者の条件』, 1975) — 550 тыс. экземпляров
  • «Альбом решений наших сотрудников» (яп. 『社員心得帖』, 1981) — 450 тыс. экземпляров

Кирилл Игнатьев: «Футурология — это наука про оптимизм» :: РБК Тренды

Футуролог Кирилл Игнатьев рассказал, почему в будущем основным товаром в экономике станут не продукты и услуги, а идеи и эмоции, и объяснил, как искусственный интеллект станет основой новой плановой экономики

Кирилл Игнатьев — координатор проекта «Технический прогресс и экономика будущего», председатель совета директоров группы компаний «Русские инвестиции», лектор РАНХиГС, член экспертного совета АСИ.

— Совместно с РАНХиГС вы провели исследование «Технологический прогноз и экономика будущего». Какая методология использовалась в этом проекте?

— Это было не исследование, а скорее общение. Мы либо встречались с экспертами, либо брали у них интервью по скайпу — время для личных встреч у экспертов очень редко находилось, особенно у людей такого уровня, как Илон Маск или физики Института Макса Планка. Мы не раз сталкивались с тем, что многие выдающиеся эксперты в области квантовой физики не используют социальные сети. В общей сложности экспертов было около 370, примерно 80% из них были иностранцами. С каждым мы говорили от 30 минут до 4 часов. По сути, весь диалог мы строили только на одну тему: что в вашей профессиональной области, в которой вы проводите исследования, инвестируете, либо каким-то образом заняты, должно произойти в ближайшие 20 лет.

К гадалке не ходи: что представляет собой профессия футуролога?

— Существует ли верхняя граница для футурологических прогнозов, которые будут полезны предпринимателю?

— Практически полезным для бизнеса может быть прогноз, который не распространяется на срок больший, чем 9-10 лет. Остальное — это все-таки ближе к науке. Более того, я считаю, что прогнозирование на больший срок вредно для применения в бизнесе. Бизнес — это всегда актуальная история, связанная с монетизацией в реально обозримой перспективе. Например, прогнозирование курса валют признано эффективным на срок не более трех дней. Прогнозирование на больший срок приводит к низкой вероятности вынесения правильного решения. Такие сферы, как транспорт, медицина требуют достаточно длительного срока для внедрения техники и вывода ее на рынок. Я бы сказал, что прогнозы свыше десяти лет вредны для бизнеса, но очень полезны для науки, поскольку она штурмует дальние горизонты. Наука должна размышлять примерно на век вперед, иначе не появятся неожиданные озарения и изобретения, не будут открыты новые континенты знания.

— В XX веке главным футурологом, если судить по влиянию идей, стал Карл Маркс. Кто займет его место в XXI веке?

— Девятнадцатое столетие, когда жил Маркс, было веком, когда мир был построен на двух принципах: бизнес регулировался Кодексом Наполеона, который структурировал его в соответствии с определенными правилами и стандартами, а в общественной сфере главным игроком было государство. Мы живем в той же эпохе и сейчас, однако, согласно моему пониманию, она уже подходит к своему завершению. Тем не менее, завершение этой эпохи произойдет не завтра и даже не послезавтра: несколько десятков лет модель будет незаметно, шаг за шагом, меняться и в части организации бизнеса, и в части нашей общественной жизни.

Изменения в области бизнеса будут заключаться в том, что с уходом ценностей формально организованного мира мы перейдем к более быстрым, неформальным фиксациям отношений между людьми. Раньше для того, чтобы открыть какой-то бизнес, нам нужно было создать компанию, зарегистрировать юридическое лицо, вести бухгалтерскую отчетность, нанять генерального директора, определить систему управления. Сейчас же мир постепенно идет к тому, что будет достаточно короткого, зафиксированного на той или иной платформе смарт-контракта, который оформит определенную договоренность, чтобы получить свою долю доходов от проекта.

Если сегодня доходы предпринимателей распределяются согласно акциям и долям компании, то завтра экономика будет безналичной и цифровой. Мы можем в любой момент продажи чего бы то ни было отчислить результаты тем, кто в этом процессе участвует, согласно размеру их вклада, который зафиксированы в каких-то определенных смарт-контрактах — возможно, основанных на блокчейне или иной технологии.

Таких неформальных контрактов, неформальных договоренностей, неформальных отношений у одного человека может быть очень много, и он может быть совершенно не связан своими корпоративными рамками. Исполнение этих контрактов — это распределение того времени, которое человек захотел уделить бизнесу.

Второе — это то, что происходит в общественной сфере. Раньше технология работы бизнеса с точки зрения продвижения нового продукта заключалась в том, что мы использовали инструменты, которые обращены к некоему неопределенному обществу. Например, реклама на телевидении была далеко не целевой. В последние годы реклама шаг за шагом становится все ближе к конкретному потребителю, предугадывает его желания в конкретный момент — хочет ли он воспользоваться той или иной услугой, товаром или получить некую эмоцию.

Постепенно мы начинаем сбывать не просто товар — мы начинаем продавать сервисы, затем эмоции, определенные коммуникации на уровне чувств. Уже сейчас экономика, ориентированная на общество в целом, становится невыгодной. Так, невыгодно с помощью телевидения рекламировать стартапы. Поэтому реклама перспективных молодых предприятий нацелена на конкретные сообщества.

Общество уже ничто: оно ничего не значит — оно используется как термин, к которому мы привыкли. Экономика шагает из экономики общества в экономику сообществ. А дальше она движется к ситуации, когда любой бизнес, любая идея — коммерческая или политическая — начнет работать напрямую с каждым конкретным человеком.

В XIX и XX веках главными футурологами были те специалисты, которые обращали свои идеи на общество в целом — например авторы крупных идеологий, философы. Успешные футурологи будущего — это не авторы каких-то глобальных концепций, ими станут те специалисты, которые сумеют спрогнозировать будущее для отдельных сообществ. Я не думаю, что такие люди уже появились. Мы еще ждем человека, который сумеет перевести философию в масштабах государства в футурологию в масштабах сообществ.

— Вы говорили, что в 2036 году вся реклама станет таргетированной. Не исчезнет ли вместе с публичной рекламой массовая культура?

— Сейчас я вижу два пути, которых будут придерживаться предприниматели. Одни бизнесы будут искать варианты продать людям то, как они предлагают использовать свободное время. Такие проекты сохранят определенную универсальность: они будут менее кастомизированными, менее целевыми. Они не станут полностью адресными, поскольку такие предприниматели в любом случае будут оперировать общими категориями.

При этом я уверен, что большая часть людей будет придерживаться различных традиционных способов времяпрепровождения. Более того, ассортимент того, чем человеку можно заняться в свободное время — от путешествий до посещения культурных мероприятий, будет все сильнее расширяться, и технологии в этом ему помогут. Как раз здесь останется место для реализации универсальных моделей.

В бизнесе же все ровно наоборот. Бизнес должен быть эффективным, поэтому ему нет нужды тратить время на лишние контакты, на лишнюю аудиторию, которая не принесет ему никакого результата. Здесь в состоянии помочь искусственный интеллект. Так, он может со скоростью гораздо большей, чем доступна человеческому мозгу, найти конкретного адресата для предложения товара или услуги.

Поэтому я прогнозирую, что в течение определенного времени маркетинг в значительной степени автоматизируется — ИИ будет продвигать товар на рынке лучше человека. Затраты на маркетинг в стоимости товара станут гораздо меньше затрат на идею.

