ИМАНДРА
ДУЭТ СО ЗМЕЕМ

Кирилл Корабельников


сноукайтинг на озере Имандра

Необходимое и достаточное - Змей, неделя свободного времени, горные лыжи, палатка, спальник, немного еды.

18.00. Сев. Имандра. Лед. Выпущенный на волю змей бельем полощется на свободе, еще путая и так плохо уложенные стропы. Усмиряю, освобождаю, распутываю.

19.00. У берега змей вяло поднимается, хватая порыв, чуть подрагивает, как воздушный шарик, протягивает несколько метров, и бельем падает в снег. Выползаем из губы. Порыв - зверь расправляется, отряхнув снег, потягивается - и - взлет - свободен! Вверх, вверх, вперед и вверх! Набегающие полосы снежного простора, мелькание удивленных рыбачьх лиц. Ветер в спину не требует напряжения. Зигзаги от берега к берегу, чтоб не идти фордевинд. Непривычно, свободно. Пейзаж медленно накатывается, у берегов стремительно отбрасывая назад стрелки елей. А впереди справа огромной медузой с разорванной мантией в полупрозрачном закатном мареве туманные Хибины. Все ближе, ближе.

22.00 День медленно угасает, и ветер укладывается на отдых среди заснеженных сопок. Хорошо, тихо. Ищу ночевку. Редколесный мыс. Еще чуть вглубь - изба! В дверях - двое. Темный северный загар, спокойная неторопливость, запах свежепойманной рыбы - и чай, чай, чай.

10.00. Нежное дымчатое утро. На середине Имандры чуть-чуть тянет с севера. Солнце, ровность озера и та же туманная медуза. Зверь мой - полудохлый, не хочет даже подниматься... Моя палатка на льду прибавляет точку к рыбацким. Залезаю в спальник. И божественный Гумилев переносит в жаркую Африку...

15.00. Палатка оживает и тихонько трепещет. С Юга. Несильный. Встречный. Удлиняю привязь змея до 30 м. Толку - чуть. 2 часа со скоростью другого пресмыкающегося, в панцире. Полезное продвижение - меньше 3 км. В конце концов, кататься я сюда приехал или тащиться?! Вытаявший мысок, обильные ручейки, вымороженная брусника в чай - и Африка. Но что это? Мощно зашумело в игольчатых кронах. Неужели? Пробую выйти без рюкзака - и почти мнгновенно выносит почти на середину озера. Обратно. Рюкзак. Поехали!

20.00. Скорость, скорость, скорость, сумерки, ветер, ноги ноют, руки. Стропы струнами - музыка ветра. Над самой поземкой, крылом прикасаясь, - по фиолетово-красному полю подчеркнуть синеву. Ровный, сильный - в упряжке! Навстречу ему, навстречу! Быстрее, быстрее, плечо у самого снега, весь простор многократно разрезав! 3.00. Но всему есть предел. И ногам моим тоже. Остров, с подветренной. Тихо и жарко. Спальник, ужин. Что вкуснее еды, если голоден!

9.00 Ясно. Над островом - рев. Быстрый завтрак и выход. Ветер сильнее. Мой зверь не справляется, сносит. Даже не поперек, а назад. Потеплело. Отвис до раскисшего снега. Лыжи коротки - соскребают до самого льда.Неровность - и кувырок. Но жаль упускать, хоть и не контролирую скорость. Такими же галсами, на пределе, от края до края. Но - сносит. Теперь уже не до пейзажа, все тело напряжено не меньше, чем стропы, до хруста, до изнеможения - ручки - штурвала? Не падать, не падать - уши доедут. Взгляд вцепился в зверюгу - не упусти!

14.00. Снесло почти к первой ночевке. Деревянные ноги. Отдохнуть, ведь я знаю, что с треском ломаются сучья. С подветренной к берегу. Здесь есть вода, и багульник и вереск. И тишины. Навзничь - небо Аустерлица.