— Согласно вашему прогнозу, к 2033 году уйдут в прошлое кризисы перепроизводства. Возникнет Госплан 2.0?

— Планирование частной экономики с помощью искусственного интеллекта — это другой технологический уровень, который не имеет никакого отношения ни к государственной собственности, ни к реалиям XX века. Сейчас производство запускается после того, как кто-то захотел что-то купить. Увеличение доли производства, которое делается на заказ, — это самое большое достижение, которое спишет в прошлое промышленность как самостоятельного игрока. Она не исчезнет, но станет частью либо дизайна, либо логистики. Промышленность останется элементом на пути доставки идеи в виде продукта к потребителю.

Промышленность как часть дизайна не будет полностью планироваться, но искусственный интеллект будет помогать выдумывать оптимальные для рынка творческие и креативные идеи. У человека появятся помощники, которые будут агрегировать всю информацию о мировом дизайне. Сейчас в мире есть 10 млн дизайнеров, из них только 10 тыс. — это известные специалисты. Остальные копируют наработки этих 10 тысяч. В будущем вместо них эту функцию будет выполнять искусственный интеллект. Дизайн тоже становится пользовательским. Все производство, по сути дела, становится заказным.

При такой организации экономики объем перепроизводства будет минимальным. Дисбаланс между спросом и предложением останется, но кризисы станут другими, уже не связанными с перепроизводством. Это не модель Госплана, это модель искусственного интеллекта.

— Через десять лет мы столкнемся с тотальной капитализацией личного бренда. Каким образом его можно будет продать?

— Уже сейчас продажа личного бренда встречается на рынке каждый день. Так, средствами массовой информации стали блогеры, которые начали конкурировать с традиционными медиа. Кто такой блогер? Человек, который собирает аудиторию и начинает продавать личный бренд. Монетизация ников — эта модель, которая, по-нашему понимаю, будет распространяться и в других областях.

Благодаря этому мы перейдем к миру, где заключать контракты будут не человек с компанией или компания с компанией, а человек с человеком. Чтобы сделать какой-то продукт, будут создаваться многосторонние смарт-контракты между людьми, участвующими в его создании. Они будут самыми разными, их будет очень много. Поскольку это несистематизированный процесс — почти как в муравейнике, то технологии будут помогать людям, оценивая вклад каждого. Человек будет выкладывать свою идею, принимать условия монетизации, одним кликом договариваться о партнерстве с тем, кто ему нужен. Даже дети старшего школьного возраста начнут выходить на этот рынок и монетизировать свой личный бренд.

— Как будут заключать смарт-контракты человек и государство?

— Когда цифровизация пройдет первый обозримый этап развития — ухода в музей бумажных денежных знаков, налогообложение станет намного сложнее. В частности, настанет расцвет налогов-услуг. Сегодня самый понятный нам налог-услуга — это платная парковка. Это сбор, за который мы получаем определенную услугу. Он очень понятный, очень адресный. Представьте, какое количество дополнительных общих сервисов может продать нам государство. Вторым новым предметом налогообложения станут сценарии поведения, которые в будущем будут признаны противоречащими антропонимическим ценностям. Так, в условиях цифровой системы финтеха возникнет стимулирующее налогообложение: люди будут платить за то, что проводят слишком много времени в интернете без полезной нагрузки или избегают индивидуальных медицинских рекомендаций.

— Все ли согласятся жить в прозрачном цифровом мире?

— Здесь есть две противоположные тенденции. С одной стороны, мир вне зависимости от желания человека будет становиться все более и более прозрачным. Например, беспилотный транспорт не сможет поехать, если он не будет иметь всей информации о передвижении каждого конкретного человека. Все движение на земном шаре будет оцифровано. Захочет ли кто-нибудь посягнуть на тайну личной жизни? Думаю, да. Но человек будет защищать свой образ жизни, поэтому возникнут контртехнологии. Сейчас вокруг пользовательских данных хайп, а потом они пройдут тот же путь, который не так давно прошли криптовалюты. Данные — это не священная корова, это обычный рыночный товар. Когда мы поймем, что мы собрали много данных, часть из них сильно подешевеет, а какие-то окажутся совершенно ненужными.

— Согласно вашему прогнозу, в 2046 году закроется последняя биржа. Что ее заменит?

— Биржи были созданы в эпоху, когда основой экономики стали такие институты, как компании, и такие элементы фиксации прав на доходы, как акции. Модель биржи просуществует достаточно долго, но постепенно она будет заменяться иными институтами, поскольку люди все больше будут распределять доходы, которые возникают в момент продажи какого-то сервиса, продукта или эмоции. Это не потребует акций, здесь будет достаточно поставить лайк, чтобы прошла транзакция. В этом смысле калькулятор подписчиков, которой есть у топ-страниц в интернете, — потенциальная онлайн-модель биржи будущего. Компании будут схожим образом калькулироваться и сортироваться. Такая модель будет ближе к рейтингам прозрачной экономики завтрашнего дня.

— Раньше говорили, что программирование — это новая грамотность. Какую новую грамоту нам пора изучать?

— Раньше для работы требовалась узкая специализация, поэтому был бум программирования. Однако сейчас уже появляются программы, которые пишут другие программы. В настоящее время становятся востребованными универсальные компетенции: на первое место выходят смешанные навыки из разных профессий. Мы уже не берем на работу инженеров, которые не имеют компетенций промышленного дизайнера или маркетолога, и не нанимаем дизайнеров, которые не владеют знаниями материаловеда или технолога. Они просто не смогут справиться со своими задачами в условиях нового рынка.

Это вызов к образованию. Наше образование выстроено по принципу тематических факультетов. Оно не выдержит конкуренцию, поскольку скоро для него будет необходимо дополнение масштабной практикой. Поэтому сейчас бизнес составляет не меньшую конкуренцию университетам, чем цифровые программы самообразования. Люди предпочитают учиться на рабочем месте и осваивать там смешанные компетенции. Вслед за этим консервативная сфера образования тоже начнет перестраиваться, и людей начнут одновременно готовить к различным компетенциям.

— Футурология — это наука про оптимизм или пессимизм?

— Про оптимизм. А пессимисты корректируют выводы футурологов.

Футурология | Российское Трансгуманистическое Движение

Мир изменяется. Новые технологии меняют нашу жизнь, наши убеждения и ценности.

Избежать изменений невозможно, но можно постараться сделать их изменениями к лучшему. Изучая будущее, мы можем лучше подготовиться к нему, принимая правильные решения сегодня и осознавая их последствия.

Древняя история

Человека всегда интересовало будущее, и это закономерно, ибо каждому из нас хочется знать: что нас ждет впереди, через годы и десятилетия, как в завтрашнем дне будем жить мы, наши дети, внуки и правнуки, сохранит ли человечество свои громадные социальные, культурные и научно-технические завоевания, будет ли эта жизнь прекрасной и мирной, с какими новыми проблемами и заботами встретятся они?

С давних лет услуги всевозможных предсказателей и медиумов пользовались стабильным спросом. Но прогнозы, предоставленные подобными личностями, оказывались зачастую настолько туманными, что совершенно не удовлетворяли интересующихся.

Научная фантастика

Одним из видов прогнозов стали утопии («Республика» Платона, «Утопия» Томаса Мора, «Город Солнца» Томазо Кампанеллы). Однако, утопии были, прежде всего, проекциями ценностных ожиданий авторов, а не предсказаниями или исследованиями.

В XIX и XX веках функции утопистов взяли на себя футуристы, предложив множество проектов перестройки общества. Но почти все они остались не реализованными. Причины неудачи футуризма заключались в предвзятом отношении к какому-то предпочтительному будущему и игнорировании реальности и иных,более вероятных тенденций. Потерпев неудачу в области прогнозирования, футуризм оказал определённое влияние в сфере искусства, прежде всего, в России и Италии.

Традиционное общество было ориентировано на прошлое. Идея инволюции заключалась в том, что история человека — это нисхождение с высот Золотого века, а не движение вперёд. Но в середине XIX века стремительное развитие науки, техники и общества вызвало появление представления о прогрессе и рост интереса к будущему. Сформировалась идея об ожидании «встречи с будущим» и представление о будущем как о задаче. Возникшая в это время научная фантастика взяла на себя задачи прогнозирования будущего, что отчётливо видно в романах Жюля Верна.

Разумеется, не все авторы ставили перед собой цель представить возможное будущее человечества. Но если рассматривать авторов «твёрдой НФ», таких как Жюль Верн, Герберт Уэллс, Олаф Стэплдон, Александр Беляев, Генрих Альтов (Альтшуллер), Станислав Лем и т. д., то количество новых идей и количество сбывшихся предвидений окажутся очень высокими. В 60-е годы Генрих Альтов (создатель ТРИЗ и сам научный фантаст) опубликовал результаты предвидений фантастов: Ж. Верн: 108 прогнозов, из них 10 ошибочных. Г. Уэллс: из 86 прогнозов верными оказались 77. А. Беляев: только 3 ошибки на 50 прогностических фантазий.

По мнению Альтова, «футурология менее способна к долгосрочному предвидению будущего, чем научная фантастика. Причина проста — футурологи экстраполируют имеющиеся тенденции и они ошибаются, поскольку тенденции имеют свойство прерываться в результате возникающих качественных скачков. А выходя за пределы ближней экстраполяции, эксперт оказывается в положении фантаста-любителя: научных методов нет, а нетренированная фантазия пасует перед психологическим барьером.”

Фантасты же, зная о тенденциях, предвидят именно качественные скачки в развитии и потому чаще футурологов оказываются правы. Но просто быть фантастом тоже недостаточно. Прогнозирование — кропотливая работа отчаянной трудности. Например, после Ж. Верна осталась его картотека — 20 тысяч тетрадок! Немногие современные авторы работают столь же основательно.

Футурология

Футурология — это изучение истории будущего. История занимается рассмотрением причин и истоков нашей сегодняшней ситуации, а футурология рассматривает цели, задачи, направление нашего движения и то, какие проблемы и возможности встретятся на нашем пути.

Футурологи экстраполируют сегодняшние технологические, экономические и социальные тенденции и пытаются предсказать будущие тенденции. Смысл изучения будущего в том, чтобы от пассивного и фаталистического его принятия перейти к активному и уверенному участию в построении предпочтительного будущего. Футурология также включает в себя нормативную часть — рассуждения о том, как «должно быть».

Зарождение футурологии связано с возникновением идеи государственного экономического и политического планирования, прежде всего, в Советском Союзе в 1920-е годы.

Выделение футурологии в отдельную дисциплину произошло после второй мировой войны, когда Советский Союз, страны Европы и получившие независимость страны Африки и Азии начали масштабные проекты восстановления и развития экономики. Для этого им были необходимы методы изучения будущего, постановки общественных целей, экономического и научного планирования. В США футурология стала результатом успешного применения практических методов и инструментов системного анализа и планирования в армии во время войны. И по сей день футурологи в США менее склонны к широким прогнозам, связанным с будущим всего человечества и планеты.

В конце 1960-х в мире сформировалась критическая масса футурологов и начался международный диалог о долгосрочных целях человечества. В 1972 году внимание общественности привлёк отчёт Римского клуба «Пределы роста», предупреждающий о последствиях роста населения, увеличения использования ресурсов и экономического роста. Были созданы международные организации футурологов — Всемирная федерация изучения будущего (World Futures Studies Federation) и Всемирное общество будущего (World Future Society).

Основные методы, используемые в футурологии, можно разделить на четыре группы:

  1. Направленные на выявление общего мнения опросы экспертов с помощью метода Дельфи или анкетирования.
  2. Статистические методы, такие как экстраполяция, вероятностный анализ, регрессионный и корреляционный анализ.
  3. Поиск аналогий будущего с существующими системами и составление сценариев будущего.
  4. Ролевые игры, симуляции, переговоры и другие методы групповой работы по планированию и прогнозированию будущего.

Футурология начиналась с прогнозирования, попытки предсказать, предвидеть будущее, выявляя тенденции и экстраполируя их, либо используя статистические методы. Но крупные футурологические прогнозы в области энергетики, выполненные подобными методами, не смогли предсказать нефтяной кризис 1973 года.

Из-за этой серьёзной неудачи футурологи перешли от прогнозирования к составлению сценариев, учитывающих, как принято говорить, «мультивариантность будущего» (см. подробнее о том, почему сценарии имеют малое отношение к прогнозированию), а также стали учитывать не только технологические аспекты, но и, например, более широкую информацию о рынках. Расширение сферы применения методов предвидения (в такие области как образование, медицина, урбанизация, демография, правоохранительная деятельность) привело к необходимости учитывать социальные аспекты, например, влияние технологий на общество.

Технологическое предвидение

Однако, расширяя сферу своего применения, футурологи перестали уделять достаточное внимание прогнозам развития технологий. В этой области эстафету у футурологии перехватил метод под названием «технологическое предвидение» (technology foresight). Этот метод был впервые использован в Японии в 1971 году. Через год похожий проект («Комплексная программа научно-технического прогресса») был начат в Советском Союзе. Сегодня технологическое предвидение используется во множестве стран, как развитых, так и развивающихся. Методология технологического предвидения разрабатывается и продвигается ЮНИДО.

Процесс технологического предвидения включает в себя три этапа:

  1. сбор исходной информации и данных из множества источников и их краткое изложение для изучения экспертами
  2. интерпретация и анализ информации, построение прогнозов
  3. использование результатов для выработки рекомендаций в различных областях, подготовка отчётов

Среди множества методов, используемых в технологическом предвидении, один из самых распространённых — это Дельфи-опрос. Этот метод позволяет выработать общее видение будущего участвующим в проекте экспертам.