18.00. Немного утихло. И змей опять впереди ветра. И опять понеслось! По закатному солнцу от берега к берегу - галсы. В стропах воздух поет, я ему подпеваю, он - мой союзник сейчас. Круче к ветру, вверх и вперед по-над лесом, туда, в небеса, хохоча и хрипя, прямо к облачным кущам, и дальше, в заре растворившись, - к невидимым звездам и солнечным ветрам взмываю - к мечте, к светлой деве небесной, ведомый драконом, оглянувшись на шар голубой и прекрасный, заметив яркую точку на льду, что на севере кольском несется. Мимо спящих поселков, мимо станций застывших, замерших утесов, мимо гор - грандиозных, но, увы, неподвижных. Все остановлено этим стремительным бегом, этой связкою - змей и стихия. Крепко за хвост ухватил, вот и рвется из рук, норовит опрокинуть, размазать по плоскости ровной.

2.00. На пределе у берега - взмыв от колючих кустов. Вдруг - чернота перед лыжами - речка! Круче к ветру, уйти от коварной промоины! Вот миновал уже кромку - хруст - ледяной ожог полыньи. Неглубоко, по развилку. На лед, отстегнувшись. Мокрый рюкзак. И к острову быстро. Палатка. Сыро, тепло. Газ, горелка.

10.00. Нас утро встречает туманом, седое. Серая сырость неподвижно висит в воздухе. Это как дополнение к мокрой одежде. Одеваюсь. Нужно найти избу. Часа через три пути натыкаюсь на избу. Хорошая, настоящая пятистенка. Стыки толстых смолистых сосновых бревен проконопачены мхом. Буржуйка, обложенная кирпичами. Полчаса - и протоплено, терпкий запах деревянного дома.

11.00 следующего дня. Опять шумит-гудит по верхушкам. Северо-западный - лучше не надо. И, не напрягаясь, свободно, отдавшись стихии, зверь расправляется в воздухе, тянет вперед и вперед!!! Бог ветров хорошо отдохнул! Такой скорости не было раньше. Пейзаж воспринимается в объеме, детали - в полосы. Точки рыбаков, разбросанные по озеру, вырастают, мелькают изумленными лицами - только стук челюстей - и снова точками сзади. Жаль заглатывать расстояние такими кусками - пошел галсами. Вся ширина озера - несколько скоростных минут одним росчерком лыж. Полный восторг. Бакштаг - это уже не борьба с ветром, это скольжение верхом на ветре, вместе с ветром, взявшись за руки! О, люди! Заводите себе змея - и все подколодные станут по барабану! Люди! Купите билет на север, возьмите с собой лыжи, ведь вы - СВО-БОД-НЫ! Эта скорость, эти снега, это небо, эти горы - что еще нужно человеку, чтобы встретить счастье. Через пару часов, несколько раз разрезав ширину снежной глади и преодолев километров 50, пересекаю Экоостровский пролив. За перешейком - слабеет, и начинаются порывы. Вот отвисаешь почти до самого снега - ветер как обрезает. Падение, отстегнутые лыжи. Нацепляешь, ловишь порыв - разгон - и опять падение. К вечеру ветер кончился окончательно. Неподвижная плотная влага. Пешком к перешейку, к озерцу, из которого должна вытекать речка. Какая радость - живая, шумливая бегущая вода после нескольких дней воды твердой. У кромки леса, оседая, лед обнаружил прибрежные валуны. Они кратерами вздыбливают ровную поверхность, обнажая девственно-синий лед. У впадения речки льдины кепками лежат на валунах среди открытой воды. Дальше все однообразно и сонно. Седой туман скрыл горизонт, Чуна-тундры, Хибины, оставив лишь подножия прибрежных холмов. Палатку - и спать.

10.00 Утро. Выглядываю каждый час - "телевизор" испортился - показывает только мокрые иголки чахлой сосенки у входа да серый туман. Надоело. Надо идти. Решаю медленно и печально выбираться в сторону Апатит. Легкое боковое дуновение позволяет поднять змея. Кажется, ветер только того и ждал.

16.00. Хоть и не быстро, но под постоянным боковым ветром прихожу в Апатиты. Хватит, нужно закончить путешествие пока еще чуть-чуть хочется еще. Не испортить впечатление.

Вокзал. Поезд. Питер.



Источник - журнал "на грани" 2001/№1(8)/с.39