Подобные проекты, как правило, заглядывают вперёд на 10-30 лет. Последний такой японский прогноз, выполненный в 2000 году, в частности прогнозирует:

  1. Разработка технологии, способной предсказывать крупные землетрясения (от 7 баллов) за несколько дней — 2024
  2. Значительные результаты в области переработки отходов, ведущие к возникновению коммерческих служб, позволяющих снизить количество выбрасываемых отходов до 1/10 от текущего уровня — 2015
  3. Практическое использование технологий безопасной переработки радиоактивных отходов — 2021
  4. Идентификация и классификация генов, ведущих к диабетам, повышенному кровяному давлению и артериосклерозу — 2013
  5. Широкое применение высоконадёжных сетевых технологий, позволяющих защищать безопасность и секретность сетевых пользователей — 2010
  6. Разработка методов определения функций белков по генетической последовательности, кодирующей их — 2009
  7. Практическое применение эффективных методов предотвращения метастаз рака — 2017
  8. Создание условий, в которых возможно безлимитное использование высокоскоростных Интернет-соединений (150Mbps) по цене не более 2000 иен/мес (ок. 20$/мес) — 2009
  9. Создание метода для анализа безопасности подземного хранения высокорадиоактивных отходов — 2016
  10. Практическое использование технологий массового производства микрочипов по технологии 10нм — 2015

Прогнозы, выполненные по методике технологического предвидения, обычно конкретные, полезные и достаточно точные (японские 30-летние прогнозы 1970-1985 годов сбылись на 64-71%).

Ошибки футурологов

Многие предсказатели будущего допускают типичные ошибки, например, рассматривают изменения в одной области изолированно от всех остальных технологий, переоценивают краткосрочные изменения и недооценивают долгосрочные возможности, поддаются на шумиху, поднятую СМИ. Иногда они не могут преодолеть «шок будущего» и не готовы рассматривать возможность радикальных изменений.

Футурологи, к сожалению, редко возвращается к несбывшимся прогнозам, а просто пишут ворох новых и представляют их со спокойной совестью публике. Особенно склонны к такому поведению поп-футуристы, выполняющую больше развлекательную функцию. К примеру, прогноз на 2005 год, подготовленный в 2001 году Яном Пирсоном из British Telecom, сбылся примерно на 10%, но это не мешает его создателю регулярно привлекать внимание СМИ новыми прогнозами.

Независимые мозговые тресты (think tanks), готовящие прогнозы на заказ, вынуждены работать эффективно, чтобы оправдать затраты клиентов, но их прогнозы обычно недоступны широкой публике.

Трансгуманистические прогнозы

Современная научная фантастика столкнулась с непростой задачей -- описать будущее в условиях ожидаемой технологической сингулярности. Но в последнее десятилетие появилась плеяда новых авторов, которые не спасовали перед этим вызовом. Среди них Вернор Виндж, Чарльз Стросс, Грег Эган, Дамьен Бродерик, Кен МакЛеод.

Фантастические прогнозы дополняются научными и научно-популярными книгами трансгуманистических авторов, описывающих ожидаемое развитие технологий искусственного интеллекта, нанотехнологий, биотехнологий. Постепенно начинает формироваться целостная картина будущего, основанная на прогнозе прогресса в этих областях.

Существует возможность предсказывать долгосрочные изменения «с конца», опираясь не на сегодняшнюю ситуацию, а на физические возможности, предоставляемые законами природы. Сначала можно описать, что в принципе возможно, а потом пытаться оценить необходимые сроки. Именно так нобелевский лауреат Ричард Фейнман предсказал нанотехнологии ещё в 1959 году, опираясь только на то, что возможно в соответствии с законами физики. Таким же образом можно предсказать достижение бессмертия, звёздные экспедиции, сверхчеловеческий разум, полную автоматизацию производства, реалистичную виртуальную реальность и т. д. Всё, что не противоречит законам природы, рано или поздно может быть реализовано человеком.

Ссылки

Алексей Турчин: «В этом веке решится судьба человечества» :: РБК Тренды

Российский футуролог — об искусственном интеллекте, глобальной катастрофе и шансах на вечную жизнь

Алексей Турчин — трансгуманист, футуролог, вице-президент фонда «Наука за продление жизни». Основатель проекта Digital Immortality Now, предоставляющего услуги по фиксации важной информации о человеке, которую можно будет использовать в будущем для возможного восстановления личности с помощью сильного ИИ. Соавтор книги «Футурология: XXI век: бессмертие или глобальная катастрофа?».

Технологическая сингулярность (момент, когда технический прогресс станет настолько сложным, что будет недоступным пониманию. — РБК) предсказывалась еще в 1993 году американским писателем и профессором математики Вернором Винджем. Позже эту идею развил футуролог Рэй Курцвейл, который сдвинул наступление сингулярности с 2030 года на 2049-й. Тем не менее уже в следующем десятилетии мы увидим, выходит ли волна прогресса на экспоненциальный рост или захлебывается.

В области искусственного интеллекта (ИИ) сейчас происходит небывалый рост определенных количественных показателей — настолько быстрый, что дальше так продолжаться не может. Например, размер нейронных сетей, а именно число их параметров, при росте в десять раз за год к концу 2019 года достигло 11 млрд. Точно так же и количество вычислений, нужных для их тренировки, по подсчетам исследовательской компании OpenAI, удваивается каждые три месяца.

Эту информацию можно интерпретировать двояко: либо это он — давно ожидавшийся сверхэкспоненциальный рост, либо это попытки проехать еще немного на мертвой лошади, ведь показательный рост размеров систем ИИ отнюдь не сопровождается таким же ростом качества в смысле их близости к универсальному искусственному разуму (AGI, или Artificial General Intelligence. — РБК). При этом вопрос о сильном ИИ — основная задача XXI века, так как от него зависит дальнейшая судьба цивилизации.

Почему так важен вопрос о сильном ИИ?

Потому что универсальный ИИ нас или убьет, или сделает бессмертными. Поэтому он и называется сильным, так как способен решать задачи невероятного масштаба. Однако даже без ИИ сценарий будущего будет основываться на одном из этих двух путей: либо эволюции в сторону радикального продления жизни, либо перехода к тем или иным вариантам глобальной катастрофы.

И здесь возникает коллизия: будет ли быстрый прогресс более управляемым, чем медленный? Если сингулярность наступит, как предсказывалось, в 2030 году, то кто успеет ее оседлать? Не окажемся ли мы, как пауки в банке, в мальтузианской ловушке (ситуация, свойственная доиндустриальным обществам, в результате которой рост населения обгонял рост производства продуктов. — РБК)?

Если прогресс останавливается и мы остаемся с имеющимся набором технологий, то все существующие ресурсы становятся конечными, так как для разработки принципиально новых ресурсов нужны новые технологии. Экспоненциальное развитие экономики в мире с конечным количеством ресурсов приводит к их исчерпанию примерно за 100 лет, при этом загрязняется все, что можно, и затем наступает коллапс. Если прогресс не останавливается, то мы в конечном счете создаем «сверхтехнологии»: ИИ, нанотехнологии и биотехнологии, которые позволяют нам делать все, что угодно, с информацией, веществом и живой материей соответственно. Это означает очень большие возможности и очень большие риски, при которых возможен не просто коллапс, но и глобальная катастрофа и вымирание людей. В конечном счете масштаб разворачивающихся событий будет зависеть от скорости развития технологий.

Чего ждать от следующего десятилетия?

Во-первых, нужно наблюдать за скоростью развития искусственного интеллекта. Она покажет, начнется ли новая «зима» или будет достигнут какой-то «инфрачеловеческий» уровень. На инфрачеловеческом уровне, например, можно будет создать робота, способного приготовить и принести кофе, не разнеся при этом половины дома, не налив в чашку чистящее средство и не упав на кота. Такой ИИ — это не сверхинтеллект и даже не искусственный ученый-мыслитель, но это важное плато, на котором возможна коммерциализация и консолидация для следующего рывка.

Во-вторых, важно проследить, не выдохнется ли революция в электротранспорте и возобновляемых источниках энергии.

Затем важно определить, сможет ли «взрыв» числа стартапов в области longevity (от англ. долголетие. — РБК) трансформироваться в реальное увеличение средней ожидаемой продолжительности жизни и какова будет судьба общественных движений, выступающих за это. Например, сможет ли немецкая «Партия за медицинские исследования» (Partei für Gesundheitsforschung) существенно улучшить свои результаты?

Наконец, нужно смотреть, в какую сторону будет развиваться политическая ситуация в мире и не приведет ли она в первую очередь к некой масштабной войне.

Собственно, основной вопрос будущего — будем ли мы жить или умрем, и он скрывается за всеми остальными вопросами о том, насколько быстро будет происходить глобальное потепление, возможна ли ядерная война и каковы успехи у проектов по редактированию человеческого генома.

Но футурология — это не про однозначное предсказание будущего, а про осознание альтернатив, основных путей развития; понимание, где между ними находится развилка и какими своими действиями прямо сейчас мы выбираем эту альтернативу.

При этом, однако, будущее скрыто от нас туманами разной степени непрозрачности. Один из них — это иллюзия предсказуемости, уверенность в том, что все останется так же, как есть сейчас. Оно, возможно, и останется в каких-то сферах еще год, в каких-то — пять, но не в том виде, в котором мы ожидаем. Затем возникает некий ореол неоднозначности: к примеру, мы пока не знаем, кто будет следующим президентом, но можем обозначить несколько вероятных фигур. Однако дальше туман сгущается: какие-то части будущего видны, а какие-то совершенно непредсказуемы. После чего начинается сплошная пелена.

Будущее становится бесконечно неопределенным

Но над этой пеленой проступают гигантские утесы — это закономерные итоги будущего, несколько вариантов, чем все закончится. И если мы смотрим на весь XXI век, то это или бессмертие для всех, или глобальная катастрофа.

Почему так? Равновесие между силами прогресса и силами разрушения очень трудно поддерживать. Всякое «устойчивое развитие» внутренне нестабильно: оно или уходит в бесконечное ускорение сингулярного прогресса, или разваливается под тяжестью накапливающихся проблем. Даже те проблемы, которые мы создаем на нынешнем уровне, невозможно на нем же и решить. Взять ситуацию с мусором: чтобы с ней разобраться, нужны роботы-сортировщики, биологические катализаторы разложения и, может быть, даже молекулярные наноассемблеры (устройства наноразмеров, способные собирать из отдельных атомов или молекул любые сложные конструкции по вводимому в них плану. — РБК), то есть продукты более высокого технологического уклада. Однако новые технологии породят и новые проблемы, которые нам трудно представить: например, некий «высокотехнологический мусор», который будет состоять из сопротивляющихся своему разрушению наномеханизмов. В результате получается ситуация, в которой, чтобы убежать от лавины изменений, нужно бежать впереди нее.

Бесконечное ускорение прогресса может гипотетически привести и к новому стабильному состоянию, которое мы условно называем «сверхинтеллект» (как в книге «Сверхинтеллект» философа Ника Бострома). Возможно ли это — неизвестно, но он, как точка Омега французского теолога Тейяра де Шардена (состояние наиболее организованной сложности и одновременно наивысшего сознания. — РБК), возникает в конце любого мыслимого прогресса.

Разрушение, в свою очередь, также не может быть бесконечным, оно может достичь дна, снизу которого уже никто не постучит. Это, пожалуй, уровень самоподдерживающейся средневековой деревни или полное вымирание. В конце концов, мы имеем только два стабильных итога, ожидающихся в отдаленном будущем: или «сверхинтеллект» (а там же и бессмертие), или небытие.

История успеха: Бог управления Коносукэ Мацусита

Приятного чтения.

Мало кто знает, что основатель электронной империи Matsushita Electric Коносукэ Мацусита — выходец из бедной семьи, не смог даже окончить начальной школы.

Тем не менее Мацусите удалось проделать путь от мальчика на побегушках до главы одной из крупнейших (с годовым оборотом около 70 млрд. долларов) и преуспевающих компаний мира.

Panasonic, Technics, National — эти марки бытовой техники в особом представлении не нуждаются. Мацусита мало занимался техническим изобретательством, но оставил в истории бытовой электроники след не менее глубокий, чем многие гениальные инженеры. Его называли «богом управления».

Коносукэ Мацусита родился в 1893 году в деревне. Семья Мацусита считалась довольно зажиточной, пока азартный глава семейства не потерпел крупную неудачу на местной рисовой бирже.

Коносукэ не было и 6 лет, когда все их имущество пошло с молотка. Его семья переехала в ближайший город, где отец открыл небольшую мастерскую по изготовлению деревянной японской обуви гэта.

Несмотря на трудности, Коносукэ все-таки отдали в начальную школу, но доучиться в ней ему было не суждено. Когда он пошел в четвертый класс, отец нашел ему место ученика в мастерской в Осаке, изготовлявшей хибати — жаровни для обогревания домов.

Так началась трудовая биография будущего основателя компании Matsushita.

После трех месяцев ученичества мастерская закрылась, и Коносукэ, по рекомендации ее хозяина, попал в велосипедную лавку, где проработал последующие шесть лет. Когда парню исполнилось семнадцать, он все чаще стал задумываться о своем будущем.

Тем временем в Осаке начали прокладывать трамвайные пути. Коносукэ смекнул, что с пуском трамвая потребность в велосипедах сократится, и решил устроиться в местную электроосветительную компанию.

Но сразу его туда не приняли, пришлось долго дожидаться вакансии. В этот период Коносукэ, с рождения имевший субтильное телосложение и не отличавшийся крепким здоровьем, зарабатывал на жизнь тем, что целыми днями бегал с тяжелой тачкой на цементном заводе.

Через три месяца Мацусита получил уведомление, что его берут на работу в качестве «помощника электрика по внутренней проводке».

А еще через три месяца его перевели на должность электрика. Хотя электроосветительная компания расширялась, столь быстрое продвижение по службе было редким исключением. Прокладывая электропроводку, Мацусита попутно расширял свои познания в области науки об электричестве.

В электроосветительной компании Коносукэ довольно быстро продвигался по служебной лестнице.

В 24 года он получил должность контролера и теперь уже проверял работу других электриков.

Работа была легкой, но Мацусите она не давала удовлетворения.

В свободное от исполнения контролерских обязанностей время Мацусита придумал новый патрон для электроламп.

Однако руководство прохладно отнеслось к его «рацпредложению». И тогда Мацусита, упорства которому было не занимать, подал прошение об отставке, дабы самостоятельно освоить выпуск электропатрона собственной конструкции.

В 1918 году Мацусита создал фирму, назвав ее своим именем — «Мацусита дэнки«. К работе в ней он привлек своего бывшего сослуживца и брата жены (впоследствии он стал президентом компании Sanyo), а начальный капитал составил 200 иен.

Под мастерскую Коносукэ приспособил свой и без того крохотный домик.

Первая партия патронов была сделана довольно быстро, но встал вопрос — как ее продать? В магазинах патроны брать отказывались из опасения, что новая продукция не найдет сбыта.

После долгих хождений удалось продать всего сотню патронов, выручив за них 10 иен, — торговцам они показались крайне неудобными в пользовании.

Так первое же начинание Мацуситы оказалось на грани краха: из дела вышел сослуживец, а Коносукэ с женой пришлось даже заложить в ломбарде всю одежду.

Но неожиданно пришло спасение: от одной торговой фирмы поступил заказ на изготовление тысячи подставок для вентиляторов.

Пробные подставки заказчику понравились, и Мацусита получил новые заказы. Дела явно пошли в гору, и через несколько месяцев он уже смог снять в аренду под производство электротоваров целый дом.

Мацусита выпускал штепсельные вилки, переделанные из цоколей старых электроламп, которые продавал на 30% дешевле рыночной цены.

Затем придумал двухвилочную розетку и получил предложение от одного оптовика предоставить ему монопольное право на торговлю ими.

Предприятие расширялось, и в 1922 году Мацусита приступил к изготовлению лампочек для вело­сипедных фонарей. В то время в фонарях использовались дорогие и неудобные в обращении свечевые и аце­тиленовые газовые лампы.

Пол года Мацусита потратил на то, чтобы создать лампочки удобной конструкции (им была придана форма снаряда) с батарейками, которые бы сохраняли заряд больше десяти часов. Батарейки пришлось переделывать из тех, что имелись на рынке.

Не легко оказалось найти субподрядчика на изготов­ление деревянных футляров — все требовали долговре­менного заказа. Нужно было рисковать. Однако вопреки радужным ожиданиям Мацуситы и его партнеров оптовики и владельцы велосипедных лавок отказывались брать лампочки.

И тогда Коносукэ при­нял непростое решение:

Надо отрезать путь к отступ­лению. Чтобы узнать истинную цену нашим лампоч­кам, раздадим их сначала торговцам бесплатно.

Мастерская. 1924 год. Моцусита в верхнем правом углу

Судь­ба фирмы вновь была поставлена на карту, но Мацусита выиграл — на лампочки появился спрос, и торговцы стали делать все новые и новые заказы. В 1927 году на предприятии открылся цех по выпуску электроприборов.

К велосипедным фонарям (уже квад­ратной формы), которые продавались под маркой National, добавились электроутюги Super.

Разразивший­ся экономический кризис фирме удалось пережить до­вольно спокойно. В эти трудные времена Мацусита за­ручился поддержкой банка «Сумитомо», который не отказал ему в кредитах даже в условиях финансовой па­ники.

Кризис и философия

Трудности все же не обошли фирму стороной.

В 1929 году японское правительство установило режим стро­жайшей экономии, что привело к глубокому спаду в промышленности. Продажи продукции «Мацусита дэнки» сократились наполовину, а склады ломились от не проданных товаров.

Знакомые говорили Мацусите:

Коносукэ, у тебя нет иного выхода, кроме как уволить половину рабочих.

Мацусите очень не хотелось этого делать, и в результате мучительных раздумий у него ро­дилась весьма необычная идея — никого не увольнять, ввести на заводе половинный рабочий день, но зарпла­ту платить как за полный.

Рабочие же, со своей сторо­ны, вторую половину дня и воскресенье должны посвя­тить продаже скопившейся на складах продукции. Ра­бочие поддержали своего шефа, и в течение двух меся­цев все, что имелось на складах, было распродано. Мо­билизация всех сил на сбыте дала потрясающие резуль­таты — предприятие вскоре вернулось к нормальному режиму работы.

В сентябре 1931 года общее число заводов фирмы Matsushita достигло восьми. Дела шли неплохо, но Мацусита чувствовал некоторое неудовлетворение. Он стал задумываться о предназначении производителя.

И при­шел к идеям социалистического толка: роль производи­теля, решил Мацусита, в том, чтобы преодолеть бед­ность, обеспечив людей достаточным количеством то­варов. Придя к такому выводу, Коносукэ Мацусита ре­шил считать 5 мая 1932 года (спустя почти 14 лет пос­ле действительного создания «Мацусита дэнки«) днем основания компании.

Он определил и срок выполнения поставленной задачи — достижения всеобщего изоби­лия — в 250 лет, разделив его на 25-летние периоды.

Тогда же оформилась философская концепция Мацуси­ты по вопросам коммерции:

«Некоторые считают, буд­то коммерческий успех достигается через убытки и при­быль. Мол, то несешь убытки, то получаешь прибыль и тем самым, в конечном счете, добиваешься успеха.

На мой взгляд, такая точка зрения ошибочна. Коммерция — это все равно, что фехтование на мечах: ты не мо­жешь победить, если тебя закололи.

Успех достигается постоянной упорной работой. А если что-то не ладит­ся, то судьба в этом не виновата, и это не означает, что тебе не повезло. Истинная причина — изъяны в мето­дах управления, в организации дела».

Вот пример того, как философия Мацуситы реализовывалась на практике. В 1934 году он занялся изготовле­нием электромоторов. Скептики говорили:

«Даже Ма­цусите это не под силу«.

Но Коносукэ решил выпускать малогабаритные моторы, справедливо рассудив: раз в японских семьях их пока не используют, значит откры­вается безграничный рынок.

И после войны, когда на­чался бум в области электрификации домашнего хозяй­ства, Мацусита смог сразу же приступить к выпуску 50 тысяч электромоторов в месяц. Ведь основа их массово­го производства была заложена еще во времена, когда в успех мало кто верил.

Послевоенное возрождение

Война, естественно, была не лучшим периодом для компании. Ощущалась острая нехватка материалов и средств, и фирма смогла продолжать работу лишь бла­годаря военным заказам. В военное время на заводах «Мацусита дэнки» выпускались деревянные суда и фа­нерные самолеты.

Сам Мацусита вспоминал об этом времени так:

«Смешно, конечно, было поручать строи­тельство судов и самолетов производителю электропри­боров.

Но до конца войны мы спустили на воду 56 су­дов. Да и наши самолеты, как ни странно, летали«.

Но после военного поражения Японии компании пришлось расплачиваться за эти успехи. Оккупацион­ные американские власти ввели различные ограниче­ния, в том числе на деятельность дзайбацу — компа­ний, работавших на японскую армию.

«Мацусита дэн­ки» лишилась возможности не только заниматься экономической деятельностью, но и совершать любые опе­рации с собственным имуществом. Компании грозил роспуск, а вопрос об отставке самого Мацуситы обсуж­дался вплоть до 1949 года.

В конце концов обвинения в принадлежности к дзайбацу были сняты, но Коносукэ попал в список «А», в котором числились гос служащие, подлежащие увольнению в первую очередь. Удивитель­но, но на защиту президента встал профсоюз фирмы, собравший подписи и организовавший движение про­теста.

Мацусите удалось сохранить президентский пост и всех своих директоров, но в последующие пять лет дела ком­пании шли из рук вон плохо.

Мы только и делали, что занимали деньги. Задолженность по займам достигла миллиарда иен, и компания попала в список самых зло­стных неплательщиков налогов.вспоминал прези­дент

Компании пришлось пойти на крайние меры — уволить 3,5 тысячи рабочих.

Но именно в это трудное время Мацусита задумал ор­ганизовать «Движение за Мир и Счастье через Процве­тание«, с помощью которого намеревался кардинально изменить характер тогдашней смутной эпохи и искать пути к совместному процветанию.

К 1950 году различные запреты и ограничения были сняты. Численность рабочих на Matsushita начала пос­тепенно расти и через пять лет достигла прежнего уров­ня в 13 тысяч человек.

Объем продаж продукции увели­чился с 2,7 млрд иен в 1950 году до 22 млрд в 1955 го­ду. Но это было только начало, лишь результат начав­шегося бума в области электрификации. Подлинный взлет ожидал компанию впереди.

1952 год. Образование совместной «Электронно-промышленной компании Мацусита»

Соглашение с Philips

Когда Мацусита получил возможность вновь вплотную заняться делами своей фирмы, он задумал провести в ней масштабную реорганизацию. Пора было подумать о выходе на мировой рынок, а для этого надлежало отправиться за границу и «проявляя скромность, учиться».

В начале 1951 года Мацусита поехал в США, страну, как он считал, с наиболее передовыми идеями и методами управления экономикой. Его поразило богатство Америки, а также непонятная для японца расточитель­ность — в Нью-Йорке на Таймс-сквер даже днем не га­сили иллюминацию.

Рабочему с заводов General Electric для того, чтобы купить радиоприемник своей компа­нии, нужно было работать два дня, в то время как японцу с предприятий «Мацусита дэнки» для покупки собираемого им же приемника требовалось трудиться целых полтора месяца.

Не обидно ли?

Вернувшись до­мой, Мацусита обратился к сотрудникам с призывом догнать по жизненному уровню Америку. Забавно, но немногим позже к этому же призывал граждан СССР Никита Хрущев.

Важной вехой в истории Matsushita стало соглашение с голландским концерном Philips. В поездках по Америке и Европе Мацуситу не оставляла мысль о том, с кем на­ладить техническое взаимодействие в области электро­ники. В конце концов выбор пал на Philips.

У двух ком­паний, считал Мацусита, было много общего в истории становления и в характере деятельности. К тому же Ма­цусита был уверен, что именно европейские технологии крайне важны для развития японской науки и техники.

Однако, переговоры оказались очень сложными. С самого начала Мацусита повел себя нестандартно. Philips требовал первоначального взноса в совместную компанию, 30% ее акций и одностороннего отчисления определенного процента за свое техническое руководст­во.

Соглашаясь со всем этим, Мацусита настаивал на том, чтобы голландцы в свою очередь платили «Мацу­сита дэнки» за управление.

Это требование казалось ев­ропейцам весьма странным. Целый год Мацусита убеж­дал руководителей Philips:

«Сколь бы ни была хороша ваша технология, она ничего не даст, если мы не обес­печим эффективного руководства«.

Соглашение было на грани срыва, но Мацусита все же добился своего.

В конце 1952 года на свет появилась совместная «Элект­ронно-промышленная компания Мацусита«. Японская сторона отчисляла Philips 4,5% за техническое руковод­ство, а голландцы — 3% компании «Мацусита дэнки» за организацию управления.

Новая фирма построила в Японии современный завод, который с 1954 года начал выпускать лампы, электронно-лучевые трубки, транзи­сторы и полупроводники.

С помощью этих комплекту­ющих Matsushita смогла поднять до мирового уровня свою радио- и телевизионную аппаратуру. Однако не во всех случаях для выхода на мировой ры­нок Мацусита прибегал к использованию зарубежных технологий.

Вступив, например, в переговоры с одной американской фирмой о техническом сотрудничестве по производству сухих батареек и натолкнувшись на за­вышенные требования американцев, Мацусита прервал их.

Посоветовавшись со своими технологами, он решил развивать собственную технологию батареек. И преуспел в этом.

Базой для кардинального технического обновления «Мацусита дэнки» стала созданная в 1953 году Цент­ральная исследовательская лаборатория. А необходи­мость этого шага Мацусите подсказали его визиты в Америку.

Во время своей первой поездки туда он ку­пил, как его убеждали, новейшие станки для производ­ства батареек. Приехав же во второй раз и посетив за­вод по выпуску батареек, он обнаружил, что его «но­вейшие» станки давно уже устарели.

Нормальная логи­ка конкурентной борьбы.

«Я с особой силой ощутил тогда, — вспоминал Мацусита, — что настоящие идеи и исследования — это свои идеи и исследования«.

Пятилетка в четыре года

Финансовая мощь империи Мацуситы росла с каждым днем, и в ее состав стали вливаться более мелкие компании. В 1952 году Мацусита взял под свое крыло ком­панию «Накагава дэнки«, которая решила выпускать бытовые холодильники.

Причем Мацусите достаточно было один раз поговорить с основателем этой фирмы, чтобы безоговорочно поверить в него. Компания была переименована в «Мацусита рэйки» и начала произво­дить холодильники под маркой National.

Иначе происходило в 1953 году объединение с фирмой JVC, известной в Японии как Victor Company. Дела у основанной в 1927 году JVC (на деньги американской фирмы Victor, которая впоследствии объединилась с RCA) были тогда крайне тяжелыми.

После поражения Японии в войне фирма оказалась на грани банкротства. Ее основной капитал (уже японский, так как RCA изъ­яла из JVC все свои средства) составлял 25 млн иен, тогда как долги превышали 450 млн.

Мацусита после награждения Первым Орденом Восходящего Солнца.1987 год

Руководство компанией переходило из рук в руки — от Nissan к Toshiba. И тогда банк, проводивший финансовые операции JVC, обратился к Мацусите с просьбой взять компанию в уп­равление.

Ни один здравомыслящий человек не пове­сит на себя чужие огромные долги, но Мацусите нео­жиданно вспомнилась торговая марка фирмы — изоб­ражение собаки, слушающей патефон.

Эта марка еще с довоенных лет была хорошо знакома всем японцам, да­же детям, став символом национальных традиций. И Мацусита решился.

Поначалу он удивил многих, пред­ложив на пост президента JVC высоко чтимого японца­ми адмирала Китисабуро Номуру, но вновь оказался прав — адмирал сохранил марку JVC на должном уров­не.

К 1956 году, когда реорганизация в «Мацусита дэнки» пошла по накатанным рельсам, Мацусита выдвинул пя­тилетний план развития компании. Для того времени составление и огласка столь долгосрочных планов было событием экстраординарным, к тому же Мацусита предлагал за пять лет увеличить объем продаж в 4 раза (до 80 млрд иен).

Недостатка в скептиках не было, да­же в компании многие считали этот план лишь мечтой президента.

Но Мацусита исходил из трезвого расчета и «невидимого договора», который, как он полагал, предприниматель негласно заключает с народом.

«На пер­вый взгляд это может показаться сложным, — говорил он своим сотрудникам, — но если мы с вами в течение пяти лет будем топтаться на месте, какой же это прог­ресс и можно ли, не продвигаясь вперед, достигнуть процветания? «

Умения вдохновлять подчиненных Ма­цусите было не занимать, так что принятый план ком­пания выполнила досрочно — в четыре года. В послед­нем же году пятилетки продажи превысили 100 млрд иен.

К концу 50-х годов, когда японская экономика уже в значительной мере обеспечивала внутренние потребно­сти, Мацусита взялся за организацию внешней торгов­ли. Специальный отдел по внешнеторговым операциям он создал еще в 1932 году, но темпы роста экспорта ка­зались Мацусите слишком медленными.

Готовясь к ли­берализации внешней торговли и к связанной с ней же­сткой конкуренции со стороны крупных американских и европейских электроконцернов, Мацусита стремился ориентировать фирму на международный рынок сбыта.

А чтобы добиться на нем успеха, он в 1960 году поста­вил перед своей компанией новую задачу — в течение пяти лет перейти на пятидневную рабочую неделю. Как в Америке.

Задача была для Японии столь же невероят­ной, как и предыдущий пятилетний план роста продаж в 4 раза. Даже профсоюз компании выступил против пятидневки, заподозрив в этом некий подвох.

Но Ма­цусита отличался невероятным упорством в достиже­нии намеченных целей. В апреле 1965 года, когда эко­номика Японии была охвачена глубокой депрессией, «Мацусита дэнки» — наперекор неблагоприятным ус­ловиям и первой в стране — перешла на пятидневную рабочую неделю.

Также успешно была решена и еще одна задача, которую Мацусита поставил перед компа­нией в 1967 году: в течение пяти лет превзойти Европу и вплотную приблизиться к Америке по уровню зарп­латы. Видимо, не давала покоя давняя обида за япон­ских рабочих, которую Мацусита испытал, побывав на заводах General Electric.

В 1961 году Коносукэ Мацусита решил, что наступил самый подходящий момент для ухода в отставку с пос­та президента. Объявив об этом решении на ежегодном январском собрании по изложению курса компании, Мацусита сказал:

Я убежден, что мой уход с поста пре­зидента обернется не минусом, а большим плюсом для компании.вспоминал прези­дент

Он занял должность председателя совета директоров и думал, что полностью отошел от опера­тивного руководства компанией. Но жизнь распоряди­лась иначе…

Отставка

Первое время после выхода в отставку Мацусита читал лекции, писал свои автобиографии и статьи, в которых призывал коллег не впадать в эйфорию по поводу быс­трых темпов экономического развития. В 1962 году аме­риканский журнал Time знакомит весь мир с Коносукэ Мацуситой, поместив большую статью о нем и его ком­пании.

Мацусита первым из японцев попал на обложку Time — это было всемирное признание его заслуг. Че­рез два года обширный очерк о Мацусите 8-миллион­ным тиражом вышел в журнале Life.

А к середине 60-х годов в Японии разразился тяжелый экономический кризис: у промышленных компаний появились трудности с финансированием, начались банкротства. Волны депрессии коснулись и производст­ва электротоваров для дома.

Многие торговые фирмы и магазины, связанные с империей Matsushita, стали ра­ботать в убыток. Ситуация сложилась настолько опас­ная, что требовала незамедлительного вмешательства самого Мацуситы. В июле 1964 года было собрано со­вещание дилеров «Мацусита дэнки«, на котором они в один голос заявили, что несут убытки и что виновато в этом руководство компании.

Как выяснилось, из 200 фирм, присутствовавших на встрече, только 30 получа­ли прибыль. Мацуситу особо поразил рассказ одного из торговцев, фирма которого умудрилась задолжать 150 млн иен при капитале в 5 млн, но продолжала при этом исправно получать товары от «Мацусита дэнки«.

После трех дней взаимного непонимания и упреков Мацусита вышел на трибуну и взял всю вину на себя:

«Все благополучие ‘Мацусита дэнки’ всегда обеспечивалось имен­но вами, торговцами. Поэтому я не имею никакого мо­рального права предъявлять вам какие-либо претензии.

Прошу простить нас за то, что мы не нашли выхода из трудной ситуации и не подсказали его вам.«

После этих слов по залу словно прошла очистительная волна, и бы­ло решено исправить сложившееся положение общими силами.

Ну а Мацусите пришлось фактически стать коммерческим директором компании и заняться рефор­мированием сбытовой структуры. Он целыми днями проводил у торговцев, обсуждая с ними идеи по прео­долению кризиса.

Тогда же — в октябре 1964 года — Мацусита принял еще одно принципиальное решение, вызвавшее немало споров.

Он неожиданно объявил о прекращении работ по выпуску больших компьютеров, хотя «Мацусита дэнки» вела их уже пять лет и вложила в этот проект более миллиарда иен.

Это решение нанесло компании изрядный материальный и моральный ущерб, спрово­цировав разговоры об отсутствии у Мацуситы совершенной технологии.

Но Мацусита твердо был уверен в том, что делать компьютеры в Японии должны 2-3 спе­циализированные фирмы. Это решение оказалось са­мым спорным.

Через несколько лет после его принятия оно выглядело мудрым — избежав распыления сил, «Мацусита дэнки» смогла максимально использовать бум в области электротоваров для дома, но сейчас, в эпоху компьютерной техники и бытовой электроники, его вновь можно подвергнуть сомнению.

Но что не вызывает никакого сомнения, так это безгра­ничная душевная энергия Мацуситы. Он действительно всегда чувствовал себя молодым, о чем свидетельствует написанное им в 1963 году (Мацусите исполнилось 70 лет) посвящение юности, которые использовано в каче­стве эпиграфа к этой статье.

Невозможно не поразить­ся работоспособности и ясному уму этого великого предпринимателя, начавшего свою карьеру с мальчика на побегушках.

Равно как и его скромности. Старик Мацусита летал из Осаки в Токио на рейсовых самоле­тах, хотя, без сомнения, мог позволить себе личный самолет.

Ярким проявлением этого качества Мацуситы стал пятидесятилетний юбилей компании «Мацусита дэнки«, который был отмечен в 1968 году. Удивитель­но, но это был первый широко отмечавшийся юбилей.

Мацусита вспоминал, что собирался отпраздновать пя­тилетие фирмы, но подумал, а вдруг не дотянем до десятилетия.

По таким же соображениям были пропуще­ны 10- и 20-летний юбилеи. Затем была война и слож­ный послевоенный период, когда было не до праздни­ков. Скромно и с опозданием было отмечено 35-летие компании, потому что Мацусита побывал в Европе и понял, что радоваться еще рано. И только полувековой юбилей был встречен с должным размахом.

И все же…

«Будем считать, что эти 50 лет наша ‘Мацусита дэнки’ находилась во чреве матери, и лишь теперь раздался первый крик новорожденного.

Следовательно, лишь с нынешнего дня начинается ее истинная деятельность«, — сказал Мацусита своим сотрудникам.

Коносукэ Мацусита

В 1973 году, когда Мацусите исполнилось 80 лет и здо­ровье стало совсем слабым, он подал в отставку с пос­та председателя совета директоров. Но он успел сделать еще немало полезного для компании и для всей Япо­нии. Он считал себя ответственным за развитие эконо­мики и общества своей страны и полагал, что уход от дел был бы проявлением трусости и полной безответст­венности.

Именно поэтому в 1975 году Мацусита при­нял для себя решение: прожить еще 26 лет — не только для того, чтобы жить на протяжении трех веков, но что­бы продолжить исполнение своего долга, как он его по­нимал.

И только эту задачу Коносукэ Мацусита не смог выполнить до конца — он скончался 27 апреля 1989 го­да.

В память о нем осталась крупнейшая в мире импе­рия по производству электротоваров и наука менедж­мента, которую этот «бог управления», не имевший об­разования, возвел в ранг искусства.

«Сосуществование и сопроцветание»

Вот такая интересная биография. До следующих выпусков. Оставляйте комментарии и делитесь данной статьей.

Подписывайтесь на обновление блога.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *